Потусторонний владыка - Alexey Off

бутылька перед собой и хлопнул в ладоши — кровь расширилась, образуя упрощенную вариацию техники Кровавой брони, в которую влетело мое тело и по инерции прошло сквозь заклинание противника.

Победоносная ухмылка сошла с лица Ластера, как только я весь окровавленный, но не раненный, вылетел из тумана. Из-за пояса я выхватил маленькую железную булаву — раритетный экспонат из одной лаборатории, где эта булава, наверное, с допотопных времен использовалась в качестве дробящего и измельчающего инструмента.

Замах! — и моя булава врезается… в Кислотный щит противника!

Отдаю должное — у этого юнца была не только атака, но и защита — и в бою он действовал довольно грамотно. Однако я уже был на близкой дистанции и постоянно двигался — следующий удар булавой пришелся с другой стороны, где не было магического щита, отчего Ластеру пришлось поспешно ставить новый. Теперь я не давал ему шанса контратаковать.

Трибуны подозрительно притихли. Кислотный туман позади уже успел рассеяться. Начинающий ученик, первокурсник, теснил продвинутого ученика, не давая ему ни чихнуть, ни… Испустить еще какую кислотную отрыжку.

К сожалению для меня, против магического щита обычное, не зачарованное оружие, такое как эта булава, было малоэффективно. Мои попытки пробить щит могли длиться очень долго… Я же не хочу, чтобы противник выкинул очередной ядовитый фокус?

Пора переходить к тяжелой артиллерии. Сунул руку за пазуху и достал три стеклянных флакона — поменьше бутылька, который я уже использовал. Со всей силы бросил их в один из щитов противника — и в момент, когда они разбились об уплотненный элемент, крикнул:

— Взрыв!

Моя собственная кровь, до краев наполненная магической энергией, сдетонировала подобно взрывчатому веществу, расплескивая туманные брызги вместе с осколками стекла. И этого хватило, чтобы наконец пробить один из кислотных щитов противника!

…Булава, подобно змее, как живая, нырнула следом, ударяя по запястью Ластера, сжимающего жезл. Именно этот жезл, наверняка из магазинчика его папаши, позволил ему так долго продержаться. Возможно у него было что-то еще, но он попросту не успел это использовать.

Хруст!

— А-а! — взвизгнул от боли Ластер, отступая и баюкая сломанную руку. Ранее выставленные щиты стали развоплощаться из-за потери контроля.

Сближение, удар…

Хрусь! — ломаются кости запястья второй руки.

— А-а! — очередная порция визга. — Я… я сда…

Кто там хотел меня покалечить и обжечь? — без лишних сантиментов я прервал его слова о сдаче, сунув булаву прямо в лицо, дробя зубы и нижнюю челюсть. Похожая судьба у братьев. Младшего — кулаком, старшего — булавой. Может, теперь подумают, прежде чем рот раскрывать!

Удара хватило, чтобы Ластер отправился в глухой нокаут, рухнув наземь.

— Стоп! — с запозданием отреагировал судья-старшекурсник, видя, что я не остановился и схватил за волосы паренька. Я кивнул судье, давая понять, что не стану делать безрассудные действия.

Сжимая в руке окровавленную булаву, другой — я держал за волосы побежденного противника, словно облезлого паршивого пса — кровь хлестала у него изо рта, осколки зубов валялись под ногами. С легким превосходством я оглядел притихшие трибуны, которые почти все болели против меня.

Один в поле воин, если это — я.

— Запомните это лицо! — я потряс окровавленной головой юноши. — Так будет с каждым, кто решит перейти мне дорогу и оскорбить тех, к кому я не равнодушен, — я бросил быстрый взгляд в сторону центральной трибуны.

Изабелла стояла у ограждения, оперевшись о перила хрупкими на вид пальцами. В ее алых глазах застыл пылкий, я бы даже сказал, страстный блеск с хищными нотками. Думаю, не последнюю роль здесь сыграло то, сколько собственной крови я расплескал по всей арене, шлифанув в конце кровью своего противника. Аллегорически посвятил победу именно ей.

— Бой окончен! Победил Кайрен Ашер! — судья наконец-то объявил результат.

Но момент триумфа длился недолго…

— Пф-ф! Не бой, а уловки слабаков! — произнес рычащий насмешливый голос.

И мне вновь пришлось обернуться в сторону центральной трибуны. Как и всем остальным зрителям. А я и забыл… Рядом с красоткой-вампиршей теперь возвышался сероволосый парень с волчьим профилем и холодными глазами, чьи желтые радужки, казалось, прожигали арену насквозь. На его лице застыла презрительная усмешка, а мощные руки своей хваткой крошили каменные перила, демонстрируя превосходство.

Пожалуй, от него не ушел тот факт, что, придя сюда, Изабелла подтвердила часть слухов о нас с ней. Всем теперь по крайней мере будет казаться очевидным, что мы — не просто знакомые, посещающие одни и те же лекции, иначе бы элитная первокурсница не удостоила вниманием столь тривиальный поединок. Видимо, своим волчьим носом Себастиан также учуял наши многозначительные переглядывания.

— Всегда есть кто-то сильнее, — философски парировал я. — Важен результат, а не средства.

— Пфе! Оправдания! — видя, что я не иду на провокацию, Себастиан отвернулся и решил больше не выставлять себя в невыгодном свете. Он, разумеется, заметил, что Изабелла теперь косилась на него с явным раздражением и недовольством…

Я же нутром чувствовал, что на этом наше противостояние не закончится — и вскоре может возникнуть продолжение.

О Себастиане я тоже успел немного выяснить. Отпрыск одной из ветвей древнего клана оборотней, что обосновались в соседнем королевстве, Элдарии. Вообще, номинально оборотни относились к расе зверолюдей, однако всячески это отрицали, считая себя намного выше. И дело тут не просто в завышенной самооценке. Они гордились своим древним происхождением, уходящим корнями в историю гораздо более глубокую, чем у большинства других зверолюдей. Оборотни этого мира утверждали, что являются прямыми потомками могущественного волчьего бога, что наделил первых оборотней разумом и магией, и что их способность обращаться — это дар, передающийся по строгой родословной линии.

У них довольно неплохая родословная, но, как и в случае с вампирами — о чистокровных волкооборотнях-богах я тоже не слышал. Обращение в зверя и наоборот — это не что-то уникальное по меркам мультивселенной. Если говорить в общем смысле, способность к трансформации своего тела есть у всех существ уровня полубога и выше. С тем же успехом в своей истинной форме я тоже — оборотень… Только не особо волосат — и не вою от тоски на луну.

— Поздравляю, Кай! — восхищение Тобина достигло предела, как только я спустился с боевой арены, и мы отправились в классы на «подопытные» занятия. Нас проводили кислыми и задумчивыми взглядами, особенно со стороны моих однокурсников. Кажется, теперь если и остались горячие головы, жаждущие прощупать мои силы, то только среди верхних эшелонов класса. Таких как Грумм. Еще и этот оборотень — чего от него ждать, пока не ясно. Падну, кстати, я не заметил, когда спускался. Наверно побежала поскорее сообщить новость