Фантастика 2026-78 - Денис Арзамасов

Я кивнула, так как была согласна даже на домыслы, потому что при взгляде на белую спальню и Вита проскальзывала мысль, что все это бред. Или сон, от которого не проснуться. Что дверь, которую я вижу с кровати, не откроется, если потянуть за ручку, потому что за ней ничего нет. И нас тоже нет.

– Под удар попали трое: ты, Михей и Дамир.

– Выжили мы с Михеем?

– Выжили все трое.

Я подняла брови. Нет, точно бред. Что за чаровники в Тарии, если троих безоружных укокошить не могут?

– Маги били по магам. Как ты и сказала, били наверняка, силы было мало, только накопители, и маги сделали ставку на природу заклинания, а не на его мощь. Магический удар, что поражает только мага. Подобное уничтожали подобным. На самом деле – страшное оружие. Не кривись, страшное, я видел, как однажды целый десяток кудесников остался лежать бездыханным. – Вит коснулся пальцем моей щиколотки. – Но они не учли один фактор. Вернее, два. Первое – Дамир больше не был чаровником. Ты выпила его магию.

– А второй? – Почему-то слова вирийца внушали беспокойство, подойти к двери захотелось еще больше.

– Второй не учел никто. Даже я. Ваш стрелок, – палец мужчины поднялся чуть выше по икре, я хотела спросить, что Вит делает, но не стала. Если это бред, то, по крайней мере, приятный, – маг-артефактор, пусть и без резерва.

– Но все равно маг, а значит…

– Значит, он тоже попал бы под удар, – кивнул чернокнижник.

– Но он не попал?

– Попал, но ты приняла на себя всю магическую атаку.

– Мне везет.

– Ты даже не представляешь как. – Палец поднялся еще выше и очертил сквозь тонкую ткань колено. – Именно это тебя и погубило, и спасло.

– Вит, хватит ходить вокруг да около. Что со мной сделали? – Я дернула коленом, и мужская рука упала на простыню.

– Сделал. Маг-артефактор.

– Он ничего не умеет, – хмуро сказала я, все больше убеждаясь, что это сон. Нереальный разговор в нереальной комнате. Поясница зачесалась с новой силой.

– Ничего, кроме… – Чернокнижник замолчал и вдруг спросил: – Спина не чешется?

– Нет, – почему-то ответила я и тут же заерзала на перине.

– А должна. – Вит придвинулся чуть ближе. – Михей не умеет ничего создавать, кроме накопителей. Причем они получаются у него настолько естественно, что он даже не замечает этого. Поэтому, когда он схватил тебя за талию там, у источника… – Чернокнижник настолько выразительно посмотрел куда-то в район моего живота, что я даже забеспокоилась: что там у меня, кроме глистов, могло завестись?

– Что он сделал?

– Ты ведь уже догадалась. Он создал очередной накопитель. Только на этот раз его основой послужил не предмет, а живая материя.

– Это возможно?

– Вспомни Дамира, который сделал из себя ключ. Хотя маг всего лишь перенес на себя свойства с уже готового артефакта, любой так сможет. А Михей именно создал накопитель за миг до того, как на тебя обрушилась магия. Ты втянула ее в себя, как мох втягивает воду. Втянула полностью, чем спасла и стрелка, и себя. Вы спасли друг друга.

Сердце пропустило удар, я прислушалась к себе. Очень осторожно, как принюхивающийся к воздуху зверь. Я слишком боялась, что почувствую голод. Всеобъемлющий, тянущий в свою глубину.

Заглянула «в себя» со страхом. И едва не задохнулась от ужаса. Бездонный колодец все еще находился там, он не исчез, не рассыпался пеплом. Он был цел и готов в любой момент начать свой безумный водоворот. Но сейчас он был плотно закрыт толстой каменной крышкой. А на ней, словно искусный каменотес на камне, кто-то выбил рисунок. Знакомый рисунок спирали, поверх которого, лениво помахивая хвостом, лежала моя кошка. Моя суть.

Михей не уничтожил бездну, он ее запечатал. Закрыл. Заставил замолчать.

Кошка вскочила на лапы.

Я вскочила на ноги прямо на кровати и дрогнувшим голосом спросила:

– Что? Что у меня там? На спине? – Зуд вдруг усилился, я едва не застонала. Или даже хуже, чуть не попросила Вита почесать мне спину, совсем как порядочная кошка.

– Сядь, Айка, – приказал мужчина, но я словно не слышала.

Мало мне белых волос, острых зубов и когтей, так еще что-то на спине образовалось.

– Сядь, я сказал. – Вириец дернул меня за руку так, что я упала на него сверху и оказалась прижатой к обнаженной мужской груди. – Тихо, – скомандовал он, обхватив меня руками за талию.

– Я… Я… Я больше не человек? Кто я?

– Боюсь тебя разочаровать, но ты и раньше не была человеком в полном смысле этого слова. Слишком много кровей намешано, и большинство – не человеческие.

– Вит, – произнесла я, толком не зная, о чем прошу.

– Да, ты больше не человек. – Его ладони вдруг шевельнулись, и он стал вытаскивать мою рубашку из штанов. – Ты не человек и не маг…

Его пальцы коснулись кожи. Словно угольком прижгли. Мужчина провел рукой по спине вверх и вниз.

– То, что у тебя там, всего лишь рисунок на теле, – кончиком пальца Вит стал водить по талии. Я заставила себя сосредоточиться на его прикосновениях, но не на ощущениях, а на том, что именно выводили пальцы. Один круг, переходящий в другой, один виток внутри другого…

– Знак накопителя, – выдохнула я.

– Ты – артефакт.

– Вещь?

– Может быть. Вспомни арбалет Михея, иногда у вещи куда больше свободы, чем у человека.

– Но…

– Вот, теперь ты решила расплакаться. – Кажется, чернокнижник был недоволен.

– Иди к дасу, Вит.

– Да я бы рад, но разве есть смысл расстраиваться из-за того, что ты не в силах изменить? По-моему, это глупо. Еще недавно ты не верила, что жива, а сейчас расстраиваешься из-за того, что жива недостаточно.

Чернокнижник продолжал говорить, а его ладонь поднялась выше и легла мне на плечи, потом на шею, пальцы коснулись спины, чуть оттянули ворот рубашки. Я заурчала, выпуская и убирая когти и едва не царапая мужчине бок.

– Что ты делаешь?

– Проверяю, разрешишь ли ты мне прикасаться к тебе после всего случившегося, – не смущаясь, ответил чернокнижник.

– И как успехи?

– Пока не понял. Иногда мне кажется, что ты не прочь послать весь мир к дасу в пасть, а иногда ты так смотришь, что я понимаю: твои думы далеки от меня. – Вит убрал упавший на щеку локон, заправил его мне за ухо и с неожиданной горечью добавил: – Вряд ли ты простишь перерезанное горло. Я знал, на что шел, и не питаю иллюзий.

Я сразу вспомнила боль, что показалась мне такой невозможно острой, и биение своего сердца, которое было чересчур громким. Но тут же эти воспоминания сменились другими. Я вспомнила, как Вит смотрел на меня у Источника, а притвора вспарывала ему спину. Почему-то второе