Слабость духа - Мастер_Угвей

Я взглянул на данные, и на мгновение сам замер. Потому как прекрасно знал, какая планета находилась в этой точке. Очень важный мир, который я с недавних пор вспоминал куда чаще, чем до начала Ереси, и до которого хотел добраться, стоило решить основные проблемы. И, видимо, настал тот час.

— Когда, говоришь, ты получил сведения, что он находился на этом мире? И что конкретно ты там видел? — холодным, лишённым намёка на эмоции голосом, спросил я. Орикан мигом уловил нечто необычное в моём голосе, а потому также стал звучать заинтересованно.

— Это последний мир, где был обнаружен Ворон в моих видениях. Погружённый во тьму и пепел, мне едва ли удалось разглядеть его, прежде чем его фигура не пропала со всех видений и пророчеств. Казалось, её словно вырвали с самих страниц истории, оставив подозрительное пятно. Следя за этим пятном в мироздании мне удалось определить участок космоса, где мои видения практически бесполезны, и ограничить зону, где мой дар работал со сбоями. После открытия этого треклятого Разлома таких мест было слишком много, но ничто не сравнится с этим местом чистого беспорядка и неизвестности, — спокойно ответил Орикан, медленно обходя меня и начиная с интересом рассматривать. — Однако теперь моя очередь задавать вопросы — что ты знаешь про этот мир? Я сверялся с вашими базами данных, вот только не нашёл ничего стоящего про него. Обычная дыра, где ваши солдатики боролись за свои мясные костюмы до последнего вздоха. Ничего примечательного.

Я погрузился в размышления, так как мне был очень хорошо известен этот мир и кусок галактики, окружавший его. Ну как я мог забыть про Калибан, дом Льва и моего пропавшего брата? Вот только стоило мне только узнать, что Корвус вполне мог быть последним, кого видел мой брат, как мрачные мысли начали плодиться в моей голове. И разрозненная головоломка начала постепенно собираться в моей голове, формируя очень мрачную картину.

— Ты говорил, что имеешь информацию о местоположении моих прочих братьев — кого именно ты видел? — не отвечая на вопросы ксеноса, спросил я. Того явно раздражало подобное моё поведение, но он всё равно ответил.

— Волка и Алого короля, горевших в сером пламени, и отбивающихся от орд каких-то уродливых порождений. То ли пришельцев, то ли особенно уродливых приматов вашего рода, — махнув рукой, ответил он. — Меня не интересует их судьба, и лишь тот факт, что они также ищут этот древний артефакт волновал меня. Потому как твоим братьям нельзя доверять. Никому из них.

— А мне, значит, можно? — хмыкнув, спросил я.

— Тебе нельзя доверять больше всех. Именно, чтобы следить за тобой, я и стою здесь, — без малейших промедлений ответила изуверская машина. — Так когда ты там уже откроешь свои врата в реальность, которую даже мой вид считает бездной хуже варпа? Потому как я не могу не застать такой исторический момент. Молодая раса, что сама топит себя из-за собственной жадности и жажде усидеть сразу на двух стульях. Вполне возможно, что человечество является первым видом за всю историю Млечного пути, что оказался достаточно глуп, чтобы одновременно утонуть в волнах Океана душ и быть обращёнными в прах Призрачным ветром. И хотя у меня нет маниакального желания хранить историю, как у моего одного заклятого врага, но даже я не могу пройти мимо такого вселенского идиотизма.

— Приятно осознавать, что даже древние вымершие расы признают гений человеческий, превзошедший всех, кто был до нас.

— Всегда пожалуйста. К тому же, приятно видеть, как некто идёт по нашим стопам и повторяет те же ошибки, что заставили нас избавиться от «слабой плоти». Так и переполняет гордость за наследников, — почтительно поклонившись и не скрывая сарказм, сказал провидец. — Однако теперь-то мы можем отправиться, или будем и дальше ждать конца мироздания?

Ничего более не говоря, я отдал последние приказы, после которых двигатели Фароса заработали на полную, и образовался прокол в иное измерение. Механизм подключился к моему сознанию, и через секунду связался с моим воспоминанием о брате и его родины, благодаря которым ещё через минуту на том конце открылись врата в другую часть галактики. И сразу же после этого, Десятый легион принялся двигаться в иную реальность.

Орикан, что любопытно, вцепился в панель мостика, стоило кораблю начать входить в бескрайнюю темноту Призрачного. И хотя это выглядело забавно, нельзя было не задуматься — что именно пугало бессмертного пророка в иной вселенной, чтобы даже машина начинала бояться за свою «жизнь»?

Глава 105. Калибан

Прежде чем покинуть Призрачный ветер необходимо было решить одну проблему, которая уже слишком долго волновала меня. Заранее отдав приказ, чтобы лично не рисковать и не тратить драгоценное время и не проводить слишком много времени в иной реальности, всё решилось за несколько секунд.

Один из моих сынов дошёл до специально созданного «ликвидатора мусора», куда тот выбросил зелёную металлическую пирамидку, размером с кулак. Тьма мигом поглотила тюрьму Вашторра, и без малейшего звука развоплотила порождение варпа. Маркер тюрьмы пропал, камеры подтвердили процесс ликвидации, и я смог наконец-то спокойно выдохнуть. Техно-божество являлся самым неприятным противником, с которым я только сталкивался за свою жизнь, и его кончина была приятным завершением всей его истории.

Но сразу за этой проблемой, появилась совершенно иная — стоило тюрьме исчезнуть в пустоте, как тьма резко оживилась. Мы уже практически покинули это измерение, когда наши щиты резко просели по мощи, и чуть не лопнули, оставив нас посреди голодной вселенной. Само пространство начало резко давить на нас до тех пор, пока мы не успели покинуть измерение и закрыть за собой врата. Как раз вовремя, чтобы остановить щупальца, созданные из чистой пустоты, пытавшиеся прорваться в материальный мир.

Это был очень тревожный знак, заняться которым я приказал своим лучшим специалистам по исследованию Призрачного ветра. Слишком сейчас важно для нас это измерение, и оно останется таковым, пока мы не решим проблему с Разломом и варп-штормами, мешающими обычным путешествиям по галактике. Всё равно продолжим рискованную игру, но должны пресечь любые угрозы, когда последствия ещё не стали катастрофическими.

А потому я сразу же повернулся к провидцу, который всё это время с заметной опаской продолжал поглядывать в сторону закрывшегося окна в иную реальность. Он явно расслабился, прекратив сжимать сталь приборной панели корабля, стоило угрозе пропасть, но судя по тому, как он вцепился в собственный посох,