Город - Сергей Юрьевич Михайлов

– Ты чё? Чё распрыгался? – Вовка на вид был спокоен. – Никак собрался идти за ней?

– Да! Она там пропадёт!

«К черту! – думал я,– я спокоен». Я уже прикидывал, что ему нужно взять с собой; рюкзак у меня всегда собран, а в прошлый раз я почти ничего и не доставал оттуда – выход был лёгким, почти прогулка.

– А ты подумал, герой, что на улице уже скоро ветерки закружат?

"Блин! Про это я совсем забыл", – чертыхнулся я про себя, но вслух сказал:

– Наплевать! Ленка там.

Мне на самом деле было наплевать на охотников. Эти их предвестники – кружащие по улицам маленькие ветряные смерчи – всегда появляются перед прорывом этих исчадий в город. Но мне на хрен не нужна была жизнь, если в ней не будет Элен. Я вспомнил, что тогда, при первой их встрече, когда мы бежали по улице в черном квартале, на асфальте тоже начинали кружиться смерчи.

– Подожди, присядь, – Володя потянул меня за рукав и усадил обратно. – Если решил, я тебя отговаривать не буду, хоть она мне и не нравится, но для тебя, вижу, она свет в оконце.

Я согласно закивал.

– Все понятно, – продолжал Вовка. – За свою бабу можно и в пекло.

Он на несколько секунд замолчал, думая о чем-то своем, потом встряхнулся и продолжил.

– Времени совсем мало, до своей берлоги тебе топать и топать.

Я опять кивнул.

– Короче – пойдешь от меня, дам все, что надо. Я ведь когда-то тоже ходил к океану, рюкзак до сих пор лежит, ждет своего часа, – он усмехнулся. – Иногда хочется опять забросить его на спину и в порт. Ладно, шутки в сторону, кроме всего, я дам тебе одну штуку, будешь чувствовать себя уверенней. Ты без оружия?

– Сам знаешь, я по городу не таскаю, только на выход.

– Вот и я об этом, поэтому дам тебе «калаш». Тяжеловато, конечно, против пистолета, но зато и надежнее.

Ни хрена себе! Я опешил. Автомат Калашникова в этом мире такая драгоценность, а морячок дает его мне, хотя и знает, что я могу не вернуться.

Володя, похоже, понял мои мысли.

– Жалко, конечно, но вернешься живым – должником будешь, не вернешься – на том свете доброе дело зачтется. Если мы, конечно, умрем когда-нибудь.

– Если умрем… – эхом повторил старик-художник.

"Да, с этим здесь проблемы, – подумал я, – если, конечно, хочешь умереть своей смертью. Вон ацтеку, наверное, уже тысячу лет".

– Спасибо, Володя, – в горле запершило, нечасто в моей жизни кто-то заботился обо мне просто так, хотя Володька и прикрыл это словами о долге. – Тогда давай побыстрей, я двинусь…

Через двадцать минут я, уже полностью снаряженный, стоял на улице у дверей заведения моряка. Все трое – Володя, Иржи и негр Костя – вышли меня провожать. Мне это было непривычно и странно, никогда в этом мире меня никто не провожал – такое бывало только там, в том мире, о котором я почти забыл. Потоптавшись, я неловко попрощался:

– Ладно, мужики, пойду я – время…

– Давай, братан, – Володя сунул мне руку и крепко стиснул ладонь. – Патронов маловато, зря не расходуй.

Я кивнул:

– Надеюсь, не пригодится.

Иржи вдруг шагнул вперед и порывисто обнял меня.

– Найдите её, Саша! – его глаза опять заблестели.

Негр ударил пальцами по моей ладони, и на этом церемония прощания закончилась. Я развернулся и, не оглядываясь, пошагал по центру улицы.

Через три часа ходьбы по вымершему городу, я вышел к окраинам порта. Здесь уже никто не жил. Хотя все еще вокруг казалось нормальным, но я знал, что через полчаса, а то и раньше, начнется дурдом, и станет непонятно, где реальность, а где мираж. Все время пока я шел, небо, вечно серое, разгоралось над моей головой. Сейчас уже полнеба было багрово-черно-серым; если верить рассказам старожилов – верный признак прорыва. Во время перехода меня ни разу не остановили – ни дружинников, ни ментов – все исчезли. Появление сил, на которых власть местного самоуправления не распространялась, заставило всех спрятаться.

По моим меркам жить в городе было можно – еды хватало, выпивки тоже, женщин – валом, хотя сейчас, после появления Элен, я на них и не смотрел. Рассказывают, что раньше – тут никогда не знаешь, на сколько раньше, в прошлом году или в прошлом веке – здесь был просто разгул банд. Но с появлением нынешнего главы совета порядок наладился; он собрал всех служителей порядка, живших в городе, и уговорил их заняться тем же, чем те занимались в прошлой жизни. Я вспомнил, как выпучил глаза, в первый раз увидев полицейского в форме, похожей на ту, что видел в сериале про Шерлока Холмса. В нормальных районах и до этого уже функционировали свои отряды самообороны, следившие за порядком. Постепенно совместными усилиями они разогнали банды, хоть и не уничтожили до конца, но вытеснили их в районы к океану и к стене.

Поэтому, с одной стороны, я радовался прорыву – ни один человек, если он не пьян, не рискнет выйти на улицу – никому не хочется попасть в лапы охотника или, того хуже, в объятья Ангела. Значит, Ленке не придется встретиться с местными бандитами, которые, конечно же, не дали бы ей уйти, случись это в обычный день. По негласной договоренности они не трогали только поисковиков, да и то иногда случались стычки. Но поисковики – народ тертый: многие из них прошли немало войн – от Спарты до самых современных – Афганистан, Ирак. Были среди них и просто отмороженные, такие как я. Которым нечего терять. Поэтому отпор был гарантирован. Однако в этот день ей грозила беда страшней людей-бандитов. На той Земле страшнее человека никого не было – он сам творил такое, что не нужно было никаких потусторонних сил, чтобы человечество, в конце концов, вымерло. Здесь же, в этом замкнутом мирке, появились те, кто заставлял всех жителей объединяться. Кроме охотников и Ангелов, которые, несомненно, были разумными, гораздо чаще появлялись создания безмозглые – на уровне зверей – и появлялись они как раз здесь, ближе к Мгле – в порту и у стены.

Я остановился, чтобы осмотреться, хотя сердце гнало меня вперед. Перебросив автомат из-за спины на грудь, я поправил рюкзак и начал методично, как учили в разведвыходах, рассматривать в бинокль близлежащие здания и развалины. Я знал, что во время прорыва успевают появиться и новые твари, невиданные, а не только те, про которых мы знали, те, что появляются из моря