"Фантастика 2026-47". Компиляция. Книги 1-22 - Алексей Анатольевич Евтушенко

я даже не имею права рассказывать об этом до конца жизни кому бы то ни было. Командировка – и все. Понимаю твой страх. Но давай так. Ради сына – ни единого словечка. Ты меня хорошо поняла? Ни подружкам, ни моей маме – никому. Иначе денег не будет, и Вовка умрет. Вот так, родная, такие условия. Да, опасность есть, врать не буду. Иначе такие деньги не платили бы. Но я справлюсь, потому что умею это делать и умею хорошо. Все, Катюш, ни слова больше, не тяни из меня жилы, прошу. Лучше собери командировочную сумку. Из расчета на восемь дней плюс пару дней запаса…

…Оглядываю экипаж, одного за другим.

Мехвод Сашка – такой же чернявый и коренастый, как его аватар Ганс. Надежный, исполнительный, умеет и пошутить, и посмеяться шутке.

Радист Миша – склонный к полноте лысоватый парень, совершенно не похож на своего аватара Марка внешне, но поворчать тоже любит. За эти десять дней он сбросил не менее десяти-двенадцати кг, что, по-моему, здорово пошло ему на пользу.

Заряжающий Костя. Сильный, широкоплечий, немногословный. Настоящий заряжающий. Масса каждого бронебойного трассирующего выстрела (снаряд вместе с гильзой) PzGr 39/42 – четырнадцать килограмм триста грамм. Фугасный чуть полегче – одиннадцать кило с лишним. Боекомплект – восемьдесят один выстрел. Попробуй-ка в бою поворочай. Раз зарядил, два зарядил, а на пятнадцатом-двадцатом выстреле сдох. Но только не Костя.

Ну и наводчик Светлана, Светка. Которая, по сути, нас всех в это дело и втянула. В игре она была гениальным Вальтером, попадающим в телеграфный столб с семисот метров, но и в жизни оказалась не многим хуже. На третий день тренировок влепила болванку во врытое бревно, имитирующее телеграфный столб, со второго выстрела на пятистах метрах дистанции. При этом, напомню, телескопический прицел «Пантеры» Turmzielfernrohr 12 – это вам не полевой бинокль, увеличение дает всего-то в два с половиной раза.

В общем, нормальный у меня экипаж, воевать можно. Да и я вроде не последний танкист.

Смотрю на часы. До начала боя одиннадцать минут. Кажется, все обсудили, осталось внутренне собраться. В отличие от обычной игры, в командах всего по пять машин. Видимо, не так много оказалось желающих рискнуть жизнью за деньги.

У нас один тяж «ИС-3», один СТ – наша «Пантера», один легкий «Т-50», одна Арт-Сау «Hummel» и одна «ИСУ-152». У противника… У противника не хуже, силы примерно равны, хоть танки и разные. Против моей «Пантеры», к примеру, все тот же не любимый мной американский «Першинг». А против нашего легкого «Т-50» – старый знакомец немецкий «Леопард». Впрочем, здесь каждый танк против каждого, как было и в игре.

Местность – выжженные солнцем сопки по обе стороны мелководной полувысохшей речушки, текущей с юга на север. В этих сопках мы и расположились. С восточной стороны от реки – наша база, на западе – противник. Далеко на юге – силуэты гор. И самые натуральные развалины какого-то древнего городка посредине. Примерно полтора километра длиной и метров восемьсот шириной. Судя по звездам и движению солнца, мы где-то на юге в Северном полушарии. Но где именно, понятия не имею. Да и черт с ним. Вряд ли когда-нибудь мне захочется сюда вернуться.

– Ну что, бойцы, – обращаюсь я к экипажу. – Вопросы, замечания, пожелания?

– Пожелание только одно, – говорит Света. – Пусть мы победим и останемся живы. Дежурящие врачи, как нам сказали, и все средства реанимации – это хорошо, но лучше под огонь не попадать. Саша – это к тебе. И к тебе, командир.

– Я постараюсь, – сказал мехвод. – Но и ты не промажь в нужную минуту и ответственный момент.

– Договорились, – краем рта усмехнулась Света.

– И всем слушать командира, – добавил я. – То есть меня. Любой приказ, каким бы он ни показался бредовым, должен выполняться беспрекословно. Это закон. Иначе не стоило и кашу заваривать.

– Есть, командир! – отчеканил радист Миша.

– Ты, главное, приказать не забудь, – добавил заряжающий Костя, выплевывая травинку и поднимаясь с земли. – А мы уж выполним, можешь не сомневаться.

– Тогда, экипаж, – в машину. Пора.

В три движения я взобрался на танк. Поднял и сдвинул в сторону крышку командирского люка и еще разок, напоследок, перед тем, как нырнуть в жаркое, душное, пропахшее нагретой сталью, кожей сидений, бензином и машинным маслом нутро башни, оглядел окрестности, втянул горячий воздух, ощущая, как подрагивают руки от впрыснутого в кровь надпочечниками адреналина.

Ты хотел крутого танкового боя, Слава? Ты его получил. Теперь дело за тобой.

Я скользнул на командирское место и закрыл за собой люк, будто отрезая прежнюю жизнь от настоящего и будущего. Все. Начинаем.

Взревели моторы. Танки, похожие с высоты съемки на игрушечные, осторожно двинулись вперед.

– Ну вот, – удовлетворенно произнес Джафар и налил себе в бокал минеральной воды. – Устраиваемся поудобнее, нас ждет настоящая трагедия. Жизнь и смерть, боль и кровь, отчаяние и надежды, которым не суждено сбыться.

– И это все? – приподнял брови худощавый блондин в простом на вид, но очень дорогом летнем костюме, с недоуменным видом глядя на стереоэкран. – Я ожидал более впечатляющего зрелища.

– Не капризничай, Ричи, – откликнулся третий – низенький рыжеволосый толстяк. – Лично меня все устраивает. Как подумаю, что в этих танках живые люди – аж замирает что-то внутри. Черт возьми, древние римляне были не дураки, когда устраивали бои гладиаторов. Это и впрямь щекочет нервы.

– К тому же зрелище здесь – не главное, – добавил четвертый, судя по виду – китаец. – Не забывайте, господа, какие деньги и перспективы на кону. Это, признаюсь, будоражит почище любого зрелища.

«Да уж, – подумал Аркадий, – что верно, то верно. Генеральная лицензия на разработку лунных месторождений гелия-3 – это вам не рюмку водки хлопнуть. Душу можно за такой куш заложить, не то что здоровье и даже жизнь нескольких жалких игроков-танкистов… Погоди. Жизнь. Как только что сказал Джафар?»

Он сосредоточился и напряг память, которой всегда по праву гордился. Впрочем, по-иному и быть не могло при его работе, где все нужно держать в голове, не пользуясь никакими записями.

«Жизнь и смерть, боль и кровь, отчаяние и надежды, которым не суждено сбыться».

Вот оно. Надежды, которым не суждено сбыться. Это он о чем?

Осознание пришло сразу, внезапно. Как будто на голову вылили ушат ледяной воды. От чего данная часть тела немедленно лишилась остатков иллюзий.

«А ведь Джафар всех убьет, – подумал он с какой-то холодной отстраненностью. – И эти трое долбаных олигархов – в курсе. Смотри сам. Здесь всего один врач, он же личный врач Джафара, который предан арабу, как собака. Все санитары – андроиды. То же относится и к обслуживающему персоналу. Сначала игроки сами перестреляют друг друга в бою. А тех, кто выживет, Джафар добьет лично. Победителей в этой игре не будет. Точнее, окончательных