Этногенез-2 - Елена Кондратьева

— Он там, — прошептала Аска. — Он бросил нас в пещеру, а сам остался снаружи. Я не знаю, что он делает… И не хочу знать.

Белка продолжала вслушиваться в бормотание гиганта. Что же он говорит? Слова были из языка кайя, но звучали так, будто Тойк забыл, как их следует произносить.

— Сил-а… хор-ый хотник… ловко…

Гулкий булькающий звук мог сойти за смех. Быть не может! Белка вспомнила, когда слышала подобные интонации в голосе Тойка. Он же хвастался! Хвалился тем, какой он умелый охотник, сильный и ловкий. Так он хвалился в селении кайя — в свое время Белка наслушалась подобных речей. Но если тогда они звучали смешно и глупо, сейчас самохвальство Тойка выглядело жутко.

— …Взять жен-на… хорош… — голос неожиданно стал плаксивым, как у ребенка. — Голова больн… гри-ть — плох…

Белка отодвинулась от стены и на карачках поползла к выходу из пещеры.

— Стой! — Аска схватила ее за плечо. — Ты куда?

— Я… Я хочу видеть… — Белка попыталась сбросить руку девушки.

— Нет! Он убьет тебя!

— Если бы он хотел меня убить, он бы уже это сделал.

Голос прозвучал неуверенно, но Аска ее отпустила.

— Не надо, — сказала она. — Если… Мне страшно.

Белка промолчала. Она поднялась на ноги и повернулась в сторону голубоватого свечения. Призрачная женщина уставилась прямо на нее пустым взглядом. Как такое могло быть? Странным образом женщина умудрялась смотреть одновременно и наружу, и внутрь пещеры. Рука ее все так же поднималась и опускалась; призрак словно предупреждал — дальше идти нельзя! Белка прокралась ближе.

Хотя прозрачная женщина и загораживала обзор, Белке удалось разглядеть Тойка. Великан сидел на корточках рядом с каменной плитой, уставившись на головы охотников. Он казался даже выше, чем когда Белка увидела его в первый раз. То и дело великан брал одну из голов в руки и вертел перед собой, заглядывая в мертвые глаза.

— …Гри-ть… гол-ва…

Белка вжалась в стену. К счастью, Тойк не глядел в сторону пещеры. Он поднял за волосы голову Туа или Паки и поднес к самому носу. Сжав огромными пальцами нижнюю челюсть охотника, он подергал ее, заставляя мертвеца открывать и закрывать рот.

— …Гри-ть… Тойк взять слово… Тойк сила… Тойк умно…

Белка покачнулась. Ноги подкашивались, но она заставила себя стоять. Вцепилась в холодный камень до боли в пальцах.

Вот, значит, как…

— Что он делает? — Аска подошла незаметно.

— Он… Так поступают людоеды, — объяснила Белка. — У них нет языка, и они пытаются украсть язык у других…

— Он хочет научиться говорить? — Лицо Аски вытянулось. — И потому убил и Туа, и Паки… И моего брата?

— Нет. Он умел говорить… И хочет вернуть себе этот дар.

Отложив голову охотника, Тойк взял другую. Тряхнул и та закачалась.

— …Жен-на гри-ть — хорош… Тойк — гри-ть, жен-на — об-ать… Гол-ва — не боль…

— Надо уходить, — сказала Аска. — Пока он не решил забрать и наш язык…

— Уходить? Куда? — изумилась Белка.

Аска посмотрела вглубь пещеры. Девочку передернуло.

— Туда?! Но… У нас нет огня и нет оружия. Ты знаешь, куда ведет эта пещера?

— Нет, — призналась Аска.

— Там могут жить чудовища, — проговорила Белка. — Там…

— Могут. Но здесь Чудовище уже есть.

Белка продолжала смотреть вглубь пещеры, туда, где сгустившаяся темнота казалась плотной, как каменная стена.

— Призрак, — проговорила Белка. — Эта женщина… Это предупреждение, чтобы никто не входил в эту пещеру.

Аска вздрогнула.

— Это просто призрак, он ничего не сможет нам сделать. У нас нет выбора: или идти туда, или ждать, когда оно придет за нами. Думаешь, оторвать голову — худшее, на что он способен? Я помогу тебе идти…

— Далеко мы не уйдем, — сказала Белка. — Он нас догонит…

— А мы еще посмотрим. — Аска натянуто улыбнулась. — Он большой, и тут ему будет тесновато.

Видимо, девушка права: уйти в пещеру — единственный шанс на спасение. Белка нащупала фигурку Хранителя рода. Если бы с ней был Вурл! Он бы им помог. Девочка услышала голос медведя и близко… Но он ведь не мог спуститься в овраг?

Белка услышала и другие голоса. Противный тоненький писк, доносящийся из глубины пещеры. Ее вдруг охватило острое чувство голода; нестерпимо захотелось впиться зубами в теплую, трепещущую плоть… Белка разжала пальцы.

— Пойдем. — Аска дернула ее за руку.

— Нет! Туда нельзя идти!

— Но… — Глядя на лицо Белки, Аска растерялась.

Белка прижалась к стене. Мерзкий писк звучал в голове, хотя она и отпустила фигурку медведя. Словно она дотронулась до чего-то холодного и склизкого, и слизь осталась на пальцах.

— Не бойся, — сказала Аска. — Это просто темнота… Не надо бояться обычной темноты.

Пытаясь поддержать, Аска положила руку ей на плечо. Белка вскинула подбородок, разворачиваясь к девушке.

— Я не боюсь темноты! Кайя ничего не боятся!

Должно быть, она сказала это слишком громко. Тойк завертел головой. Аска зажала рот Белки ладонью.

— Быстрее! Иначе — не успеем!

Она потащила Белку за собой вглубь пещеры. Белка замахала руками. Аска подняла ее, обхватив за пояс…

— Туда нельзя… Там…

— АСКА!!!

Крик донесся из-за спины великана. Аска резко остановилась, брови девушки поползли вверх.

— Это же…

Тойк взревел, разворачиваясь. Одна из голов отлетела далеко в сторону — великан отбросил ее, точно сосновую шишку. Он поднялся; мышцы буграми вздулись на спине и плечах. Великан ударил по плите, и Белке показалось, что на камне осталась вмятина.

— Вим! — воскликнула Белка, вырываясь. — Он пришел…

Аска попятилась к стене, заламывая руки. Жилка на ее шее дергалась при каждом вдохе.

— Нет… Он… Он убьет его! Как Кирка и Туа…

Белка опустила взгляд.

— Если мы не поможем — да.

— Поможем? Но…

— АСКА!!!

Девушка замолчала, а затем подняла с земли камень размером с кулак.

— Держись за спиной, девочка-кайя, — проговорила она, подбрасывая свое оружие.

Просто камень… Разве можно убить великана обыкновенным камнем?

— Я отвлеку его, — выдохнула Белка.

И прежде чем Аска успела опомниться, она бросилась к выходу из пещеры. Сама не поняла, откуда взялись силы. Пробежала сквозь призрачную женщину и не заметила. Часто дыша, Белка остановилась на краю площадки. Ее била дрожь, и не поймешь, чего в ней было больше — страха или ярости. Девочка подняла взгляд и заметила в небе крошечную точку. Птица… Ястреб или сокол.

— БЕЛКА!!! АСКА!!!

Вим был совсем близко.

— Ай-я!

Белка надеялась, что охотничий клич кайя прозвучал грозно и звонко. Что голос ее ни капельки не дрогнул.

Великан уставился глазами-плошками на Белку. Она сама себе казалась крошечной, как мышь. Но девочка заставила себя выпрямиться.