Милан. Том 9 - Arladaar

Сейчас одномоментно на ледовую арену должно было ехать очень много народу, поэтому к гостинице подали сразу два трансферных автобуса, в которых уместились все фигуристы и тренеры.

…Когда приехали, волонтёры в вестибюле сказали, чтобы все шли в пресс-центр, где сейчас состоится общее собрание, посвящённое показательным выступлениям. Многим такая вовлеченность показалась чрезмерной: обычно на показательных максимум тренировали общий и финальный выход.

В пресс-центре в президиуме уже сидели Сэйко Хасимото, генеральный директор Федерации фигурного катания Японии и его заместитель Масао Цунэяма, президент Федерации фигурного катания Японии, отвечавший за организацию показательных выступлений. С ними два переводчика.

— Здравствуйте, дорогие дамы и господа, — поприветствовал собравшихся господин Сэйко Хасимото. — Мы собрали вас для того, чтобы рассказать о формате сегодняшнего показательного шоу. Состоится оно, как вы знаете, в 13 часов 20 минут и будет продолжаться до 16:00, то есть 2 часа 40 минут. В шоу будет два отделения, между ними антракт. В шоу по приглашению участвуют спортсмены, занявшие места с первого по пятое, а также танцевальные дуэты и спортивные пары. Порядок выхода на лёд: сначала спортивные пары, потом танцевальные дуэты, потом женщины и последними мужчины. Чемпион NHK Trophy среди мужчин выступает последним. Кроме этого, мы запланировали общие номер с одиночниками, а также привлечём других спортсменов, которых посчитали нужным привлечь. Конкретно для вас. Общего выхода как такового не будет. Вместо общего выхода одиночники и одиночницы, занявшие места с 1 по 5, исполнят общий стартовый номер, который будет длиться 3 минуты и будет проведён в самом начале шоу, под первым стартовым номером. В этом номере вы будете разбиты на пары, сейчас господин Цунэяма их зачитает. Господин Цунэяма, вам слово.

— Здравствуйте, уважаемые дамы и господа, — сказал президент федерации фигурного катания Японии. — Хореограф шоу решил разбить вас на такие пары: Арина Стольникова — Пётр Гумов, Каори Сакамото — Шома Уно, Софья Термитова — Дмитрий Самсонов, Алиса Лью — Винсент Чжоу, Мана Каваба — Као Миура.

Когда японский чиновник называл парочки, раздались громкие аплодисменты и весёлый смех. Фигуристам было весело, и стало интересно, что же там такого задумали организаторы, особенно если решили разбить их на пары. Не весело было только корейскому фигуристу Чжун Хван Ча. Похоже, в общем номере его заменили на японского фигуриста Као Миуру, который занял аж 8 место и, по сути, вообще не имел права на показательное выступление, но, как говорится, организаторы всегда правы. Решили подтащить своего. А может быть, просто не хотели ставить японскую фигуристку в пару с корейским фигуристом. Люда заметила, что все парочки были отобраны исключительно по национальному признаку. Конечно, это могло говорить и о том, что так специально сделали для того, чтобы партнёрам и партнёршам было легче коммуницировать друг с другом.

— Финальный выход будет общим, — продолжил свою речь господин Цунэяма. — Пройдёт так, как привычно: вас будут называть по имени в обратном порядке от занятых мест, вы по одному выходите на лёд, проезжаете через арену, делаете какой-либо любимый элемент и становитесь в дальней части. Потом, когда все соберутся, друг за другом проезжаете круг почёта, благодаря зрителей за то, что они смотрели на вас, и в конце состоится традиционная общая фотосессия. Как видите, всё просто. Есть только один нюанс для одиночников: режиссёр шоу хотел бы, чтобы вы надели платья и костюмы, которые специально сшиты для общего номера. После номера вам придётся сдать их обратно.

Японец показал на крайний стол, на котором лежало пять тщательно свёрнуты и положенных в упаковку красных платьев, а так же пять мужских чёрных с золотистым переливом рубашек и чёрных брюк с золотистыми лампасами. Что всё это значит? Что именно придётся катать? Никто не знал, и это добавляло пикантности и интриги.

— А как они наши размеры узнали? — неожиданно спросила Соня, сидевшая рядом с Людмилой.

— Они могли заранее как-то узнать, у кого какая одежда, и сшить точно такое количество, какое требуется, — путано объяснила Люда. — Мне кажется, в этом нет ничего необычного. Число претенденток на медали ограничено, достаточно сшить только такие размеры, и попадёшь точно в яблочко.

Очевидно, что неказистая версия была притянута за уши. Возможно, так, возможно, и не так, однако господин Цунэяма сказал, что сказать ему больше нечего, и чтобы фигуристы отправлялись в раздевалку, готовились к тренировке, которая будет относительно короткой.

— Дополнительная просьба фигуристам, участвующим в парном номере: парни должны быть аккуратно причёсаны, девушки с нейтральным макияжем. Да, кстати, ваши тренеры должны передать музыку для ваших номеров звукорежиссёру и пообщаться с ним. Если нужен какой-то дополнительный реквизит или дополнительные участники, тоже сообщите заранее, — заключил японец. — На этом у меня всё. Давайте сделаем наше шоу ярким и запоминающимся на годы!

После этого все фигуристы дружно встали и направились в раздевалку, готовиться к тренировке показательного.

…Несомненно, двойное переодевание в праздничные платья сулило некоторые неудобства. Придётся два раза готовиться к своему выходу. Но ничего не поделать, таковы требования организатора.

Люда рассмотрела платье. Оно было завёрнуто в прозрачный пластиковый пакет с надписью маркером A. Stolnikova на небольшой табличке. Люда раскрыла замок-зиппер на упаковке, осторожно вытащила и развернула платье, потом взяла двумя руками и внимательно осмотрела его.

Кажется, ничего примечательного. Обычное платье красного цвета, с короткой юбкой, приталенное, без рукавов, похожее на сарафан, с двумя широкими лямками на плечах и открытой спиной. Платье явно не для фигурного катания, так как отсутствовали внутренние трусы.

— Я бы не сказала, что здесь какой-то эксклюзив, — заметила Люда. — Похоже, куплено в обычном супермаркете. И зачем его сдавать обратно? Кому оно нужно уже ношеное? Я, конечно, не говорю, что это платье непременно и обязательно нужно дарить нам, но и зачем возвращать, оно же стоит копейки.

— Я, как особа, хорошо знакомая с японскими обычаями, могу сказать тебе так: они вполне могут потом эти платья продать на аукционе, — неожиданно сказала Термитова. — Совершенно официально. Какому-нибудь поехавшему фанату. В принципе, это как раз соотносится с их культурой. Точнее, антикультурой. Иметь платье, в котором оставила свой запах Сотка, — это же ого-го как круто для фаната! Как ещё трусы с носками не вручили, которые тоже нужно вернуть. Ха-ха-ха!

— Что? Я не могу поверить твоим словам, — изумилась Людмила. — Это же… Какой-то позор…

— Самое главное, чтобы номер