Кодекс Практика: Страница 2 - Артем Сластин

Но для начала нужно закрыть долг, получить разрешение, начать торговать. И копить. Копить деньги, чтобы купить пилюли, чтобы развиваться, чтобы стать практиком. А потом…

Мысли путались, усталость брала своё, и я провалился в сон.

К моему удивленю, утром Шен был всё ещё на месте, и уже не спал. Сидел в углу и смотрел на меня с таким выражением, будто боялся, что я исчезну или прогоню его. А я, грешным делом, думал, что он опять что-нибудь попробует слямзить и сбежит, поэтому мешочек с монетами на всякий случай держал за пазухой. Если честно, даже немного надеялся на то, что он не удержится от того, чтобы ограбить меня, и что тем самым он снимет с меня ответственность.

— Всё ещё тут? — я потянулся, многозначительно хмыкнул. — Ладно, горе луковое, пошли, надо умыться.

Быстрым шагом мы спустились к реке, я уже даже начал привыкать к подобному и мысли о том, что в прошлой жизни можно было получить доступ к практически нелимитированной горячей и холодной воде, просто открыв кран — практически выветрились из головы.

Я умылся сам и загнал ребёнка в воду. Шен плескался в ледяной воде, повизгивая, но терпя, а после того, как получил небольшой кусок мыла, удивлённо затих, молча начав намыливаться. Такое ощущение, словно вообще видел доброту впервые в жизни.

Потом мы вернулись к лавке. Фэн тоже проснулся, сидел на лавке, пил чай и жевал пресную лепёшку без ничего. Увидев нас, кивнул на свободное место рядом.

— Садитесь. Завтракать будете?

— Было бы неплохо, — признался я.

Брюхо старого добра не помнит, и то, что вчера меня закормили в доме плотника до полусмерти, уже совсем забылось. Что же до Шена, тот только и мог, что смотреть голодными глазами и мелко кивать, пуская слюни.

Фэн налил в пиалы чай, поставил на лавку, рядом расположил блюдо с лепёшками и приглашающе кивнул. Шен набросился на еду так, будто неделю не ел, впрочем, не удивлюсь, если так оно и было и последний раз он пировал, когда они украли мою тележку. Я присоединился, к еде, но жевал медленнее, обдумывая предстоящий разговор с Чжан Бо и то, что вообще делать дальше.

— Фэн, — начал я, когда с завтраком было покончено. — Я вот о чём подумал. Твоё предложение про ресторан… оно ещё в силе?

Фэн удивлённо приподнял бровь.

— С чего это ты вдруг передумал? Вроде не хотел связываться.

— Так это когда было, — я вздохнул и махнул рукой. — Обстоятельства изменились. Мне нужны деньги. Много денег.

— Для чего?

Я посмотрел на горные пики, виднеющиеся вдали. Там, наверху, была секта и, если я хочу найти Сумо, мне нужно было туда. Только вот, кто пустит туда оборванца? У меня два пути: либо стать достаточно интересным для секты, что маловероятно из-за статуса загрязнения тела и низкого потенциала, который отображал Кодекс, либо достаточно богатым. Впрочем, один путь может идти рука об руку с другим, кто помешает мне стать настолько состоятельным, что я смогу очистить тело на максимум, подняв свой потенциал, а потом ещё и обожрусь пилюлями, обретя невероятную силу?

— Чтобы стать сильным, — сказал я прямо. — Чтобы купить пилюли, ресурсы, и всё, что нужно для культивации. Чтобы перестать быть смертным, которого любой практик может убить одним щелчком. И чтобы найти Сумо и стребовать свой должок. С процентами.

Фэн слушал молча, потом кивнул.

— Понимаю. Месть — это хороший стимул. Только ты не думай, что это быстро произойдёт. Культивация — это годы тяжелейшей работы, а денег, чтобы покупать дорогие препараты, с помощью которых можно сократить путь, у тебя нет. И даже если ты станешь сильнее, практиков на горе тебе не одолеть. Сумо, если его приняли, теперь под защитой секты Парящего меча, тронешь его — и старейшины придут за тобой.

— Я знаю, — ответил я. — Но если не попробую, то я никогда не прощу свой провал.

Фэн хмыкнул, почесал бороду.

— Ладно. Предложение в силе. Только давай сначала с долгом разберёмся и разрешение получим. А потом уже будем думать, как ресторан открывать. Это же не быстрое дело. У меня, если ты помнишь, тоже долги есть, и побольше твоих. Про ресторан я, конечно, так брякнул, ради красного словца, но думаю, вдвоём мы справимся, ты парень пробивной, вон, целый серебряный слиток заработал буквально за несколько дней. — он перевёл взгляд на мальца, тщательно пережёвывающего каждый кусочек лепёшки, — ладно, втроём, раз уж ты взял этого приблуду. Но в доле его точно не будет.

— Согласен. — а Шена в любом случае и спрашивать никто не стал, как и его согласия, потому что ему деваться некуда.

Мы допили чай, я оставил Шена в лавке, помогать Фэну, а сам отправился к управителю рынка.

На этот раз всё прошло гладко. В очереди стоять не пришлось, да её и не было сегодня, подтверждая мою идею о том, что есть приёмные дни, в которые к нему приходят просители. На воротах сегодня, к моему удивлению, были другие стражники, не бессменные Ло и Джао, впрочем, это и правильно, не могут же одни и те же люди стоять годами, нужны же выходные.

— Здравствуйте, — я вежливо поклонился, — пришёл оплатить штраф назначенный уважаемым Чжан Бо и получить разрешение на торговлю лапшой.

Меня осмотрели с ног до головы, но признали достойным общения. Хорошо, что одежду сменил и помылся. Заявись я сюда после коллектора, думаю простыми тумаками бы не отделался.

— Так тебе не к управителю. — лениво бросил стражник, — раз говоришь уплатить штраф, то он же уже принял по тебе решение и всё. Не думаешь же ты, что управитель только и делает, что сидит в кабинете и ждёт, пока к нему кто-нибудь придёт. Он человек уважаемый, работящий и занятой. Тебе к писарям, они отметят, что надо и разрешение выдадут.

Пререкаться и стараться прорываться силой я не собирался, помня, чем это чревато. К писарям, так к писарям. Мне указали куда идти, в небольшое одноэтажное здание на территории, и я, постучавшись, толкнул дверь.

Я вошёл в здание и оказался в длинном помещении, заставленном высокими конторками. За ними, согнувшись над свитками, сидели писцы, пять человек, и я понял, где все просители. Они были тут, стоя в очередях. Значит в тот день действительно был личный приём, раз все ждали внимания Чжан Бо. Интересно, тогда только я нарвался на штраф, или все, кто