Звездная Кровь. Экзарх IX - Алексей Рокотов

Радовало хотя бы то, что изначально мой титул рассматривался как некий мост между Народами, а не полноценная служба на благо пустыни. Утонуть в разборках между Караванами — последнее, чего бы мне хотелось.

— Если с этим мы решили, то думаю, пора навестить Эллесара, — сказала Анора и первой встала с каменной скамьи у небольшого фонтана.

Я и Маркус поднялись следом, после чего последовали за золотой Восходящей. Из коридора я увидел портальную команду. Парни и девушки стояли на открытом балконе и говорили с Лейлой и Лешим. О чём именно, я не знал, но инстинктивно напрягся. Пока я не понимал, как вести себя со старыми знакомыми.

Шейд, Леший, Лейла, Гюстав, Виктор и десятки других, которые либо уже знали о моих неоднократных воскрешениях, либо узнают в самое ближайшее время. И я мог признаться себе, что страшился их реакции. Не то что бы моя жизнь сильно поменяется, если я прекращу с ними общение, но многими своими знакомствами я дорожил и считал их если не дружбой, то тем, что стоит ценить.

Моя команда увидела меня, как и серебряные Восходящие. И если мои бойцы слитно кивнули, то Лейла и Леший лишь проводили меня задумчивыми взглядами.

Кое-какой оптимизм внушал сам разговор между моими людьми и лидерами других копий. Но по-настоящему я узнаю их отношение лишь при личной встрече.

К покоям Эллесара мы подошли спустя несколько минут и после пересечения всего дворцового комплекса. И за это время я сумел собрать, кажется, все возможные реакции на своё появление. На меня смотрели с уважением, со страхом, так что одна служанка врезалась в стену, а другая обронила поднос с фруктами. Было и немало оценивающих взглядов, особенно от Восходящих высоких ступеней. Тёмная бронза, серебро, они будто прицеливались, куда половчее всадить клинок, чтобы проверить слухи.

Подобная реакция говорила о том, что тешить себя надеждой не стоит. Слухи лесным пожаром пронеслись по городу и, кажется, меня теперь знал чуть ли не каждый. Даже пара золотых Восходящих и те привлекали меньше внимания, чем я.

При этом дворец напоминал улей. Копья пустынников то приходили, то уходили, было видно, что Эллесар занят делом и командует своими людьми. Все понимали, что ближайшие месяцы у него уйдут на то, чтобы окончательно раздавить мятежников и сделать пустыню поистине единой. Такой, какой она не была долгие циклы.

И скажу откровенно. Мне это нравилось. Когда Эллесар окончательно раздавит мятежников, в пустыне станет намного тише, чем когда-либо.

Перед входом в покои Эллесара дежурили сразу пять или шесть копий. Они внимательно осматривали любого, кто пытался подобраться слишком близко. Нас никто не пытался останавливать, так как понимали, что не стоит задерживать золотых Восходящих союзников, которые помогли переломить исход битвы.

— Друг мой? — обратился ко мне знакомый голос, что удивительно, на Глобише. При этом он будто спрашивал подтверждения. Я повернул голову и увидел Шелеста.

Серебряный Восходящий смотрел на меня прямо.

— Рад, что мы сумели пережить эту бойню, Тха-иш, — сказал я и слегка склонил голову. Голос я постарался сделать максимально мягким и доброжелательным, чтобы показать своё расположение и то, что ничего не поменялось.

Шелест понял и довольно кивнул. Я же мысленно выдохнул. Хотя бы один из тех, кого я ценил, не поменял своего отношения ко мне. А ведь он точно видел всё в подробностях, так как один раз я умер, когда закрыл его от смерти собой.

— Как закончишь со всеми делами, найди меня, есть новости, которыми я хотел бы поделиться, — сказал Шелест и гордо вскинул подбородок.

— Обязательно, — подтвердил я.

Воины пустыни расступились перед нами, через секунду мы оказались в покоях Эллесара. И здесь было не меньше людей, чем снаружи. Десятки Восходящих окружили кинга и внимательно слушали.

— Оставьте нас, — резко бросил кинг, когда увидел меня, Анору и Маркуса.

Подчинённые Эллесара не посмели ослушаться и сразу потянулись на выход. Практически все взгляды были прикованы либо ко мне, либо к Аноре. Красота жены Маркуса была хорошо известна на весь Круг. Я и сам порой засматривался и лишь мысленным усилием отводил взгляд. Было в Аноре что-то такое, что буквально вгоняло в транс.

— Нейт… — кинг медленно подошёл и остановился в паре метров, когда в покоях не осталось лишних людей, а дверь за последними плотно закрылась. — Скажи мне, мой знаменосец, что произойдёт, если я тебя убью?

Взгляд оливковых глаз не отрывался от меня. Он оценивал, пытался пробиться глубже, туда, где по словам Аноры и других клубилась тьма. Не раз и не два сильные Восходящие отшатывались от неё с ужасом, после чего их тела трясло так, словно они многие часы просидели в ледяной воде.

Внезапно кинг резко сорвался вперёд, в его ладони блеснул Дым, а следом я почувствовал боль у шеи. Острие клинка слегка вспороло кожу, но не пошло дальше, чтобы снести мне голову, лишь обожгло холодом. Настроение кинга был понятно, он хотел услышать правду. Холодные оливковые глаза беспощадно заглянули в мои.

Я не знал, то ли кинг сам всё видел, то ли ему донесли неравнодушные, но он явно решил разобраться в ситуации. Анора и Маркус стояли спокойно и не двигались. Их будто вообще не интересовало, что происходит между кингом и его знаменосцем. А возможно, именно поэтому и не вмешивались, понимая, что не могут нарушать чужую иерархию.

— Так что, Нейт, ничего не хочешь мне рассказать, пока я не решил проверить собственными руками?

Глава 3

Оливковые глаза Эллесара впились в меня, не отрываясь. По лезвию золотого клинка кинга медленно катилась красная капля крови. Она оставляла за собой явственный след на сероватом металле, преодолевала едва заметные грани, пока не начала скапливаться на краю лезвия.

Говорить я не спешил, хотя понимал, что меня могут убить на месте. С моим рангом Восхождения избежать этого практически невозможно. Маркус и Анора тоже не станут вмешиваться, так что решать эту проблему мне придётся самостоятельно.

— Ты спрашиваешь меня, что будет, если ты убьёшь меня? — медленно произнёс я. Как и Эллесар, я не отводил взгляд. Смотрел кингу прямо в душу. Моим голосом, казалось, можно было заморозить кипяток. — Ответ прост, моё тело умрёт, как и у всех, кого ты знаешь.

Эллесар нахмурился.

— И всё? — спросил он. По тону было легко