"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

— Где мой коктейль⁈ Официант! — крикнула ближайшая девица. — Куда смотрит персонал? Почему я должна ждать?

Я даже улыбнулся от ностальгических ноток. Примерно таким же тоном когда-то общались две дамы. Оксаночка и Анжелочка Налимовы. Эх, приятные воспоминания.

— Мне долго еще ждать? — буквально через пару секунд крикнула девушка. Вот как так? Лицом красива а ведет себя… Хуже Суркова. Хотя нет. Тот все же был померзотнее.

Бедный официант, весь в мыле, пытался быстрее накрутить коктейль, чтобы угодить клиентке, но явно не успевал.

— Не торопитесь, — спокойно сказал я. — Все же каждому напитку нужна своя скорость.

— Вы правы, господин, но желание клиента…

— Эй, не отвлекай его. Он мне готовит коктейль! — окликнула меня репортерша.

Как же тяжело скрыть улыбку от предвкушения срача, но я лишь повернулся к ней.

— Ты бы лучше научилась сдерживаться. Пусть парень работает.

Я уже избавился от нарочитой вежливости, когда мне ТЫкали, а я продолжал ВЫкать. Все же люди тут куда наглее и тупее. Не все, но есть индивиды, например, как эта хабалка.

— Мужчина, ты бы рот закрыл…

— Я младше тебя, — улыбнулся я, предвкушая веселье. Вторая репортерша с интересом начала за нами наблюдать, позабыв о блокноте.

Моя соперница в словесной дуэли покраснела так, что от полыхания своей пятой точки вполне могла бы обеспечить теплом весь отель.

— Да как ты! Щенок! Да я твоя ровесница! Хамло!

И тут официант подошел с коктейлем. Он благодарно кивнул мне.

— Ты хоть знаешь, кто я? — злилась репортерша. — Я журналистка! Издание «Фитилек!». Ты даже не представляешь, какие связи у нашего редактора! Он знаком с ярлами!

Из моих знаний истории ярлы — это что-то типа высшей знати у викингов. Вроде князей. Но это не точно. Мир-то иной.

— Вай! Фитилек! Походу, твой быстро сгорел! — соседняя репортерша прикрыла рот ладонью и попыталась скрыть смешок.

— А ты чего ржешь, корова? Один звонок в твою захудалую газетенку, и вас быстро прекроют! — продолжала плеваться ядом во все стороны эта нервная дама.

— Давай, звони, — благородно подняв подбородок, я дал ей отмашку, как слуге. — Жаль, номера не знаю, сам бы набрал.

Тут она немного поутихла. Видимо, решила, что я не спроста такой дерзкий сижу и собачусь с ней. Все же внутренний голос хоть придержал ее.

— А ты… — она уже не могла на «вы». — Кто?

— Кузнецов Михаил, — спокойно ответил я.

— Просто Кузнецов Михаил? — приподняла она бровь. По ее лицу видно, что дамочка пытается вспомнить мою фамилию, но, судя по тому, как она зловеще улыбнулась, ее попытка провалилась.

— Ты бы хоть представилась, репортерша еще называется! — закатил я глаза и отвернулся, ожидая взрыва, и он последовал.

— Хана тебе, мальчик! — спокойным голосом сказала она, набирая номер. — Алло, Ульв Мулавонович, это Далия Лигарда из «Фитилька», помните? Я брала у вас интервью месяц назад… Вы еще сказали, что можно к вам обращаться по всем вопросам… да…

Мне стало еще любопытнее, и Лора без промедления включила мне разговор.

« А что, моя дорогая, у вас проблемы?»

— Да! Сижу сейчас в Северном Сиянии, и меня тут обижают!

« Ой, милочка! Кто же вас там обижает⁈»

Судя по голосу, это какой-то пожилой любитель молоденьких репортерш.

— Сеперва бармен долго готовил коктейль, хотя я просила побыстрее, а затем ко мне пристал какой-то пацан и начал дерзить. Не могли бы вы помочь? Ну пожалуйста! Ульв Мулавонович! А мы напишем о вас еще одну замечательную статью!

« Надо же! Это что за хамы в таких дорогих отелях! Вы хоть узнали, как его зовут?»

— Конечно. Кузнецов Михаил. Продолжает сидеть напротив меня и лыбится, нахал.

« Сейчас же позвоню хозяину гостиницы. Не переживайте, дорогая Далия, я все улажу»

— Спасибо! Я ваша должница, — хихикнула она и с победоносным видом отключилась. — Как жаль! Даже если сейчас ты убежишь, твое имя уже известно на самом верху.

— Надо же, я только рад! Такая слава! А меня покажут по телевизору?

Девушка рядом опять хихикнула.

— Тебе все смешно, овца, — улыбнулась Далия. — Ну смейся, смейся. Посмотрим, кому Царевна Российской Империи или Есенин даст интервью.

— Надеюсь, не тебе, — развеселился я и обратился ко второй девушке. — Простите, как вас зовут? Прошу прощения за столь убогий цирк. Видимо не все клоуны уехали.

— Ничего страшного, — улыбнулась она. — Я Ода Отталия из «Буревестника». Но она права, у вас неприятности. Если только у вас отец не ярл или не сам конунг.

— Нет, что вы. Я сирота, — честно признался.

Ода еще внимательнее посмотрела на меня в недоумении — я идиот или притворяюсь.

— Простите, но… Я в растерянности…

— Думаю, будет проще все объяснить, когда придут мои друзья.

— Боюсь, у них могут быть проблемы. Сейчас на входе куча охраны и пускают только постояльцев и прессу. Говорят, сюда заехала сама царевна Екатерина из Российской Империи. С ней прибыл Есенин с товарищами, — чуть тише сказала она.

— Тогда как же сюда попадут спасители этой стервы? — нарочито громко проговорил я, чтобы она услышала.

— Ублюдок, еще хоть слово! — шипела она.

— У Ульва Мулавоновича связи по всей стране. Он один из главных ярлов, — прошептала она.

— И как же такая, как она, познакомилась с таким, как он? — удивился я.

— Могу только предполагать, — многозначительно улыбнулась она.

В этот момент мобильный этой стервозной репортерши Далии запиликал мерзкую мелодию, от чего я непроизвольно скривился.

Увидев имя звонившего, она расплылась в блаженной улыбке. А Лора снова включила мне связь.

— Да, Ульв Мулавонович?

« Далия, сейчас послушай меня внимательно. Ты встаешь, приносишь извинения этому Михаилу Кузнецову и сваливаешь из отеля по-тихому».

— Но Ульм Мулавонович!

« Я что, непонятно объяснил? Глупая коза! Еще раз сюда позвонишь, я сам закрою ваш журнальчик! Дура, знай кому ты перечишь! Некомпетентная!»

Я же смотрел на нее и улыбался. За короткий промежуток у нее на лице сменился весь ряд эмоций: от торжества до осознания, что она села в лужу.

— Ну что? — на всякий случай, уточнил я. —