Охотник - Данил Коган

Шор посмотрел на Морта с раздражением. Странно. Обычно он на ксара не реагировал вовсе. Или реагировал спокойно. Даже не бросил в него ничем ни разу.

— Шёпота как нашли? — спросил я.

— Морт нашёл, — ответил Ингвар. — Реально глаз-алмаз. Достали крюком его из ямы. Да вот одна загвоздка. Он не мертвый. Вернее, мертвый, но шевелится. Короче, мы его добить не смогли. Твой молоток его не взял.

— А пушка Шоровская на что? — охренеть, они проблему притащили.

— Пять серебра на ветер! Нас ждёт нищета с такими замашками, платить-разорять! Нечего на всякую падаль заряды тратить. Плевки мои ему тоже похеру, если хочешь знать. Тело заклято у засранца, рубить-ломать!

— Дайте я вслух это скажу. Вы вытащили это чудовище из ямы. Не смогли добить. И принесли сюда. Вы долбанутые?

— А ты сам попробуй, умник, забодай меня коза! — Ингвар протянул мне мой молот.

— Я те так скажу, Илья, без пользы. Скорее молот сломаешь. Тута твоя Погибель нужна, гля чо. Бей в башку и в грудак. Должно помочь. Тока учти: он тебя запомнит, мстить-убивать.

— Что значит «запомнит»?

— Ну… их нельзя убить, копать-хоронить. Он, кароч, в своей сраной гробнице затем новое тело получит. И херакс! Как новенький, гля чо.

— В какой гробнице, нахрен? В другом мире? — нет, я с ними точно с ума сойду.

— Не, ты чо. Откуда-то же он пришёл со своими низшими, бродить-скитаться. Вон там гробница и есть. Гробниц в Межмирье с Войн Мертвых осталось ещё как говна в огороде. Дрейфуют, гля. Не все еще альвы разорили.

— Его могли забросить через односторонний портал, — заметил Шор.

— Могли, гля. Но он точно в местной гробнице после этого сохранился, я те клянусь. Слушай ксара, ксар знает. Шепот бы ни в жисть не полез так близко к анклаву альвов, если бы не имел саркофага, лежать-помирать. Альвы же их ненавидят. Те им крови попили, ты чо… Вот. Да вы не парьтесь. Хрен его знает, может, он сюда сто оборотов шёл. Да и не мстительные они. Так, убьют и забудут, уф-уф-уф!

— А как он через всё Межмирье пропёрся-то тогда? С зомбями своими и прочим добром? Если они такие страшные и вообще древний враг восстал, и всё дела?

— Ты сам ответил, — Шор пожал плечами. — Враг древний. Мы вообще с ними не сталкивались. Да никто из ныне живущих, наверное, не сталкивался. Даже альвы столько не живут. Они помнят. Но, скорее всего, до Ярмарки этот Шепот прошёл по территории стаи. Никто просто не понимал, кто это. Ну, бродит некромант с прислугой. Пока не нарывается и беззаконий не устраивает, пусть шляется.

У меня сразу возник вопрос: а почему Шёпот шёл именно сюда? Явно же место здесь какое-то очень непростое. Нет, придётся здесь задержаться. И добить этого некрона нужно. Я взял Погибель в левую руку. Правая всё ещё не работала как следует. Булаву я в ней точно держать не мог.

— Ладно. Куда бить, говоришь, Морт?

— Да бей по черепушке, а потом в грудак. Глаза потухнут — значит всё. Здеся, кстати, Поток плохой. Может, и не уйдёт он, гля чо! Помехи, все дела.

— Ладно, сейчас. На улицу его вытащим.

Я зацепил Погибель драконьей головой за пояс. Подхватил тушку некрона за ногу. Ладонь у меня большая. А вот голова маленькая! Она уже пухнет от всех этих событий и информации. Я до этого сознательно отгораживался от «лишних» сведений. Теперь придётся вникать.

Положив неподвижного некроробота на камешки, я с хеканьем опустил Погибель на металлическую маску. Ту вмяло внутрь черепа. Из трещин потекла какая-то чёрная жижа, воняющая смесью солидола и хлорки. Тускло, едва заметно светившиеся глаза замигали. Я снова поднял булаву и ударил в середину грудной клетки. Туда, где виднелась отметина от копья, которым зарядил в монстра альфа сарков. Ничего себе у альфы сила удара была! Если люди боевым молотом расковырять тварь не смогли. Действительно чудом выжили же тогда.

Удар.

Ещё.

И ещё раз. С третьим ударом внутри некрона что-то хрустнуло, и грудная клетка провалилась в корпус. Глаза потухли теперь уже окончательно.

— У тыж гля чо-о-о, — протянул Морт.

— Ну, и что я сделал не так? Давай теперь уже можно сказать. Заранее-то незачем объяснять, правда ведь, Морт.

— Ой, кончай душнить, Илья. Нормально всё ты сделал. Просто утром ещё Погибель была магической штуковиной. А щас на ней ни магии, ни проклятий, смотреть-понимать. Просто палка, гля.

Вот тебе и раз, подумал Штирлиц. Это, надо понимать, когда я мачту поломал на портальном обелиске, случилось. Ну… вроде некрона поломать это не помешало. Фигли мне с той магии, если я её всё равно не использовал? Но происшествие интересное. Это почти как с ошейником. Я сперва из него магию выбил, а потом поломал. Только с Погибелью я такого не планировал. А оно вот как. Как говорится, «А чо я? Я ничо! Другие вон чо и то ничо. А я как чо, так сразу вон чо». Ладно, шутки шутками, а уже вечереет. Уходить нужно обратно.

— Народ, собираемся. Трофеи пакуем. И надо бы как-то за собой почистить. На случай инспекции.

— Я приберу, не беспокойся, паря, — ответил Ингвар. — Здесь такой бардак, да и после землетрясения всё завалило, ург ногу сломит. Нет у альвов охотников, которые могут определить, сколько времени следам. Разве что среди их рабов. Ну и алхимию кое-какую разолью, от зверюшек, укуси меня упырь.

Как будто дождавшись окончания сборов, появилась «наша» альва. Выглядела она, конечно, забавно. В каком-то тряпье, на шее след от ошейника. На левом плече повязка, от которой пахнет лекарственными травами. Но держалась она при этом как будто королева на светском приёме. Прогресс, кстати, по сравнению с «королевой в свинарнике». И красотка, чего уж говорить. Я не фанат такого типажа женщин, но альва была красива как экзотичный цветок. Тонкая фигура, аккуратные руки. Сквозь грязь в спутанной гриве волос пробивались серебряные пряди. И оранжевые глаза, как тёплый янтарь.

Она обвела взглядом всю честную компанию и остановила его на мне.

— Ты здесь принимаешь решения. Что я должна сделать, чтобы вы предоставили мне защиту на время?

— Меня зовут Илья. Для начала тебе стоит назвать своё имя. Только не как у ксара, пожалуйста. Что-нибудь человеческое.

— Илия, — в её речи слышался очень мягкий акцент. — Хорошо. Мое имя Айвена. Из дома Дымных зеркал.