Фантастика 2026-112 - Арлен Аир

В игру внесено глобальное изменение: НПС больше не приходят из Неизвестных земель, отныне и навсегда их число строго конечно. Проверим, насколько разумны люди нашего мира, сохранят ли они живущих в Орбисе жителей или истребят их? День покажет – Ночь расскажет.

–Конец лог-сообщения–»

Это…это просто невероятно, уважаемые читатели и слушатели нашего издания! Мы только что прочли информацию о последнем обновлении, и я очень надеюсь, что вы увидели в нём то же, что и я. Разумные НПС стали смертными…. Я… я даже не знаю, что к этому добавить. Думаю, мне пора возвращаться в Орбис и защитить моих друзей, а кто со мной, то встречаемся через пятнадцать минут на Главной площади Ливьена, что в землях Лесогорья. Меня вы узнаете легко – я Феанор, Троекратный гранд-мастер Булавы, Жених Княжны Восточного архипелага Сетелии. И я буду защищать моих друзей и товарищей! А вы? На чью сторону встанете вы?!

Встречаем новое обновление с новыми целями и стремлениями! Всем спасибо за внимание!

Автор выпуска: Олег Филиппов.»

Конец Интерактивной Статьи.

ВВЕДЕНИЕ или «Воспоминания о первых днях»

Капли крови стекали по моим жутким кистям целыми ручьями, будоража мое сознание и пробуждая во мне все самое ужасное и жестокое. За сегодняшний день, я превзошел сам себя, убив более ста раз. Но я не винил себя в произошедшем – они сами виновны в своих проблемах! Вот и сейчас, я чую страх неумершего, он в сознании, и он понимает что его «лежка» обнаружена, а значит, часы его сочтены. Опять со мной будут торговаться, предложат деньги, артефакты. И вновь я возьму все, что мне предложат, но не отступлю от своей задачи – убью всех. И не надо мне устраивать сцен на тему милосердия, человеколюбия и толерантности к неумершим – не аргументы, по крайней мере, точно не для меня….

Сворачивая за угол, ловко присаживаюсь и уперевшись когтями в мраморный пол, делаю бросок в сторону, где оттолкнувшись от стены, хватаю притаившегося птенца. Душить или нет? Иногда даже приятно посмотреть, как он боится того, чего не следует…. Смешные они, напоминают меня, когда все только начиналось. А ведь реально, как все невинно начиналось…..

* * *

«– Дед, ну вот зачем тебе это?

– Вряд ли ты это поймешь, – тяжело вздохнул старый человек. – Там и позаботятся обо мне, да и здоровье поберегу. Они же обещают лучшие условия на рынке.

– Дед, ну ты ей Богу как маленький, это же просто реклама, а у нее бюджет обещаний неограниченный! Они все что угодно могут сказать.

– Могут, – не стал он со мной спорить. – Но, тем не менее, я им верю, так как у них уже три моих знакомых и все они весьма довольны новым положением.

– И друзей твоих подкупили, они же в маразме уже наверно! – я негодовал и не желал смириться с уже решенным вопросом о переезде деда в дом престарелых.

– Ну а я так не думаю. И вообще, Жень, ты чего шумишь? Тебе-то какая разница? Ты же ко мне раз в квартал приезжал, а горюешь, словно мы жили вместе.

– Только вот на совесть не капай, ага. Я же к диплому готовлюсь и учусь, ты же знаешь, что занят я был все это время, – буркнул я.

– А дальше только больше дел будет, а кто мне старому воду подаст? Да и потом, я же к ним не на койку записываюсь, а в Саркофаг класса «А-плюс». Даже тебе в «таком» поиграть не светит, – усмехнулся в седые усы мой дедушка.

– Это все равно неправильно….»

Верно – неправильно…. Не знаю, почему я вспомнил именно этот разговор с дедом, но стоя на его похоронах перед разрытой могилой в сырой земле, в которой лежал гроб старика, я жалел, что не заметил его упрека. Он звал меня приезжать чаще, а я был слеп и глух…. С того разговора, прошло чуть более года, я получил свой проклятый диплом который теперь ненавидел. Я винил ни в чем неповинный картон, вместо самого себя! И что самое отвратительное – после последнего разговора, я ни разу не приехал к нему… в дом престарелых…. Я его бросил, как и родители, его собственные дети.

До конца похорон, я ходил словно чумной – ни с кем не говорил, ни на кого не смотрел. А затем ко мне подошел один из соседей моего деда – сухопарый лысый старикан с темными пятнами по всей яйцеобразной голове. Пожилой человек присел со мной рядом и долго молчал, глубоко дыша, после чего, наконец, выдал своим хрипящим голосом:

– У него ведь в Орбисе много чего осталось. Ты бы