Четыре года до Солнца - Алексей Котейко

Юхан не остался в стороне, но то ли драться шведу доводилось редко, то ли действовал он сгоряча: вместо того, чтобы пустить в ход кулаки, Линдхольм, словно бык, нагнул голову, и с короткого разбега ударил тощего в живот. Внимание желтозубого было сосредоточено на О'Туле, так что манёвр удался. Хрюкнув, тощий отшатнулся, потерял равновесие и рухнул на пол. Однако тут же швед получил в глаз от снова включившегося в драку здоровяка, и в свою очередь оказался на полу.

Гилфрид попытался повторить удар Арно, но рослый противник с лёгкостью блокировал его, а потом сам насел на ирландца, молотя кулаками куда ни попадя. Зазвенело теперь уже в левом ухе, клацнули зубы после хорошего апперкота. О'Тул попытался было сцепиться с противником вплотную, но тот не дал ему такой возможности, тут же увеличив дистанцию между ними.

И поплатился.

Арно, залитый кровью из разбитого носа, уже стоял на ногах. Едва здоровяк отскочил от Гилфрида, как француз налетел на него сбоку, и когда парень с удивлением обернулся к этой неожиданной проблеме, Леон коротко и зло приложил его лбом в лицо. Рослый взвыл. Не дожидаясь, пока тот снова начнёт действовать, Арно с довольной ухмылкой добавил коленом в пах. Потом перешагнул через упавшего здоровяка, оказался рядом с поднимающимся на ноги тощим – и походя, словно танцор, ударил того пяткой в нос. Противник опрокинулся навзничь, а француз – ухмылка его теперь превратилась в оскал – ещё раз припечатал пяткой нос тощего.

– Квиты, – прокомментировал Арно.

– Браво, – кто-то нарочито медленно сделал несколько хлопков в ладоши. – А теперь все пятеро – за мной к капитану.

Гилфрид обернулся. Говоривший оказался парнем на два-три года старше их, в форменной футболке с выведенными белым «E1» на груди и спине.

– Этого, – Леон кивнул на тощего, не скрывая своего удовлетворения, – придётся нести.

– Вот ты его и понесёшь, – распорядился взводный.

Француз хмыкнул, потом примерился и потянул постанывающего противника за правую руку. Ирландец, подскочив, поддержал тощего под левую. Вдвоём они кое-как снова утвердили парня на ногах – здоровяк, морщась и кряхтя, уже поднялся сам – после чего процессия двинулась по проходу вслед за взводным, провожаемая любопытными взглядами.

* * *

Капитан, курировавший блоки с Eпо H, оказался мужчиной на вид чуть старше сорока, сухощавым и жилистым, с тонкой полоской усов над строго сжатыми губами и большими тёмными глазами с пушистыми, словно у девушки, ресницами. Его рабочий кабинет помещался в блоке E, и на стук взводного из-за двери донеслось отрывистое:

– Войдите!

Взводный шагнул в кабинет и вытянулся по струнке. Затем резким движением поднёс к козырьку кепи и тут же опустил правую руку с сомкнутыми указательным и средним пальцами.

– А, кадет Леон, – капитан покровительственно кивнул. – Что случилось?

Гилфрид, услышав фамилию взводного, покосился на приятеля. Арно демонстративно закатил глаза.

– Драка между новоприбывшими, капитан.

– Всего лишь? – офицер изобразил на лице недоумение.

– Одному досталось. Возможно, стоит отправить его в лазарет.

– Ну так отправьте.

– А как быть с остальными, капитан?

Офицер задумчиво провёл согнутым указательным пальцем по усам, сначала слева, затем справа.

– Имена, – приказал он.

Парни поочерёдно назвались. Здоровяк, всё ещё невольно сжимавший ноги, будто ему очень хотелось в туалет, представился как Эндрю Колбрейн, а своего приятеля, так и не пришедшего в сознание, отрекомендовал как Луиджи Ренци.

Пальцы капитана пробежали по клавиатуре, вбивая имена. Экран позади рабочего стола осветился и на нём появились досье всех пятерых новобранцев. Офицер мельком взглянул на фото и на самих парней, удостоверился, что никто не попытался назваться чужим именем, а затем развернулся к экрану и принялся изучать данные каждого. Взводный посмотрел на Арно и покачал головой, выражая разочарование. Француз безо всякого почтения скорчил свирепую гримасу и принялся демонстративно рассматривать потолок кабинета.

Наконец, капитан погасил экран и снова повернулся к новобранцам.

– Кто затеял драку? – голос его был совершенно спокоен.

– Я, – чуть помедлив, отозвался Колбрейн.

– Это так? – офицер оглядел остальных. Те вразнобой кивнули, и даже Луиджи пробормотал что-то похожее на подтверждение.

– Кадет Колбрейн.

Парень вздрогнул: голос капитана теперь лязгнул сталью.

– Три дня нарядов и карцерного пайка, – распорядился офицер.

– Кадета Ренци – в лазарет на осмотр. После восстановления – день нарядов. Кто ответственен за его состояние?

– Я, – мрачно подал голос Арно.

– Кадет Леон – два дня нарядов и карцерного пайка. Кадеты О'Тул и Линдхольм – по одному дню нарядов. Свободны.

Глава 3. «Так точно, сержант!»

У меня остались самые тёплые воспоминания об учёбе в Академии – как во время первого этапа, так и во время последующих переподготовок. Эта отработанная столетиями, отточенная до совершенства система максимально эффективна, и неизменно обеспечивает достойные результаты.

Добавлю ещё, что мне посчастливилось начинать свой путь в армии со многими поистине выдающимися людьми. Их имена сегодня прославлены победами, а заслуги отмечены наградами. Те же, кто сложил головы на полях сражений, остаются жить в нашей памяти – и, я уверен, не будут забыты теми, кто придёт после.

Г. О'Тул «Полвека в строю: воспоминания звёздного маршала»

Доктор Андерс был сухощавым коротышкой и к тому же природным альбиносом. Красные глаза медика внимательно смотрели из-за диагностического визора, с которым он, казалось, не расставался даже во время сна. Доктор тщательно брился, сохраняя лишь короткую бородку, похожую на пух одуванчика, и неизменно называл кадетов «господа».

– Ну-с, господа, – мягким вкрадчивым голосом обратился он к появившейся на пороге смотровой пятёрке. – Что тут у нас? Так-так…

Действовал доктор быстро и аккуратно. На ходу открыл один из совершенно одинаковых металлических шкафов, расставленных вдоль стен, извлёк оттуда два охлаждающих пакета и бросил один Эндрю, а другой Арно. Затем указал на кресло:

– Сюда, господа.

Гилфрид и Арно опустили на сиденье Луиджи. Доктор, мурлыча под нос какую-то мелодию, нажал несколько клавиш. Загорелись лампы дополнительной подсветки, кресло чуть изменило положение – теперь Ренци полулежал, а медик уже склонялся над ним.

– Свободны, господа.

Четверо парней неуверенно переглянулись. Доктор посмотрел на них:

– Свободны. Ваш приятель вернётся в казарму утром. Кто его наградил сотрясением мозга?

– Там трястись было нечему, – проворчал Арно. Доктор Андерс смерил француза спокойным взглядом:

– Ясно. Значит, вы мой новый поставщик мяса?

Опешивший Леон растерянно заморгал, но медик уже снова занялся Ренци. Четвёрка вышла из кабинета, а затем и из медицинского блока. Арно прижимал охлаждающий пакет к носу, Эндрю засунул свой в штаны и ковылял