Участковый - Галина Дмитриевна Гончарова

Ирине этого решительно не хотелось, и она старательно держала дистанцию.

Очередной вызов разорвал тишину кабинета.

Петрович снял трубку, послушал и кивнул Саше.

– Возьми.

Ирина навострила уши. Разговор вышел коротким, Саша бросил трубку на рычаг и поднялся.

– Опять? – сочувственно осведомился Петрович.

– Ага. Вот козел…

Кажется, остальные участковые разделяли его мнение.

– Что случилось? – рискнула спросить Ирина.

– Погромщик у нас завелся, в Соротском районе, – зло ответил Сорока.

– Не погромщик, а козел, – фыркнул Коля. – Прикинь, залезает в дом, переворачивает все вверх дном – и сваливает. Никто ничего не видел, не слышал, зато на стене рисунок в виде какой-то фигни оставляет, типа козлячьей морды…

– И ничего не пропало?

– Сань, возьми девочку с собой, пусть полюбуется, – подал голос Петрович.

Ирина посмотрела умоляющими глазами. Пожалуйста, сидеть и писать уже надоело! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…

Видимо, взгляд получился выразительный. Саня скривился, но кивнул.

– Ладно. Пошли.

Ирина накинула форменную куртку и выскочила на улицу вслед за Саней. Естественно, пешком.

Почему не на машине? А не убийство, знаете ли, а бензин казенный. И вообще, дорогой.

Тоже еще вопрос, страна сидит на добыче нефти, а своим гражданам ее продает втридорога, кому рассказать, пальцем у виска покрутят.

Разве что на велосипеды перейти? Но их Ирина не любила. Умела ездить, но – вот. Не возникло у них понимания, может, из-за собак, которые очень любят велосипедистов, а может, из-за того, что у нас в городах дорожек для велосипедов нет, по тротуару ехать неудобно, а по дороге…

Видела Ирина, как машина велосипедисту по заднему колесу поддала.

Ах, какой был красивый полет… И какое грустное получилось приземление.

– А давно этот вандал промышляет?

– Около трех месяцев, – зло махнул рукой Саня. – И все на моем участке пакостит, сволочь!

Александра можно было понять. Люди пишут жалобы, их приходится рассматривать, открывать дело, закрывать дело, прибавляется куча работы, да и недовольное начальство начинает ставить сотрудника в интересные позы.

– И никто-никто ничего не видел?

Александр вздохнул.

– Там район такой… если кто чего и видел, все равно всем наплевать. Придем – увидишь.

Ирина кивнула.

Ладно, сначала посмотрим, потом спрашивать будем.

Район действительно оказался не из лучших.

Барачные послевоенные дома. Одно-, двухэтажные, все коммунальные, конечно, на шесть-восемь семей, с туалетом во дворе и водой из колонки.

Газ? Только электричество. И – мусор вдоль дороги.

Мусорных баков здесь предусмотрено не было, а потому мусорные пакеты люди попросту выставляли к дороге. С утра проезжала машина и все собирала.

Видимо, у города нет денег на мусорные баки. Зато мэр на «мерседесе» ездит… Вот пересел бы на «калину», а на разницу в цене…

Мечты, мечты…

Дома были самые разнообразные, видимо строились без плана, руля и ветрил, кто во что горазд. Раньше, при советской власти, народ верил, что их будут расселять, давать квартиры… После перестройки те, кто поумнее и пооборотистее, начали всеми правдами и неправдами выбираться из своих жилищ в более приличные. Остальные тянули лямку.

Этот барачный дом был одноэтажным.

Александр посмотрел на него взглядом потомственного страдальца, вздохнул, поправил фуражку и направился к воротам.

Да, там еще и дворики были. Одна сотка, не больше. Должны же где-то туалеты стоять?

Ни погулять, ни животное выпустить… Да и просто заводить его в таких условиях – садизм чистой воды. Это человек – тварь неприхотливая, где хочешь выживет, а зверя-то за что?

Дворик, шесть квартир, у крайней суетится толстая очкастая тетка самого что ни на есть куриного вида. Знаете, есть такие… Им все надо, везде они лезут, во всем хотят участвовать, визгу, шума и проблем от них – втрое, а пользы… Ее и родные-то не дожидаются. Курица-с.

Ирина даже хмыкнула, когда тетка бросилась им наперерез, заквохтала, замахала коротенькими ручками, словно крыльями.

– Наконец-то! Ужас! КОШМАР!!

– Добрый день. Участковый уполномоченный полиции, капитан полиции Волынский, Александр Сергеевич. Что у вас произошло?

Ирина потащила из планшетки бланки. Протокол, заявление… стопроцентно без этого не обойдется.

Угадала? Угадала.

Произошло СТРАШНОЕ!

Да, именно так, большими буквами, а уж сколько шума было!

Дом этот на шесть квартир, все шесть заселены, одна из семей уехала в отпуск. Ключи от квартиры оставили Серафиме Сигизмундовне (так звали эту курицу) и попросили поливать цветы.

Вот, пришла она сегодня с утра, цветочки полить, а там!

Кошмар! УЖАС!!

– Ладно, Серафима Сигизмундовна, давайте пройдем в квартиру, посмотрим, что там и как. Ириш, пошли, поглядишь, как это в жизни выглядит. Руками ничего не трогать, поняла? И… Серафима Сигизмундовна, нам бы понятых пару…

– Да вот хоть и муж мой? Подойдет?

Означенный субъект пошатывался, аки деревце в бурю, но вроде на своих ногах стоял. Рядом возник второй, такой же алкогольно печальный.

Саня посмотрел с тоской, но решил, что лучше тут ничего не найдется. Разве что еще хуже. И пошел в пострадавшую квартиру. Ну как – квартиру?

С точки зрения Ирины, это можно было назвать землянкой. Внутрь заходить надо было по двум ступенькам. Видимо, дом за эти годы осел или культурный слой поднялся… Кто ж его знает?

Но надо спускаться.

И если вспомнить тот же дом снаружи, окна находятся на уровне колен, а вот внутри – на уровне пояса. Значит, дом ниже уровня асфальта. То есть – пол.

Две комнаты. Одна большая, проходная, вторая чуть поменьше. Обе угловые, то есть с окнами.

В большой комнате выгорожен уголок под «кухню». Чайник, микроволновка, электроплитка…

Общее впечатление – в общаге лучше. Там хоть вода есть. И полы… ощущение было такое, что доски уложены прямо на землю. Интересно, люди тут ревматизмом не болеют?

– Что?

Как оказалось, последний вопрос Ирина озвучила вслух. Пришлось повторить.

– А то ж! Еще как болеют, – закудахтала курица Сима, которую Ирина про себя перекрестила. – Здесь вообще одни безбожники живут, оттого и болеют постоянно. А то, бывает, сглазят кого…

Ирина промолчала.

Ага, козе понятно, ревматизм у нас от безбожия. Нет, не от земляных полов, а от отсутствия в доме икон. Хотя… а если их на пол вторым слоем настелить? Нет, ламинат лучше. Можно освященный, можно просто ламинат. Или вообще выехать из этого кошмара.

Хотя ей ли из общаги рот открывать?

Тут хоть и конура для кошки, но своя. Личная.

В комнатах был… хаос. Нет, даже не так. Перевернуто вверх дном было все. И в то же время не было ощущения обыска, системы, какой-то строгой логики. Наоборот, словно что-то пробовали искать, не нашли, а потом, со злости, стали громить