Железный Аспид. Мир - Н. Мар

— Отпусти девушку. — твердо прошипела Самина, и зрачки напротив сузились, принимая вызов.

— Перейдем к сути визита? — Кайнорт втянул лишние ноги и приподнял шчеру за волосы. Под всхлип Самины он разбил взлохмаченной головой своей жертвы стекло на столе, погружая ее в аквариум. Шчера забилась под его рукой. Пузыри воздуха изо рта и носа давали понять, что она кричит под водой, но ладони скользили по сырой от крови столешнице, царапали острые края битого стекла. — Отпущу, как только закончим разговор.

Глядя на то, как шчера судорожно цепляется за убийцу, Самина едва не забыла, зачем пришла.

— Где мой брат? Он жив?

— Я не знаю. Это все?

— Что ты заставил его делать?

— Я не буду обсуждать это с тобой.

— А с кем! Кайнорт, он мой брат! Если он умрет, я заплачу всем дезинсекторам Браны, чтобы они тебя раздавили, вытравили!

— Ой, как вдруг захотелось пооткровенничать с тобой… Время! Время, Самина.

Пузырей в аквариуме уже не было. Биолог в ужасе отступила назад, но промахнулась мимо выхода и врезалась в косяк затылком. Сзади в дверях возникла голова Альды Хокс. Шершень целиком заходить не стала, завопив из коридора:

— Норти! Мой ковер⁈

— В порядке.

Моментально удовлетворенная, Альда кивнула и убралась восвояси. Похоже, она не заметила Самину или приняла за второе блюдо.

— Отпусти ее, Кайнорт, я ухожу…

Бритц отступил от шчеры — согласно договору. Тяжелым мешком она скатилась по осколкам аквариума на пол, в ноги эзеру.

— Скорее. Не думаешь ли ты, что я сам вызову ей медиков, — и уже в спину ей донеслось:

— И тебе, кстати!

Только через два-три коридора Самина поняла, о чем он: тем ударом о косяк она рассекла затылок, и вдоль позвоночника струилась теплая кровь. В медицинском крыле нахохлилась эзер-фельдшер.

— А я повторяю: после минори Бритца только на эвтаназию. Девушка, Вы меня задерживаете!

— Да ведь она жива!

— Страховка рабов не покрывает реанимацию.

— Я заплачу! — биолог высыпала ей на пост кредитки. Фельдшер поджала губы, пискнула одной карточкой и передала вызов бригаде.

Самина вышла из башни, села на ступени и схватилась за голову. Добираясь к Башне Эзеров, она представляла, как хватает стрекозу за жвала и трясет, пока не добивается признаний. А что в итоге? Опять щелчок по носу. Но прямо сейчас, на этих ступенях, Самина решила: этот будет последним. Она наконец поняла правила. Девушка отняла бактерицидную салфетку от затылка и развернула комм:

— Мне срочно нужно кое-что достать. Три вещи.

— Все, что угодно.

— Во-первых, имперскую форму Эйдена. Я ему обещала.

На том конце вздохнули и скептически хмыкнули.

— Это будет непросто.

— Да или нет?

— Дальше, дальше, дальше!

Самина продиктовала заказ. Мимо нее шли, ползли и летели насекомые, плелись изможденные пауки. Девушка на лестнице их не замечала. Ей нужен был план — прямо сейчас, не сходя с этого места. Ее прежний мир и семью рвали враги: сильные, древние, хитрые. Нельзя было оставить все, как есть.

Глава 2

Андроид нарушает моральный кодекс и межзвездную конвенцию

Безмятежный и размеренный, забытый министерством, а оттого чрезвычайно скучный, институт малопонятных наук до сего утра не видал такого ажиотажа. Только четверо знали, в чем дело. Остальные — недоумевающие лаборанты, научные сотрудники, роботы-ассистенты — передвигались вдоль стенки мимо спецагентов, шарахались от репортеров и боялись лишний раз выйти по нужде. В курилках были заторы из самых нервных. На этаже испытателей кто-то пошутил, что спекулирует опытными образцами тарантула-невидимки, и от него бросились врассыпную. Бюрлен-Дукк продирался сквозь жужжание и гудение сплетен, слухов. Были и те, кто решил, что на доцентов учредили облаву из-за растрат и коррупции. Хотя бюджет НИИ, кажется, не пополнялся еще с Хмерса, и растрачивать в нем, кроме мышей, было нечего. К обеду большинство работников симулировали приступ и отпросились по домам. По коридорам шатались исключительно железные волей: роботы.

Нужный андроид нашелся в отделе кибернетики, где репортеров было меньше всего. Он устроился в кабинете Бена, на стуле Бена и ногами на его столе. Эйден запрокинул стул на две задние ножки, прикрыл глаза и скрестил руки. Мини-Джур вертелся на его плече. За их эквилибристикой наблюдал тихий и чинный Слоун — готовый для наглядной демонстрации: аккуратно подстриженный, одетый с иголочки. Ковыряющий недра уха мизинцем. Как только хозяин кабинета ступил на порог, откуда-то выстрелила паутина безопасности, заключая императора в кольцо. Тот не пошевелился. Слоун же округлил глаза и спрятал некультурный мизинец за спину, а из двух углов рядом с дверью выплыли охранники. Бен понял, что императора перевели на чрезвычайный режим. Не сболтнуть бы лишнего при людях Бритца, решил он.

— Ваше Вели… — куратору показалось, что андроид не слышит, и он шагнул ближе, рискуя напороться на сеть. — Ваше Величество!

Он надеялся, что таким образом нарушит равновесие системы стул-высокомерная задница-стол, и оккупант рухнет на пол. Эйден лениво скрипнул:

— Перезагрузка системы. Идет процесс установки обновлений.

— Серьезно⁈ У меня полный холл репорте…

— Дождитесь полной загрузки приложений.

Слоун припадочно захрюкал.

— Кликни его по мышке, парень, хах!

— Спасибо и заткнитесь, господин как-вас-там из как-там-где. Эммерхейс, ну! Не могу же я выйти к ним без презентации, с голыми руками.

— Почему с голыми-то, а как же я⁈ — опешил Слоун. — Я ж тут самое чудо! Да меня весь город знает, да как я болел… А тут — сцапали короля, и сразу нате. Здоровей, чем был! Че они, не сопсо… соспо… опсос…тавят А и Бэ-то?

Бен закатил глаза и мысленно сосчитал факториал семи.

— Хорошо. Я намекну им, что есть нечто большее, чем просто везение. Самые ушлые докопаются — рано или поздно! Дойдет и до других планет, а там… Помилуйте, не могу я прямым текстом называть Ваше имя, ведь Харген меня вздернет! Его прямое и недвусмысленное распоряжение — скрыть от совета правящих домов вмешательство империи. И в целом сотрудничество с врагом.

Эммерхейс качнулся и уронил мышь. Хвостик уже мелькал в коридоре, когда андроид встал, чтобы пересесть на край стола. Планшеты Бензера хрустнули под его задницей.

— Все верно. С той лишь разницей, Бен, что меня использовали, а это я — я! — намеревался использовать Харгена. Мне