Код ZERO. Том 1. Пробуждение - Анна Кондакова

В этот момент мне захотелось метнуть кинжал не в кату, а в Зевса.

Ситуация повторялась: мне угрожает не животное, а человек, держащий руку на рычаге. Он учит не просто сражаться за человечество. Он учит убивать специально, ради убийства.

— Ну? Ты готов, Терехов? — ещё раз спросил у меня Зевс.

— Готов, — кивнул я, сжав кинжал в ладони.

Учитель сдвинул рычаг вниз, и все четыре стенки ящика с грохотом упали на каменный пол ангара.

Внутри оказалась клетка с толстыми прутьями, только в ней сидел не бешеный кату.

От увиденного я замер на месте.

Это был пленник-абориген. Точнее, пленница. Она стояла на коленях, убрав руки за спину. К тому же, клетка была низкая, в полный рост не выпрямишься.

Копна светлых кудрей, непослушная чёлка, фасеточные глаза, рожки на лбу и хрупкое тело в тунике из кожи и листьев.

Это была Сойка.

Та самая девчонка из расы люминалов, с которой я столкнулся, когда только очнулся в новом мире. Именно она просила своих напарниц меня не убивать. Именно её телом я прикрывался от оружия эрид. Именно она тогда не стала меня атаковать, хотя могла.

— Ты чего замер, придурок? — послышалось нервное из шеренги студентов. — Мочи аборигена! Быстрее урок продолжится!

Сама Сойка тоже замерла.

Она узнала меня — это было видно по выражению её бледного, почти белого лица. И для неё это был такой же шок, что и для меня.

Она была готова к смерти, пусть даже такой бесславной — в качестве пособия для студентов. Но точно не ожидала увидеть в роли своего убийцы именно меня.

Тем временем мою реакцию внимательно считывал учитель Зевс.

Он препарировал меня глазами, будто вскрывал мой мозг и вычислял: убью ли я аборигена, который когда-то не хотел убивать меня. Ведь я сам об этом рассказал учителю и уже успел об этом пожалеть.

— Ну что, Терехов? Разве ты не готов? — спросил Зевс, не отводя взгляда от моего лица. — Или убей аборигена. Или отдай кинжал и выметайся из факультета Зеро. Выбирай!

Я не двинулся с места, но и кинжал не отдал.

Единственное, что могло изменить ситуацию — это убедить учителя в другом решении, более выгодном. Другого варианта не было. Даже если я встану рядом с Сойкой и закрою её своим телом, то ничем ей не помогу. Нас либо прикончат вместе, либо по отдельности.

Пришлось импровизировать на ходу.

— Это контрпродуктивно, учитель, — наконец сказал я. — Вы и сами это понимаете. К тому же, этот абориген сейчас мне не угрожает. Зато она может знать что-то о планах своих сородичей. То, чего она вам ещё не сказала.

Зевс сощурился.

— Если бы ты хорошо знал теорию рас Эльдоры, как тот же Морган, то знал бы, что люминалы не подвержены влиянию зелий и магических пыток. Ты можешь отрубить люминалу руку, но он отключит боль и всё равно не расскажет о своих планах. Люминалы способны отделять свой лимб от тела и прятать его. Так что, попав в плен, они просто ждут смерти в аннигиляционной камере. Им не нужна вода и еда, они могут годами жить на энергии Эхо, и даже вакуумная камера не лишает их этой связи. Так что твой выбор остаётся прежним: убить аборигена или выметаться из факультета Зеро. У тебя две минуты, чтобы принять решение. Время пошло!

Я бросил отчаянный взгляд на Сойку.

Удивительно, но она едва заметно кивнула мне, будто разрешая себя убить. Мол, давай, сделай это, я на тебя не обижусь, потому что если не ты, то кто-то другой сделает это.

И тут, будто вторя моим мыслям, из шеренги внезапно шагнул Морган.

— Я могу убить аборигена, учитель! — объявил он. И добавил не без гордости отличника учёбы: — Причём с одного удара!..

Эпизод 18

В тот момент я возненавидел Моргана всей душой.

Чёрт бы побрал этого усердного говнюка!

Однако учитель Зевс неожиданно ответил ему:

— Хорошо, Морган. Убей аборигена. А Терехов сделал свой выбор.

— Ещё не сделал!!! — рявкнул я так, что Морган вздрогнул. — Две минуты пока не вышли!

— Тогда решай! Морган подождёт! — так же громко объявил Зевс.

Пока он это говорил, я метнул кинжал в одну из деревянных стенок от ящика, а сам бросился к учебному Малышу. Он как раз стоял неподалёку, готовый к загрузке с открытым люком в затылке. Его баки были полны эхо-крови, а по телу зеленели силовые кристаллы.

До этого я загружался в Малыша только на сеансе симуляции, однако у меня имелись знания из свитков, а за три дня я начитался их немало, даже с перебором.

Игнорируя подъёмник, я вскарабкался по броне Малыша напрямик к его голове. На это ушло буквально секунд пять.

В открытый люк моё тело влетело ещё быстрее, в пару движений. А там я сразу оказался в капсуле с тёплым раствором и биологическим ядром. Его называли первичным сердцем титана.

Погрузившись в раствор по самую макушку, я тут же открыл глаза и вдохнул. Без опасений и страха.

Мне было не до этого.

В уме я продолжал считать секунды и время, отведённое Зевсом. И что бы я сейчас ни делал, он даст мне это время — в этом не было сомнений. Зевс очень хотел увидеть моё отношение к аборигенам, так что придётся ему показать.

На сцепление с нейроинтерфейсом Малыша у меня ушло ещё секунд десять.

Тонкие нити, растущие из биологического ядра и оплетающие капсулу изнутри, мгновенно потянулись к моему телу: к шее, вискам, позвоночнику, ступням, ладоням, к каждому пальцу.

И вот уже через десять секунд сцепление с Малышом наконец случилось. Я почувствовал это всем естеством. Это было невероятно! Ощущения совсем иные, нежели в симуляции.

Десятиметровый гибрид шевельнулся.

Заработал круговой обзор, биомаркеры показали норму по всем параметрам вплоть до вязкости раствора, стабильности обменных процессов в остео-каркасе, мышцах и в дыхании.

— Ну давай, дружище, — прошептал я.

Малыш дёрнулся, будто вздрогнул от моего волевого и ментального импульса. Я дал ему приказ подойти к клетке.

В уме тем временем продолжался отчёт.

Заканчивалась первая минута, и если я не успею, то Морган убьёт Сойку, даже не моргнув глазом. И, возможно, получит пятёрку. Или что там они получают за отличную учёбу?..

Малыш сделал шаг левой ногой и… начал крениться вниз, мордой в пол!

Точно так же, как у меня уже было на симуляции.

— Да ну