13 демон Асмодея. Том 5 - Илья Ангел

— У тебя какие-то проблемы? — вежливо поинтересовался подошедший к ним уже немолодой мужчина, цепким взглядом оглядывая насупившегося парня в военном мундире. — Я не знаю, что это за форма. Вы же явно военный? — уже более сурово поинтересовался он у Мазгамона.

— Столичный друг, из рода Довлатовых. Это их парадный костюм. Всё хорошо, Александр Николаевич, — улыбнулся Вертумн старосте деревни, после чего перевёл злобный взгляд на демона. — Мне нужно всё обдумать…

— Довлатов, хм, — задумчиво потёр подбородок староста и вышел из таверны.

— Как-то подозрительно себя этот мужик ведёт, — проводил его взглядом Мазгамон. — Да что тут думать! Ты вызываешь сюда Фурсамиона с его бешенной курицей, а я помогаю тебе спрятаться в мире номер один, который только-только начал восстанавливаться после устроенного братьями Апокалипсиса. Там как раз бог плодородия не помешает. А ещё я замолвлю за тебя словечко на самом верху. Правда, придётся исписать тонну бумаги, чтобы отмазать тебя от Всадника, защищающего свою сестрёнку. Ну или кем она ему там приходится, не важно. Высшее начальство всегда трепетно относится к убогим подчинённым. Главное всё содержательно изложить и немного приукрасить. Вот стандартный контракт, подпиши, где галочка…

— Мне кажется, тебе пора бежать, — философски проговорил уже практически согласившийся на сделку Вертумн, вертя в руках перо, любезно предоставленное ему демоном перекрёстка.

— Что опять не так? — процедил Мазгамон, глядя, как раздумывает над банальным договором этот мнительный божок.

— Господин Державин, вы ошибаетесь, я единственный представитель своего рода. Мне нужно прорыв локализовать и найти вырвавшуюся и сбежавшую неизвестно куда нечисть, а вы меня отвлекаете всякой ерундой, — раздавшийся голос заставил Мазгамона медленно обернуться и посмотреть в глаза вошедшему в таверну молодому мужчине, остановившемуся в дверях и удивлённо разглядывающему застывшего демона.

— Кажется, ты сейчас встретишься с вызвавшим тебя некромантом, — улыбнулся Вертумн, искренне жалея своего собутыльника, но не желавшего больше вмешиваться в дела Тёмных магов этого мира.

Глава 17

Уж не знаю, как Марьяне удалось договориться с этим неадекватным растением, но сильфий позволил забрать у себя с десяток ростков и поместить их во флаконы.

— Ну вот, — удовлетворённо произнёс я, глядя, как дядюшка Фёдор бережно прижимает к груди драгоценную ношу, — а ты не мог уговорить эту прекрасную женщину поделиться с тобой этой феноменальной гадостью. Но ты прав, нужно что-то делать, чтобы спасти людей, и если для этого нужно будет внедрить им паразита, а потом вскрыть абсцесс, то мы это сделаем. Потому что шанс выжить при этом у них будет гораздо выше.

— Я так и сказал, — буркнул Фёдор. — Твоя курица унесёт меня уже в Аввакумово? Или мне самостоятельно до больницы добираться?

— Мурмура, — я повернулся к курице. Та степенно кивнула, взмахнула крыльями и исчезла вместе с дядюшкой, осыпав нас с Лисиной целым дождём серебристых искр.

— А ты почему с ними не отправился? — спросила у меня Марьяна, но ответить ей я не успел.

В этот момент где-то в районе Пустоши раздался раскат грома, и мы повернулись в ту сторону, напряжённо вглядываясь в почерневшее небо. Росчерк молнии немного осветил надвигающуюся на Петровку темноту, и я совершенно чётко увидел призрачные фигуры, неспешно едущие на своих омерзительных конях.

— Почему их трое? — пробормотал я, прикладывая руку ко лбу, чтобы лучше рассмотреть Всадников. — Где они четвёртого потеряли? Хотя это объясняет, почему всё ещё никто не умер. Вопрос в том, сколько это положение продлится?

— Денис Викторович, — позвала меня Лисина. — Вы меня слышите?

— Да, — я оторвал взгляд от устрашающих фигур и повернулся к Марьяне. — Мне нужно в Тверь попасть как можно быстрее. Меня же Мурмура прямо с войны вытащила, и моё исчезновение вполне могут расценить как дезертирство. Попадать под трибунал я не хочу, поэтому мне нужно отметиться в комендатуре.

— И как вы собираетесь до Твери добраться? Не проще было бы отправиться туда с этим невоспитанным призраком и вашим фамильяром, чтобы взять машину? — продолжала спрашивать Лисина.

— Нет, не проще, — я помотал головой. — Возможности Мурмуры стали практически неограниченными. Точнее, их можно ограничить здравым смыслом, но какой может быть здравый смысл у курицы?

— У вас очень умная курочка, — вступилась за Мурмуру Лисина.

— Я и не спорю. Во всяком случае, доставить до Твери она меня вполне может. Правда, боюсь, для того чтобы её уговорить, мне придётся немного поунижаться, но мне не привыкать, в своё время это входило в мои должностные обязанности, — я пожал плечами, криво усмехнувшись.

Словно услышав мои слова, рядом со мной с негромким хлопком появилась Мурмура. Она хлопнула крыльями и попыталась клюнуть меня в ногу, но я ловко отскочил в сторону, не дав ей этого сделать.

— По-моему, она слышала ваши последние слова, и они ей не понравились, — улыбнулась Марьяна.

— Я ей в принципе не нравлюсь. Наверное, Мурмура постоянно думает, за что ей такое наказание. — Курица вроде бы немного успокоилась, и я посмотрел в её маленькие чёрные глазки, проговорив: — Мне нужно в Тверь в комендатуру. Отметиться и попытаться связаться с Дмитрием. Он-то должен быть в курсе, что происходит в губернии.

Мурмура наклонила голову, а когда я протянул к ней руку, изловчилась и всё-таки клюнула меня в запястье.

— Ай, зараза, — отдёрнув руку, я злобно посмотрел на неё, процедив сквозь стиснутые зубы: — Так что, в Тверь поедем?

Курица квохтнула, замахала крыльями, и меня затянуло в воронку перемещений, а в следующий миг я уже стоял перед массивным серым зданием, а Мурмура прижалась к моим ногам, с тревогой оглядываясь по сторонам. На улицах практически не было видно людей, только один парнишка в форме доставщика какого-то магазина пробежал мимо меня, прижимаясь к стене соседнего дома. Невдалеке послышался звук мотора, и на перекрёсток выехала машина, в кузове которой сидели военные.

— Что здесь происходит? — пробормотал я и решительно потянул на себя массивную дверь комендатуры.

В холле стоял дежурный. Он стоял, прислонившись к стене, по его красному лицу стекал пот, а глаза лихорадочно блестели.

— К кому? — просипел он и закашлялся.

— К коменданту, — я подошёл поближе и представился. — Курсант