"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 - Максим Игоревич Крынов

— А то, что она использует русские самолеты…

— Главное, что ее самолеты не обслуживают русские маршруты. Но это уже совсем другой вопрос. А ты согласен новую авиакомпанию создать?

— Так как ты наверняка всю выгоду уже подсчитала и даже знаешь, куда прибыль потратишь… давай все же ее не со мной организуешь, а со старшим сыном: так оно понятнее будет. Все же у него теща в Москве работает…

— Убедил, когда с ним можно будет встретиться?

— А зачем? То есть тебе-то зачем с ним встречаться? Я ему все и сам расскажу. Или тебе какие-то бумаги подписать с ним нужно? Та ведь пока не уезжаешь, я его завтра к тебе приведу…

Карл Хамбро, чудом вытащивший из Осло своего короля буквально за час до захвата города немцами, в Стокгольме чувствовал себя потерянным. Да, шведские власти старались сделать жизнь норвежских беглецов максимально комфортной… по крайней мере тех беглецов, которые были в ныне оккупированной стране членами правительства — но хотя все они официально таковыми и оставались, власти у них уже никакой не было. И дел, собственно говоря, тоже. Король уже перебрался в Англию, с ним убыло несколько представителей стортинга, а оставшиеся в Стокгольме — их пока тут оставалось чуть больше десятка человек — просто слонялись без дела и просиживали штаны в ресторанчиках днями напролет. В недорогих ресторанчиках: король Густав каждому выделил определенные суммы на проживание, но суммы эти по сравнению с прежней зарплатой депутатов выглядели более чем скромно.

Впрочем, одно дело он себе нашел: пока работала телефонная связь, он почти каждый день звонил в Норвегию старым знакомым, обсуждая возможности противодействия немцам. А то, что приставленный к нему шведами секретарь-распорядитель недовольно морщился, подписывая у Карла Иоакима счета за телефонные разговоры, его волновало не особо и сильно.

Понятно, что обсуждать по телефону вопросы, касающиеся борьбы с захватчиками, было несколько… рискованно, поэтому Карл разговоры эти вел всегда их разных мест, искренне считая, что немцы если разговоры и прослушивают, то уж наверняка только совершаемые со знакомых им номеров правительственных чиновников и крупных гостиниц. А кому интересно слушать разговоры из крошечного ресторанчика, расположенного в пригороде шведской столицы?

И возвращаясь в гостиницу из очередного такого пригородного ресторанчика, Карл не сразу сообразил, что знакомый уже водитель свернул куда-то не туда…

— Это что? — поинтересовался он, когда машина въехала во двор и остановилась у большого гаража.

— Похоже, что-то с подвеской случилось, вам придется минут десять подождать, пока механики машину посмотрят. А вы пока можете зайти, кофе попить: это гараж нашей компании, а хозяин особо следит за тем, чтобы кофе всегда был самым лучшим. Ведь в этом гараже сам король свои машины обслуживает!

Кофе действительно оказался хорошим, и великолепными оказались и поданные к кофе в большой жестяной коробке печенья.

— Датские, — пояснил зашедший в комнатушку пожилой швед в рабочем комбинезоне, — мне жена сюда такие постоянно привозит. Вообще-то немцы запретили их экспортировать из Дании, но пару коробок для личного употребления везти еще можно, а у нее каждый день по несколько человек мотается в Копенгаген и обратно. Берите, берите — вы такие больше нигде сейчас в Швеции не найдете…

Послышался шум подъезжающего мотоцикла и в комнатушку вошла молодая женщина в белом мотоциклетном комбинезоне — норвежец уже много таких на улицах видел, вероятно, в Швеции они были очень популячрны. Только обычно такие комбинезоны были темных цветов, да и мотоциклисты в основном все же были мужчинами…

— Привет, Карл, — норвежец дернулся, но увидел, что женщина обратилась не к нему, а к пожилому мастеровому, — за мотоцикл, конечно, спасибо, но мне нужны не гоночные шины, а простые дорожные. Поменяешь?

— Придется пятнадцать минут подождать.

— Я подожду. И кофе сама налью… ух ты, печеньки датские!

— Марте нравятся, сейчас она своих курьеров заставляет их сюда возить. То есть домой, но курьеров-то, сама знаешь, у нее много… Хочешь, я тебе с собой пару коробок дам.

— Хочу, конечно! А шины…

— Уже иду менять!

Женщина налила себе чашку кофе, села на столик, как-то задумчиво принялась грызть печеньку. Внимательно посмотрела на сидящего молча норвежца:

— Карл Иоаким Хамбро, если не ошибаюсь?

— Не ошибаетесь, — норвежец был еще с утра не в настроении, да и сегодняшний телефонный разговор его не сильно порадовал.

— Откровенно говоря, удивлена, увидев вас здесь… хотя и знала, что вы вроде бы в Стокгольме обосновались. Но все равно странно…

— Странно что?

— Что вы здесь, а не в Нарвике. Да, разрешите представиться: Вера Синицкая. И я удивлена, что вы здесь, в то время как уже больше сотни представителей стортинга сидят и ждут своего президента в Нарвике. Да, вы уж извините, но ваши телефонные разговоры с Осло… немцы их не прослушивали до сих пор просто потому, что раньше не успели подобрать говорящий по-норвежски персонал, а сегодня они уже приступили к работе: Квислинг передал немцам своих подготовленных для этого операторов. Так что если вы не хотите своих друзей отправить прямиком в гестапо, вам стоит расходы на международные переговоры существенно сократить.

— А вы…

— А я Вера Синицкая, заместитель председателя Научно-Технического Комитета СССР. Правда сюда я приехала по другим делам, с королем Густавом, если вы не знаете, у меня есть небольшое совместное предприятие здесь… но по долгу службы я знаю, что творится в мире. И за личной безопасностью слежу очень внимательно, а так же за теми, кто может на эту безопасность посягнуть. Квислинга мы, конечно, скоро изымем, и даже постараемся живым в Нарвик доставить. А вот вы… вас же ни снять по закону нельзя, ни в отставку отправить — а без президента стортинг работать-то полноценно не может!

— Вы хотите мне предложить отправиться на оккупированную вами территорию? И чем это лучше, чем если бы я вернулся в Осло?

— Всем лучше. СССР не оккупировал три норвежских фюльке, а просто обеспечила им свой протекторат. Мы вообще не вмешиваемся в управление этими фюльке… почти не вмешиваемся, но наше минимальное вмешательство сделало для немцев оккупацию Норвегии вообще бессмысленной. И, если там, в Нарвике, будет полноценно работать норвежское правительство, то мы… вы сможете довольно быстро договориться с Гитлером о том, чтобы немцы из Норвегии просто ушли.

— И это вы проделали просто от щедроты вашей русской души?