Настоящий Спартак - Сергей Свой

— Или отступить? — спросил Мутил, только что прибывший с передовой, весь в копоти и крови.

— Отступать некуда, — просто сказал Спартак. — Для нас отступление — смерть. Мы сожгли мосты. Все мосты. Либо мы побеждаем здесь, либо мы умираем здесь. Но умирать мы будем, построив то, во что верим. Пусть даже на один день.

Он вышел на улицу, в ночь, разрываемую отсветами пожаров. Где-то вдалеке, на Капитолии, горел неугасимый священный огонь в храме Весты. Спартак смотрел на это мерцание. Два огня. Огонь разрушения, который он принёс. И огонь традиции, который он стремился погасить. Какой из них пересилит? Он не знал. Он знал только, что завтра бой продолжится. И послезавтра. И до тех пор, пока либо последний римский орел не будет брошен в пыль, либо последний боец Конфедерации не испустит дух на этих древних, пропитанных кровью камнях. Ночь была не для сна. Ночь была для подготовки к новому дню битвы. Битвы не за стены, а за души. За будущее, которое висело на волоске над пылающим Римом.

Глава 18 Железный дождь над Форумом

Три дня и три ночи в Риме не стихало пламя. Оно мигрировало с квартала на квартал, питаемое деревянными конструкциями инсул, запасами масла в лавках и тем неконтролируемым хаосом, что является лучшим союзником огня. Город был разделен надвое: южные районы — Авентина, частично Целия и обширные трущобы за ними — контролировались Конфедерацией. Здесь, среди дыма и развалин, рождался призрачный, жестокий, но порядок. Северные районы, холмы Палатин, Квиринал, Виминал и неприступный Капитолий, оставались под властью сената и Марка Перперны. Между ними — кровавая ничья: Форум Романум и прилегающие улицы, где каждый камень, каждая колонна стали ареной бесконечных, изматывающих стычек.

Спартак понял свою ошибку. Он недооценил психологический фактор. Римляне защищали не просто город. Они защищали миф, многолетнюю идею о себе как о властителях мира. Этот миф оказался прочнее каменных стен. Лобовые атаки на баррикады форума захлебывались, принося лишь горы трупов. Наступило время для нового, решающего акта. Времени, как напоминали донесения разведки, оставалось в обрез: с севера уже шли вести о подходе авангардов Квинта Цецилия Метелла Пия. Нужно было сломить сопротивление в сердце города до того, как свежие легионы ударят по осажденным снаружи.

Часть первая: Кузница в аду

«Кузница Гефеста», срочно развернутая в подвалах нескольких относительно уцелевших складов у подножия Авентина, работала в три смены. Воздух здесь был густым, едким и смертельно опасным. Пары селитры, серы и летучих смол разъедали глаза и легкие. Рабочие, чьи лица скрывали мокрые тряпки, двигались в полумраке, освещаемом лишь тусклыми светильниками, защищенными стеклянными колпаками — одна искра могла привести к катастрофе.

Леонтий, казалось, совсем не спал. Его глаза горели лихорадочным блеском ученого, поставленного перед невозможной задачей и находящего в ней извращенное наслаждение. Он хрипел, показывая Спартаку и Махару новые образцы.

— «Горшки» — слишком громоздки и опасны для метания вручную в узких улицах. Мы сделали меньше, но мощнее. И новые… «птички».

Он поднял предмет, похожий на крупную гранату с деревянной рукоятью. Это был керамический шар размером с кулак, оплетенный веревками для удобства броска, с коротким фитилем.

— Внутри — дробленая селитра, сера, уголь и… добавка из толченого стекла и железных игл. При взрыве — осколки керамики и этот убойный заряд разлетаются на двадцать-тридцать шагов. Убивают всех, кто не укрыт. Дальность броска сильным мужчиной — сорок-пятьдесят шагов.

Махар, мрачный и молчаливый, добавил, указывая на ряд глиняных цилиндров с ушками для переноски на шесте:

— «Гнезда». Тяжелее. Для метания требуются двое. Но внутри — не только порох. Верхний отсек — с «водой». Взрыв разбрызгивает огонь. Для баррикад и скоплений врага.

Спартак молча брал в руки эти изделия ада, взвешивал, изучал. Его лицо не выражало ничего. Он думал не о красоте инженерной мысли, а о тактическом применении.

— Сколько? — спросил он коротко.

— «Птичек» — около трех сотен. «Гнезд» — пятьдесят. И запас «горшков» обычных — еще сотня, — отчеканил Леонтий. — Но ресурсы на исходе. Селитры почти нет. Сера — остатки. После этого залпа мы станем беззубыми.

— После этого залпа нам либо не понадобятся зубы, либо они уже будут не нужны, — холодно констатировал Спартак. — Готовьте всё к завтрашнему рассвету. Доставить на передовую, к базилике Эмилия, скрытно. Я лично буду командовать.

Часть вторая: План «Разрушитель»

Ночной совет командиров проходил в атмосфере предельного напряжения. В подвале, где собрались Спартак, Дазий, Мутил, Агенобарб и несколько италийских вождей, пахло потом, кровью и железной решимостью.

— Завтра мы заканчиваем это, — начал Спартак без преамбул. — Мы не будем штурмовать все баррикады. Мы сконцентрируемся на двух ключевых точках, от которых зависит вся оборона форума. Первое — баррикада у храма Кастора. Она перекрывает главный вход с юга. Второе — укрепленный портик базилики Юлия, откуда они простреливают весь центр. Мы разнесем их.

Он разложил на столе грубые схемы.

— Основной удар — у храма Кастора. Здесь соберем максимальное количество «птичек» и «гнезд». Атаку начнут лучшие метатели из числа бывших пастухов, пращников и копьеметателей. Под прикрытием щитовой стены они подойдут на расстояние броска. По моему сигналу — залп. Сразу после взрывов, пока враг в панике и шоке, в прорыв идет тяжелая пехота. Не для боя, а для расширения коридора. Вторая группа, с «гнездами», атакует портик базилики. Задача — не столько убить защитников, сколько поджечь деревянные перекрытия и выкурить оттуда лучников. Одновременно с этим, Мутил, твои самниты и италики начинают массированную демонстрацию атаки по всему периметру форума, особенно со стороны Священной дороги. Создаем впечатление общего штурма.

— А Капитолий? — спросил Мутил, его глаза горели мстительным огнем.

— Капитолий мы не трогаем. Он слишком высок, и подъемы легко простреливаются. Мы его изолируем. После падения форума Капитолий станет ловушкой для тех, кто на нем заседет. Без воды и продовольствия они долго не продержатся.

— Риск, — хрипло сказал Дазий. — Если атака захлебнется, мы потратим последний козырь и потеряем лучших людей.

— Риск есть всегда, — отрезал Спартак. — Но сейчас риск бездействия больше. Метелл на подходе. У нас нет выбора. Либо мы ломаем их волю завтра, либо нас сомнут между молотом и наковальней. Готовьте людей. Передайте им: завтра мы не просто воюем. Завтра мы пишем историю. Такой, какой она больше никогда не будет.

Часть третья: Рассвет