Перерождение - Дмитрий Александрович Билик

— Нет. Лесными тропами так все близко. Я же как-то и в город выскочил по старым дорожкам, — ответил он. Поглядел еще на лихо, но не сказал ни слова. Видимо, это значило, что ей можно отправиться с нами.

И мы пошли. Как бы ни хотелось мне, но не быстро. Миновали сначала один куст, потом какую-то кочку, словно вспучилась сама земля, свернули с открытой местности на какую-то еле заметную тропинку и неожиданно вышли к той самой заболоченной деревне. Мне оставалось только глазами хлопать — прошло секунд пятнадцать, не больше, а мы уже на месте. Наверное, вот это единственное, чему я никогда не перестану удивляться.

В прошлое мое посещение деревня выглядела пусть запущенной, но вполне обжитой. Теперь создавалось ощущение полной заброшенности — впопыхах оставленные вещи, перевернутая утварь, распахнутые настежь двери, кинутый прямо посреди дороги какой-то сверток, весь мокрый от росы. Не скажу чтобы я сильно желал встречи с чертями, но увиденное навевало грусть.

— Давно ушли? — спросил я.

— Несколько дней уже, — ответил батюшко. — Как Большака убили. Все боятся, что я за его предательство с них спрошу.

— Дураки, — ответил я. — Дураки же?

Леший ничего не сказал. Ну да, я все время забываю, что это по отношению ко мне он такой лояльный, а со всеми остальными крепкий хозяйственник. Не знаю, как с другими, но с лесными чертями, наверное, по иному и нельзя. Снисхождение сочтут за слабость, сядут на шею и ножки с копытцами свесят. Это мне с Митей повезло. Наверное, потому он среди сородичей и выглядел белой вороной.

Главное, что сейчас здесь находилось то, что мне было нужно — целая россыпь проемов и дверей. И я рванул к ближайшей. Правда, тут же остановился и обернулся к лешему.

— Батюшко, спасибо тебе большое. Как все закончится, с меня сладкий набор, как на Новый год от бюджетной организации.

— Ступай с Богом, Матвей, — улыбнулся еще недавно грозный леший. — И береги себя.

— Ну это уж как получится, — ответил я, активируя портал.

Шагнули мы с Юнией почти одновременно, тут же вывалившись у лесной фазенды Егеря. Правда, это я говорю — вывалились, с недавних пор я действительно переходил из одного места в другое, словно из комнаты в комнату. Даже если география местности значительно различалась.

Я рванул на всех парах к домику, затарабанив в дверь со всей дури, потому что уже не боялся жиртреста. Да и чего его бояться? На этот раз я был научен горьким опытом, да к тому же под боком Юния, которая вообще-то по рубцам превосходит меня. Да только ответом была тишина. Даже нечисть, обычно прикованная к стене, не издала ни звука.

У меня, как у специалиста по плохому предчувствию, сразу заныло в груди. Неужели неживые так быстро добрались до Куси? Как же это наглый и самодовольный лешак, даже не попытался защитить свою новую подопечную? Или, может, те действовали хитростью?

Тысячи мыслей пронеслись в моей голове, не рождая ничего, кроме горького привкуса хины. И чем больше я себя распалял по поводу возможной смерти Куси, тем мрачнее становились краски вероятного будущего. Да и, честно говоря, мне просто по-человечески было жалко неразумную нечисть. Ведь это я оставил ее здесь, можно сказать бросил на произвол судьбы. Пусть она уже не тот крохотный птенчик, а взрослая красивая грифониха. Наверное, дело в том, что уж слишком быстро Куся выросла. Впрочем, как и все дети.

Все эти мириады мыслей метеоритным дождем пронеслись мимо. Тогда как Юния внезапно тронула меня за плечо:

— Идет.

— Кто идет? — не сразу понял я.

— Видимо, тот человек, к кому ты и пришел. Кощей.

Я заозирался, пытаясь по хисту распознать приближение Егеря, да только ничего не почувствовал. Тогда Юния указала на дом.

Мне даже не сразу стало понятно, что конкретно она имеет в виду. Вроде все, как в прошлый раз — развешенные куриные боги, брякающие на ветру, стены с местами облупившейся краской, странная пристройка. И только спустя какое-то время я различил едва уловимые то ли волны, то ли широкие линии, больше всего напоминающие слабый дымок от трубы. Вот только эти волны имели свою волю и уходили в определенную сторону. И что самое интересное, они оказались не частью печатей. Как это все работает?

Довольно скоро к нам и правда выскочил Миша. Не просто вышел из леса, а именно выскочил, готовый к труду и обороне (хотя больше к обороне). В правой руке он держал ПМ, а в левой топор. Интересный джентльменский набор. С таким любая разумная девушка не сможет сказать: «Нет». Мне кощеи, да еще живущие в лесу, представлялись немного по-другому.

Увидев меня, Миша медленно протянул свое фирменное: «Дела». А уже после убрал пистолет, хотя все еще напряженно ощупывал взглядом гостей. Только потом до меня дошло, что дело заключалось в лихо. Егеря явно напрягла высокоранговая нечисть.

Мы обменялись крепкими рукопожатиями, причем Миша кивнул Юнии, как это принято в приличном обществе, а только после тихонечко у меня спросил:

— Это кто?

— Моя подруга. В смысле, не так подруга, а… Блин, не бери в голову.

— Да хоть детей вместе крестите, мне до одного места. Я спрашиваю, кто она?

— Лихо.

Судя по тому, как округлились глаза Миши, подобного он не ожидал. Явно прежде не сталкивался с таким диковинным зверем. Хотя чему удивляться, Юния — нечисть действительно редкая…

До меня только теперь дошло, как странно все это выглядит со стороны. Два мужика подозрительно долго жмут руки. А учитывая, что слух у Юнии дай бог каждому и не дай бог никому — наши переговоры едва ли остались незамеченными.

— Чего не позвонил?

— Тариф дорогой, — ответил я. — Эти операторы совсем обнаглели, за все деньги дерут. Да и тут не ловит.

— У меня все ловит. — Егерь наконец отошел от меня и протянул руку лихо. — Михаил.

— Юния, — ответила ему нечисть.

Причем, после этого Егерь поступил вообще неожиданно. Взял протянутую в ответ ладонь и поцеловал ее, отчего Юния зарделась, как маков цвет. Что интересно, мне наблюдать за всем этим было как-то особенно неприятно. Устроили тут непонятно что.

— Давайте в дом, — махнул Егерь.

Даже не спросил, опасна ли Юния. А ведь она та еще штучка, ей рубежника схарчить, что мне руки помыть. Видимо, Михаил предположил, что раз лихо привел я, то ее можно не опасаться. Определенная логика в этом, конечно, была. Хотя вот лично я себе бы так не доверял. Хорошо, что Миша обо мне лучшего мнения.