Скучная жизнь. Книги 1-6 - Виталий Хонихоев

этой школы и первый заместитель председателя. А ты? — она наклоняет голову набок, продолжая изучать его. Бон Хва пытается сглотнуть и понимает, что не может. Потому что его телом сейчас управляет Старший.

— Меня зовут Намгун Бон Хва. — говорит он и голос его спокоен, а глаза изучают девушку, снизу вверх. Не торопясь. Спокойно: — Очень приятно, что в вашей школе первогодок встречают вот так. — говорит он: — Сама первый заместитель председателя Студенческого Совета. Рад знакомству, надеюсь на вас.

— Не всех первогодок в школе встречают вот так. — отвечает девушка и в ее голосе звучит холод: — Эта честь исключительно для тебя, мистер Серый Волк.

— Вот как? Я только что назвался… откуда же такое прозвище? Чем я его заслужил? Разорял фермы в округе, поедал скот и девочек в красных шаперонах? — отзывается он, не изменив своей позы ни на миллиметр. Стоять вот так, с рукой в кармане, с портфелем на плече и смотреть сверху вниз на эту девушку… которая, несомненно, влиятельна в этой школе… Бон Хва вдруг отчетливо понял о чем именно предупреждала его Чон Джа. Но, конечно, было уже поздно. Даже если он сейчас попросит управление назад и упадет ей в ноги, ничего уже не изменить. Он нарвался. И три года в старшей школе станут для него адом. Он видел это в ее глазах.

— После уроков, мистер Волк. После уроков ты придешь в кабинет Студсовета. Один. — говорит девушка и ее глаза — на секунду взблескивают сталью: — И без опозданий. Я не люблю, когда опаздывают. — она разворачивается на месте, только волосы взметнулись. И уходит.

— Интересная девушка. Есть в ней что-то… пока не знаю что. Но интересная. И ты ей понравился. Хочешь такую подружку? Сама же приглашает… — задумчиво говорит Старший глядя ей вслед.

Глава 20

Уже позже, до вступительного урока, Старший передал управление и ушел спать, что-то ворча при этом про «школяров, которые совсем нюх потеряли» и что «в наше время все было…».

Бон Хва был благодарен и за это. За то, что Старший спокойно вошел в класс, спокойно сел на свое место, не привлекая внимания, но и не зажимаясь. За то, что тот — так же спокойно — поговорил с каким-то вихрастым парнем в очках, который время от времени начинал смешно заикаться, и, как оказалось, тоже любит онлайн игры, а еще у него отец — чиновник, работник министерства. Звали очкастого Чон Ён, у него есть младшая сестра и что бы ты там себе не придумал, Бон Хва, но иметь младшую сестру вовсе не так забавно, как в хентай мангах пишут. Ничего они не милые, вот у Чон Ёна сестра постоянно на него жалуется, даже если повода нет, а его — наказывают! Потом, услышав разговор о хентайных мангах и младших сестрах, к ним присоединился еще один худощавый и высокий парень, нескладный словно журавль, такой же голенастый и с торчащим посредине горла кадыком. Парня звали Пак Ёджон и он не родственник А Су, просто фамилия распространенная. Говорят, практически восемьдесят процентов всех корейцев носят фамилии Пак, Ким или Цхой. Так что Пак Ёджон не являлся сыном или племянником госпожи Пак А Су, его родители тоже были предпринимателями, какой-то там завод у них был. Впрочем, в разговор Ёджон вступил, сказав, что совершенно понимает Чон Ёна, у самого есть целых две младшие сестренки и они вовсе не милые! Это только в комиксах они такие красотки, мило краснеют, стесняются и тянут «брааааатик!», а в жизни… ужас. Повсюду длинные волосы, сток ванной забивается через день, волосы даже на кухне в еде! Везде лежат их женские вещи, а тронешь, чтобы убрать, — сразу начинается крик, извращенец и все такое. И вообще, жить с женщинами в доме — такая морока.

Бон Хва покивал. Согласился. Рассказал, что с тех пор, как Чон Джа переехала к нему жить — точно такая же картина, один в один. И длинные волосы повсюду и курит она почем зря, словно паровоз начала двадцатого века из картины братьев Люмьер, и по комнате из ванной может совсем голой пройтись, дескать полотенце забыла… никакой женственности. А уж чтобы мило покраснеть… ага, дождешься от такой бесстыжей. Она вообще краснеть умеет?

И тут Бон Хва осознал две вещи. Первая — это то, что Старший скинул на него управление и ушел спать. И вторая — это то, что парни смотрят на него, открыв рты и не моргая. Он аж поежился. А что такого? Он же такой, как и они, рассказывает как тяжело с женщинами…

— Так, да не так. — ответил на его вопрос Ёджон, разводя руками: — А кто такая эта Чон Джа? Та самая, что тебя до школы на мотоцикле подбросила, да? Она — твоя старшая сестра?

— Ну вот еще! — ответил Бон Хва. Он в любой день недели будет отрицать какое-либо родство с этой… миччинян! Еще и его подставила, своим «потру тебе спинку вечером!». Вот как после такого скажешь, что она — его сестра. Да и непохожа она на его сестру. Если бы у него была старшая сестра, то она была бы не только красивая, но и приличная. Такая, которую не стыдно людям показывать, а у этой миччинян — все титьки наружу! Словно этот топик ей на два размера мал.

— Вот тебе и разница, — тихо говорит Ёджон: — что у тебя дома уже девушка какая-то живет, которая по дому голая ходит и тебе спинку вечером обещала в ванной потереть… а у меня дома — две младшие сестры, которые меня извращенцем кличут. Слушай, а можно к тебе в гости зайти, а?

— Что?

— Т-точно! — кивнул Чон Ён: — А д-давай в гости друг к другу сходим, а? Ну… п-потом, на неделе. И вечером сегодня можем в караоке сгонять.

— Ты и в караоке? — насмешливо прищурился Ёджон: — И как ты петь будешь?

— Д-да когда я пою, у меня все х-хорошо получается! И не об этом речь! Вон у Бон Хва к-какая-то красотка дома живет! Бон Хва, а ты с ней как? В смысле, если она не родственница, как она у тебя дома оказалась? И что родители сказали? Наверноеб это — любовница отца?

— Ээ… да я пока один живу и…

— Что⁈ — хором произнесли оба и Бон Хва понял, что сказал что-то не так. Он вдруг посмотрел на ситуацию со стороны — какой-то школьник