Фантастика 2026-128 - Андрей Схемов

«Грязновато» - отметил Ярик. Прошли длинный пыльный коридор, вошли, похоже, в кладовку, заваленную хламом и сломанными инструментами на стеллажах. Дар Кру подошел к одной из зашарпанных стен и пробурчал что-то. Стена вместе со стеллажом ухнула вниз. Гном отступил чуть левее и вежливым жестом пригласил Ярослава пройти вперед. И как только они прошли в эту идеально чистую комнату с небольшим порталом посередине, стена вернулась обратно.

И тут же вернулся прежний Дар Кру. Он резко развернул Ярослава своими ручищами и с жаром спросил:

- Получилось? - Ярик кивнул, верней, голова сама кивнула при резком развороте. - А фракция драконов - это тоже твоих рук дело? - продолжил трясти юношу с совершенно ошалелыми глазами гном. Куда было деваться, друг есть друг, даже если он перепил давеча, а теперь его вон как колбасит.

- Так получилось, - с толикой вины в голосе сказал Ярослав. И его едва не задушили в объятиях. «Ух и силища», - подумал юноша, очутившийся будто бы под прессом. Пришлось пищать, воздуха в легких не было: - Задушишь же.

- Извини, маленький друг, не рассчитал, - сказал гном, растирая кулачищами слезы.

- Что случилось-то? - спросил Ярослав, ничего не понимая.

- Да что тут понимать. Большая война была. Для эльфов драконы - злейшие враги, единственные, кто мог оспаривать первородство эльфийских кланов. Одна фракция и один драконий клан не смогли противостоять множеству эльфийских кланов и их вассалов, хотя и потрепали их изрядно, - гном опустил голову и едва не разрыдался, желваки ходили над плотно сжатой челюстью, было заметно - Дар Кру едва сдерживался, голос дрожал, он прохрипел: - Мы вынуждены были отступиться от наших самых лучших и почитаемых союзников, чтоб выжить. Долг у нас чести, понимаешь.

Яр ответил с каким-то злым напором:

- Понимаю. Еще как понимаю, моих родителей эти твари на глазах лишили жизни, а с большинством моих соплеменников произошло даже худшее, чем смерть. Так что я хоть драконом, хоть зябликом буду рвать жилы, жить, учиться, набираться сил только ради того, чтоб когда-нибудь загнать эту вселенскую саранчу туда, где им место - в пекло.

На эти слова гном еще больше расторгался, он уже не стеснялся, его могучее тело сотрясали спазмы плача. Яр не утешал, ему и самому было погано. Дар Кру нашел-таки в себе силы собраться и сказать:

- Верь, на этот раз мы не отступим, наш род больше не переживет еще одного такого позора.

И мальчик и гном обменялись рукопожатиями, тут и клятвы не было нужды произносить. Яр достал из закромов бутылку водки «Столичная», открыл и подал гному.

- Можно сказать, наше, фамильное, чистое, как слеза, как душа нашего народа, - гном жадно приложился, оторвался, крякнул, выдохнул, перевел дух и протянул обратно Ярославу. - Нет, мне еще рано, мой отец говорил: «Пить может только муж, вставший крепко на ноги, познавший силу свою, иначе не совладать с зеленым змием, выпалит душу подчистую».

Гном уставился на Темного, переваривая фразу.

- Этакое нужно записывать, я запомню. Мудрый был у тебя тятя, за него и матушку твою, упокой их души система, - сказал гном и еще раз приложился.

- Извини, друг, у меня времени почти нет, у меня там квест, и времени для его выполнения все меньше и меньше, - обеспокоился Ярослав. Дар Кру потряс головой, словно стряхивая с себя последние жалкие остатки слабости.

- Опасный? - спросил гном совершенно трезвым голосом.

- Думаю, да.

Главный Оценщик показал глазами на уполовиненную бутылку:

- Забираю.

Яр кивнул. Гном убрал початую, посмотрел на какой-то странный прибор, выбрал направление, поясняя:

- Блуждающая мастерская, - будто это сказало Ярославу о чем-то. - Сейчас все сделаем, и тс-с-с-с, - приложил палец к губам Дар Кру, - теперь и вовсе информация о тебе опасней некуда, берегись эльфов и держи язык за зубами.

Гном встал в портал, еще раз сверился с прибором и поторопил:

- Давай, Яр, быстрей, а то промахнемся, и придется выбирать новое место и время.

Услышав такое, Ярик в один прыжок подскочил к члену Высшего Совета.

***

Переход был на удивление долгий. А вот место выглядело сногсшибательно. Немыслимо красивая пещера с огромным озером голубой воды и белоснежным песком. Было слышно дыхание огромного океана. Воды укромного озера достаточно освещались через большой подводный разлом, а свет озера отражался на своде пещеры, причудливо переливаясь.

- Это наша святая святых, - торжественно сказал Главный Оценщик. - Ты первый не из членов Высшего Совета, кто побывал здесь. Что-то мы делаем лучше, чем эльфы, и это происходит именно здесь. Пойдем, мы не можем долго находиться в этом месте - охранная магия, знаешь ли.

- Дар Кру, Дар Кру, а можно парочку раз нырнуть, а? Так хочется, аж спасу нет, минуточку-то потратим всего лишь.

Гном даже не обернулся.

- Не знаю, сам у хозяина спросишь, может и разрешит.

Пройдя узким ходом, они вышли в еще одну не менее огромную пещеру, и если в первой пещере все было создано природой, то здесь мастера-каменщики поработали на славу. Лавки, столы, ниши, шкафы и другие предметы интерьера были выбиты из этой же скалы, и надо сказать - с большим искусством и изяществом.

Это была кузня, хотя помимо очень технологичного горна тут было много чего неясного и необъяснимого.

К Главному Оценщику и юноше подошел вразвалочку самый настоящий сказочный гном. Яр аж засмотрелся, седой дед выглядел - Голливуд отдыхает. Фабрика грез - обычная макаронная фабрика по сравнению с этим.

Лысый, весь в странных тату, в ушах огромные серьги, настоящий титан, плечи бычьи, бородища чернее сажи, с аршин величиной, а глазища - словно угли светятся, прожигая насквозь. «И как они могли попустить эльфам с такими-то индивидами?» - пришла убийственная мысль.

- Сасс Крик, - представил мастера Главный Оценщик.

«Что-то знакомое... да нож же!» - пришла догадка.

- У меня ваш нож, мастер, - не выдержал Ярослав и показал Свежеватель Севера.

Мастер осторожно взял нож, подержал в руках и улыбнулся, юноша никак не ожидал увидеть на столь суровом лице такую нежную улыбку. Гном прогрохотал, будто камни перемалывал:

- Приятно подержать в руках свое детище, рожденное много веков назад. А это, я как понимаю, наша надежда, - прогудел басом мастер, кивнув на Яра.

- Она,