Шаг легиона. Часть 2 - Николай Александрович Метельский

— Да что у вас здесь происходит? — спросил Стратус хмуро.

— Потом, — повёл я плечом. — Поясните ему потом.

Подойдя к краю балкона, несколько секунд стоял и рассматривал людей на трибунах. Взволнованы. Давненько Романо не сражался на полигоне. Атолийцы в принципе уже очень давно не видели, как сражается Романо. Что ж, пришло время показать им, на что способен их принц.

Сделав шаг вперёд, я слегка оттолкнулся от края балкона и начал медленно парить вперёд, постепенно снижаясь всё ниже и ниже.

Ладно, только ради вас атолийцы. Чисто красоты ради, врубаю молнии.

* * *

— Ну, кто-нибудь скажет, чего вы такого почувствовали? — спросил Стратус раздражённо.

— У принца шесть Звёзд, — произнёс Туриос задумчиво. — И очень занимательный артефакт.

— Чёрт… — принял новую вводную Стратус. — Шесть Звёзд, значит.

— Слабаки, — покачал головой Порс. — Не шесть у него Звёзд, а семь. Семь долбанных Звёзд! В двадцать четыре года! Да у него развитие идёт быстрее, чем у Алекса Романо!

После эмоционального спича Порса на балконе воцарилась тишина. Каждый думал о своём. Что теперь делать, и как быть? У Стратуса аж сердце побаливать начало от этих дум.

— Вы все неправы, — нарушил тишину Плетниц. — У молодого человека не семь Звёзд.

— Да ну, и что же я тогда чувствовал? — усмехнулся Порс, посмотрев на мага. — Вам, волшебникам, лучше не лезть в дела воинов.

— Он прав, — поддержал Плетница Горано. — Это просто ты слабак.

На осознание слов Горано, у присутствующих ушло несколько секунд.

— Это невозможно…

Стратус даже не понял, кто пробормотал эту фразу, да ему и не до этого было. Он только сейчас осознал, насколько опростоволосился со всеми своими планами. Восьмизвёздочный воин, с памятью Алекса Романо. Чёрт… Да у него изначально, шансов было не очень много. То-то его за несколько месяцев разгромили.

А следующее, что отвлекло всех на балконе, был голос принца. Спокойный, но звучащий словно повсюду.

— Романо здесь. Приветствуйте легионы.

* * *

Объятый золотыми молниями принц, медленно опускался на арену, где его ждал чуть ли не сильнейший боец континента. Смотрящие на него зрители испытывали некоторое чувство благоговения, но не из-за принца как такового, а из-за его родового имени. А ещё им было любопытно. Последний Романо… Интересно же, на что способен последний потомок Непобеждённого. Всем было понятно, что принц проиграет, на трибунах не было идиотов, но… как именно проиграет, уже интересно. Интригующе.

— А ведь золотые молнии утеряны, — произнесла какая-то женщина.

И у тех зрителей, что услышали её, взлетели брови.

А ведь и правда. Всем известно, что техника развития Алекса Романо исчезла вместе с ним. Да, вроде как он учил чему-то своего сына, но погибнув, не успел научить всему. Техника оказалась неполноценной. В итоге Романо отказались от неё, найдя другую. Не такую знаменитую, зато полноценную.

Эта мысль пришла в голову не одному человеку, из-за чего на трибунах начал нарастать гул. Кто-то вспомнил о Золотых молниях Алекса Романо, кто-то о недавнем мятеже гвардии, о котором вообще мало информации. Сам мятеж, к слову, разозлил почти всех атолийцев. Неважно, уважаешь ли ты принца, безразличен ли он тебе, или, быть может, он тебе не нравится… Романо остаётся Романо, и покушаться на него, трясти устои мира. Осквернение самой идеи существования Атолы.

В этот момент тысячи людей смотрели на парня, окутанного золотыми молниями. Тысячи на арене, десятки тысяч смотря трансляцию. Смотрели и предвкушали. Кажется, Романо возвращается. Кажется… может… А вдруг и империя… вернётся?

Однако были на арене и те, кому было плевать на родовое имя правителя Атолы. Суу’Виш находился в комнате ожидания и смотрел на происходящее через магический экран, висящий на стене. И чувствовал он в тот момент не восхищение, а смущение. Его Сфера внимания с гарантией покрывала всю арену, гораздо больше, чем всю арену, так что, глядя на экран, он видел человека, который ощущался как восьмизвёздочный. И его мысли крутились вокруг слов принца на том приёме, где парень назвал его «славным воином». Суу’Виш осознавал, что принц может даже не понимать, насколько… мерзко звучат эти слова для слуха ящеролюдов, от такого слабака, но всё равно чуть не сорвался. А теперь правитель Сухого ветра сидел и думал: «а если он всё понимал»? Ведь если это так, тогда и ответ Суу’Виша понял. Как и его отношение к принцу.

— Стыдно-то как… — прошипел Суу’Виш на своём языке.

А Романо к тому моменту уже спустился на арену и подошёл к действительно славному воину. И после недолгого разговора эти двое начали расходиться. Небольшая пауза, и в руках Романо словно из воздуха появляется штандарт, который словно соткан из золотых молний. Несколько секунд разглядывая свою палку, принц поднял руку и вонзил её в землю арены. После чего произнёс слова, которые услышал даже Суу’Виш, находящийся довольно далеко от парня. Правда, слова понял лишь благодаря магическому переводчику.

— Романо здесь. Приветствуйте легионы.

А потом, что сильно удивило Суу’Виша, он заметил, что люди на трибуне начали вставать. Сначала единицы, но уже через пять секунд на ногах были все трибуны. Ящеролюд не понимал, что происходит, но это нормально — культура людей та ещё загадка.

А дело было в истории. Истории, в которой фигурировал не только Романо. Истории империи. Все знали кличи легиона, но помимо этого, все знали, что есть кличи, которые может произнести лишь один человек. Есть слова, которые может сказать лишь Громов, есть те, что может сказать лишь император, а есть те, что может озвучить лишь командующий.

Только он может требовать приветствия для легионов. Всех легионов сразу. Только легат империум пропретор может говорить от лица всей имперской армии. И в данной ситуации… Атолийцы не могли не встать. Встали люди на трибунах, встали те, кто смотрел трансляцию, встал Туриос, встал Плетниц, встала вся вип-ложа. Даже Стратус поднялся из своего кресла. Не потому, что он подчинился победителю, нет. Просто он тоже имперец.

И империя приветствовала своего командующего.

Глава 16

Коснувшись ногами площадки полигона, повёл глазами по трибунам. Вроде как эффект от золотых молний произведён. О цвете моей маны знают многие, но все эти люди… они не широкая общественность. А ещё для них золотые молнии Романо — это норма. Ничего такого. Фиолетовая мана Таниса