Единичка - Элла Чак

хирургией, используя в качестве швейной нити человеческие волосы. Так же как Ли и Сильвия, они разбирались в лекарствах и ядах из трав, ягод, грибов и кореньев. Вместо орудий из камней пользовались вулканическим стеклом. Они были сведущи в астрономии и знали о планетарных циклах, но колесо так и не изобрели.

– Прям как мы, – разлеглась Сильвия на полу. Она крутила найденный в желтом доме циферблат с нацарапанным словом «Ракиура». В прочитанных за всю жизнь книгах такого понятия ей ни разу не попадалось. Она думала о себе и людях цивилизации майя. – Кто-то летает по небу и стреляет кипятящими кровь лучами света, – представила она комиссарские триглы на антигравитации и их спектральное оружие, – а кто-то капусту растит, вскапывая землю заточенной палкой, – оглянулась на свои грядки.

С календаря на Сильвию смотрел распахнутый рот древней маски майя, показывающий язык. Она показала ему в ответ свой:

– У Ли целых три года в запасе. Когда найдем Штаб, мы вместе разгадаем, что такое серебряный дождь и как уничтожить Единичку.

Сильвия обернулась к двери и побежала навстречу тете. Та еще не вышла из-за кромки леса, а племянница уже кубарем слетела со ступенек подъезда и рванула к ней, огибая «поляну чудес» на случай появления комиссаров.

– Наконец-то! Тетя Ли! Я знаю, где Штаб! Мы его нашли! Мы с Либери нашли огромное солнце и координаты! Там еще были медведи, и часы, и кинжал, – тараторила Сильвия. – Идем скорее, я тебе столько расскажу!

– Медведи? – уточнила Ли, прислоняясь спиной к стволу дерева, чтобы перевести дух после длительного похода. – Сильвия, ты же знаешь, они опасны. Хищники охотятся на нас.

– Только в медвежьих пустошах! Туда идти пять часов.

– Ты засекала?

– Теоретически, – пожала плечами Сильвия, отводя глаза. – Неважно! Главное, мы попадем в Штаб! Ли, что с тобой? Ты устала, да? Ты не ранена?

Сильвия не видела лица тети. На той был шлем и вторая кожа, защищающая от радиации. Когда Ли подняла экран, она посмотрела на племянницу уставшими, даже изможденными глазами. Синяки под глазами были не голубыми, а черными, с вкраплениями бурых пятен.

– Ли… что? Это яд? Ты отравилась в лаборатории?

– Нет, родная. В лаборатории я успела нарушить формулы Ласа и Доу. Отодвинула их от создания беты-два. Не разберутся, что там к чему, еще лет пять.

– Это же хорошо… Идем, я заварю тебе лечебных трав. Ты просто устала. Отдай мне это, – протянула Сильвия руки к ее тяжеленному шлему, – солнце уже село.

Оказавшись в норе, подъем на двадцать этажей до которой занял сегодня час, Ли подошла к своему календарю с маской майя. Пока Сильвия нагревала воду на плитке, работавшей от генератора, Ли сняла с себя вторую кожу и аккуратно сложила на диване рядом с плюшевыми медведями. Она подняла с полки фотографию родителей – Нестора и Нины. Рыжий ген достался от него. Шевелюра Сильвии такая же рыжая, как у Нестора.

– Скоро увидимся…

– Ты про что? – возникла за ее плечом племянница с фарфоровым чайником.

Он считался коллекционным в минусовой эре, но сегодня Сильвии не хотелось пить из медных кружек. Она приготовила чай и подала его в красивом сервизе. Достала банку земляничного варенья, персикового меда и редкую шоколадку из минусовой эры. За тридцать лет та покрылась седым налетом, но все равно это был шоколад, и найти его на островах – огромная удача.

– Ли, попей чаю. Ты поправишься. Завтра мы отправимся в Штаб. Возьмем только самое необходимое, – намазывала Сильвия домашнюю лепешку вареньем и медом, водружая сверху квадрат шоколадки. – Штаб не очень далеко. Я знаю, где эта геометка. Уже сверилась с картой.

Она протянула тете бутерброд, заметив, как Ли уставилась на свой календарь.

– Тетя Ли? – отложила Сильвия праздничное угощение. – Что с тобой? Какая-то болезнь?

– Нет, родная, – улыбнулась Ли бледными бескровными губами, – это старость.

– Старость?.. Какая еще старость?! У тебя же три года в запасе! – ринулась к календарю Сильвия. – Смотри! Ты еще не вычеркнула больше тысячи дней! Ты что… – уставилась она на Ли, набираясь смелости озвучить возникшую в голове догадку, – ты специально, да? Ты вычеркивала их неправильно, да?!

– Я все сделала правильно, Сильвия. Ты найдешь Штаб сама. Возьми с собой компьютер Нестора… запомни свое имя…

– Нет! Остановись! – зажала она ладонями уши. – Не хочу слышать про Нестора! Я его ненавижу! Ненавижу за то, что он сделал с людьми! Он всех убил!

– Мы его потомки.

– Значит, мы тоже убийцы!

– Нет, родная. Неважно, кто наши отцы. Поступки определяют, кто мы. Кем хотим быть.

– Я хочу быть с тобой! В Штабе!

– Я всегда буду рядом, родная. Ты даже не представляешь, насколько сильно я люблю тебя. И никогда не брошу.

Ли хотела подойти к ней, вот только ноги не слушались. Она чувствовала Единичку. Запрограммированное геномное обнуление приближалось.

– Пожалуйста, не бросай меня… Ли, пожалуйста… я не справлюсь.

– Ты в три раза сильнее меня. Возьми вторую кожу. Уходи из норы. Здесь небезопасно. Меня будут искать. Забери компьютер Нестора.

– Нет! Я ничего не пойму в его записях! Ты ведущий химик, но и то не разобралась в загадке серебряного дождя!

– Нестор лишился рассудка, когда писал о дожде. Он не был ученым в тот момент. Мой разум мешает понять простое. А ты справишься. Все имеет начало, и все имеет конец… так говорил Нестор.

– Ненавижу эту фразу! И Нестора ненавижу! Это все из-за него! Он придумал Сектор, Единичку и искусственный интеллект! Он убил одиннадцать миллиардов! И тебя…

– Его обманули. Он строил в Секторе убежище, а не тюрьму.

– Не защищай его! Ты умираешь из-за него!

– Прости меня, Сильвия. Прости… Я хотела сделать тебя свободной…

– О чем ты, Ли?..

Та уронила на пол рамки со старыми фотографиями родителей. Ее руки впились в выцветшую от солнца балконную дверь. Ногти процарапали старую краску.

– Время… Ты должна убить Систему, Сильвия… Я не смогла, но ты справишься…

Ли обернулась на заплаканное лицо племянницы. Сильвия замерла в паре метров, хватая себя за локти. Она переступала с ноги на ногу, растирая грудную клетку. Как раз в том месте, где ощущала собственную боль Ли. По красным щекам Сильвии текли ручьи слез и сливались в поток на дрожащем подбородке.

Она тянула к тете руки, обернутые перчатками, но даже в них Ли не позволила племяннице к себе прикоснуться.

– Запомни свое имя, родная, оно откроет…

Голова Ли метнулась назад, как будто кто-то невидимый толкнул ее с силой. Затылок ударился о балконную дверь. Пара шпилек отскочила от пола звонкой мелодичной трелью. Ли рухнула на землю, которую в прошлый ее визит они таскали для грядок. Она знала, что эта земля станет ее могилой, помогая сделать запас. Ли умерла, так и