Жены проклятого рыцаря. Наложница верховного рыцаря - Анна Гале

номер на сутки, а дальше разберёмся, как действовать. Хотя я уже знаю, чем мы сейчас займёмся, — он игриво улыбнулся и открыл передо мной дверь в устланный коврами холл.

Большую часть снятого Гербертом номера занимала огромная кровать, на которой мы тут же и оказались. Хорошо, что у нас на всё есть время, и можно пока что забыть о проблемах.

Потом я с бездумной улыбкой валялась в постели и смотрела на лежащего рядом мужа. Он мерно дышал и тоже улыбался — во сне.

Удачного служения, любимый!

Ждать пришлось долго. Скоро мне надоело лежать, и я начала бродить по номеру. В небольшом холодильнике обнаружилась выпивка, а на столике стояли два чистых бокала. Я выбрала бутылку шампанского и открыла её, как это делали при мне Герберт и Лиля.

Взгляд в окно. Вильгельм на месте.

Я потихоньку цедила из бокала шампанское и смотрела на большой поникший цветок в горшке. Земля, из которой торчало бедное растение, потрескалась от сухости, как в пустыне или южной степи. В санузле я набрала в опустевший бокал воду из-под крана и пошла спасать цветочек. Затем села рядом с мужем и снова приложилась к шампанскому.

Когда в бокале осталось не больше двух глотков, Герберт открыл глаза и будничным тоном сообщил:

— Сделано. Только что произошла крупная авиакатастрофа. Пришлось подождать подлетающего к аэропорту самолёта с подходящим в объекты пилотом, но дело того стоило.

— Герберт, у нас получилось? — не веря в то, что услышала, переспросила я.

— Получилось.

Муж допил прямо из бутылки остатки шампанского и поставил её на пол. Туда же отправился мой бокал.

— Ты умница, любимая! Между прочим, какого цвета камень в твоём кольце, не заметила?

— Тёмно-фиолетовый в коричневую крапинку, — я с любопытством посмотрела на кольцо.

— За неделю такое изменение цвета не каждому удаётся, — улыбнулся муж.

— Камень стал менять цвет ещё после первого вселения, в тот день, когда… — я чуть не сказала «когда погиб Иоганн», но вовремя замолкла. — Когда Синичка попала к нам.

— Тогда я не стал тебе говорить, почему это происходит. Ты заработала заслугу перед Граргом и даже не поняла, чем угодила повелителю. Помнишь, что ты делала, когда сидела рядом с умирающим Иоганном?

— Плакала. Герберт, ты не упрекал меня за это в тот день. Зачем вспоминать сейчас?

— Я тебя и не упрекаю. Что ты ещё делала? — он внимательно посмотрел на меня.

Воспоминание заставило меня вздрогнуть. Я держала умирающего за руку.

— Поняла? — кивнул Герберт. — Ты, сама того не понимая, пытала рыцаря Грааля перед его смертью.

— Почему он терпел? Я бы тут же убрала руку, если бы Иоганн сказал, как это действует.

— Наверное, хотел, чтобы ты держала его за руку, несмотря на мучения, — ответил любимый. — Я собирался вмешаться, но отвлёкся на Вильгельма и Синичку. Ладно, звёздочка, оставим эту тему и начнём потихоньку собираться.

— Но как мы выйдем отсюда? — Я встревожилась, вспомнив о врагах. — Перед входом нас наверняка ждёт Вильгельм. Будет поединок?

— Ни в коем случае, — шёпотом ответил муж. — Они там уже вдвоём, Вильгельм и его напарник. Я не могу так бездарно потратить только что заработанную жизнь, у нас на неё совсем другие планы. Да и отправляться к Граргу за новым телом, оставив жизнь в резерве, было бы глупо. Тем более, что ты оказалась бы одна в большом чужом городе, и я не уверен, что враги так просто отпустили бы тебя в Марск. Нет, рисковать не станем, — он вскочил и принялся быстро одеваться. — Я засыпаю и увожу их отсюда. Твоя задача — собраться и быть готовой выйти через десять минут. Ровно через десять минут, котёнок, ты ждёшь меня, готовая к выходу, поняла?

— Ага.

Я неторопливо встала. Полностью одетый Герберт снова плюхнулся на кровать.

Собираясь, я поглядывала в окно из-за занавески. Вот синий автомобиль сорвался с места и понёсся в обратном направлении. Белая машина осталась у гостиницы. Шесть минут, семь, восемь… На девятой минуте машина Эдика двинулась в другую сторону. Десять минут.

— Пора, — сказал за моей спиной Герберт.

Вскоре мы неспешно вышли на улицу. Муж крепко держал меня под руку. От шампанского немного кружилась голова.

— Успели, — с облегчением выдохнула я в машине.

— А ты сомневалась? — усмехнулся Герберт. — Правда, у нас есть шанс столкнуться по дороге с юнцом, но, думаю, от него мы оторвёмся без труда. Надо будет поблагодарить судью Луиса — здешнего хозяина. Он сейчас вступил в игру, чтобы дать нам возможность спокойно уйти. Мне почти ничего не пришлось делать, мы с ним встретились, когда я собирался совершить первое вселение. Луис сказал, что справится сам и пообещал нам пятнадцать минут полной безопасности.

— Судья Луис? — переспросила я

— Да, тот самый, с которым я в своё время застал Лили. История старая, почти забытая, он давно уже не в обиде. Сейчас Луис, можно сказать, друг дома. Правда, очень дальний друг: после памятного скандала Лили потеряла к нему интерес.

Герберт выбирался из города узкими дорогами, а иногда и дворами. За пределами Ранова он прибавил скорость.

— Вот и всё, через несколько часов будем дома, любимая. А пока узнаю, как там дела у Синички, — Герберт хмыкнул. — Не думал, что она окажется такой забавной.

— Ты о чём? — не поняла я.

— Обо всём сразу, — он рассмеялся. — Она сопротивляется мне, потому что не хочет, чтобы ей было хорошо. Называет себя наложницей. Искренне считает, что изменила этому своему идиоту Вильгельму. Собралась нам прислуживать, чтобы не сидеть на шее. Забавно же! Ничего, как только они вернутся, займусь её приручением. С Лили они вроде уже как-то поладили, теперь осталось заново приучить Синичку ко мне.

— В каком смысле — приручением? — нахмурилась я.

— В прямом. Мне за несколько дней до чёртиков надоело видеть её перепуганные глаза, значит надо сделать так, чтобы Синичка перестала меня бояться. Пойдём втроём куда-нибудь погулять. А может, и вчетвером, в тот же театр, например. Да и к моим прикосновениям ей надо бы привыкнуть, так что дотрагиваться до неё буду часто, учти и не вздумай ревновать.

Я кивнула. К чему ревновать? Любит-то Герберт меня.

Он позвонил Лиле, коротко сообщил, что жизнь заработана, и выслушал последние новости.

— Жуют шашлыки во дворе гостиницы, нам от всех привет, — сказал муж, убирая телефон. — Они с утра ходили по магазинам в ближайшем городе, покупали Синичке что-то из одежды. Похоже, мой приз начинает оживать, я слышал её смех.

— Представляешь, что скажет Синичка, если узнает, чем ты заплатил Анорму?

— Обязательно узнает, можешь не сомневаться, — поморщился