"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 - Максим Игоревич Крынов

— В Братске построим, там вокруг лес на Ангаре превосходный.

— Я слышал, что даже превосходный еще лет двадцать как-то особо сушить нужно…

— Десять для приличного, не лучшего, но очень даже приличного, хватит. А у Веры только в Лесогорске на складах дерева, чуть ли не до революции срубленного, на две рояльных фабрики запасено. Там как раз перед революцией много всякого собирались строить крестьяне-переселенцы, и леса заготовили очень много…

— А на какие шиши заводы строить собираешься? Ты ведь вряд ли одним скрипичным заводом ограничишься.

— Это Вера не ограничится. А на какие шиши… она ведь когда еще ввела правило в НТК: сообщи, что тебе нужно, и ты все получишь. Но не спрашивай, как и откуда. Я и не спрашиваю… на какие шиши сейчас в Благовещенске рояльная фабрика строится. И тем более не спрашиваю, как она туда сманила японских мастеров с Ямахи…

— Ну японцев-то сейчас сманить откуда угодно не сложно, у них сейчас на островах буквально жрать нечего. А вот насчет станков… я тоже не стану спрашивать, а то вдруг мне опять захочется кого-то расстрелять?

— Марту Густафссон? На рояльную она станки летом отгрузила.

— Бесплатно?

— Можно и так сказать, по крайней мере через наш финотдел никакие платежи по таким контрактам точно не проходили. Так что…

— Да, тут давеча Слава разглагольствовал о соотношении наших отраслей, и вроде он сказал, что с учетом сельского хозяйства у нас диспропорция в производстве ТНП и средств производства даже увеличивается — а ты ему кивал, значит, знал его доводы и был с ними согласен. Но ведь совхозы как раз ТНП производят!

— Ну да, только они у нас не производитель, а чистый потребитель. Их продукция государству поступает по расчетной себестоимости, но ведь в совхозы везде топливо по одной цене отпускается!

— И что?

— А то, что на восток от Байкала топливо идет синтетическое, из угля выделываемое. Которое нефтяного в производстве втрое дороже. Но Вера заранее предупреждала, что так и должно быть, производство сельхозпродукции заведомо убыточно… у капиталистов. А у нас она называет это словом «дотационное производство». Пока дотационное, у нас крестьян просто слишком уж много. Но, думаю, лет через пять при нормальном развитии экономики ситуация исправится.

— Если у нас будут эти пять лет нормального развития…

Глава 17

Третьего ноября в торговую сеть Москвы поступили два новых продукта. То есть сами продукты были старыми, новой только упаковка для них делалась: бутылки из лавсана, в которые на двух только что открытых в Лианозово заводах разливалось молоко и газировка.

Лаврентий Павлович, увидев необычную бутылку на столе (Серго купил в соседнем магазинчике к обеду) долго ее разглядывал, пальцами тыкал — а затем зашел к соседке:

— Привет, Старуха, что-то мне подсказывает, что ты с появлением таких бутылок как-то связана. Могу я задать вопрос: а зачем? Мне почему-то кажется, что это производство не очень-то и дешево стране обошлось…

— Вы не ошиблись, я такие бутылки больше года просила сделать. То есть не сами бутылки — их-то делать просто, а оборудование, которое в них разливает жидкости разные. И да, это оборудование очень недешевым получилось, однако смысл перейти на такую посуду есть. И смыслов ровно три. Первый: стеклянная поллитровая бутылка для молока сама весит полкило — и с этой, которая почти ничего не весит, в магазины приходится возить ровно вдвое меньше груза. И обратно пустую посуду возить тоже много дешевле.

— Ну, это-то я и сам сообразил…

— Вторая причина даже проще: производство лавсана в стране у нас налажено очень неплохо, и получается, что такая бутылка еще и втрое дешевле стеклянной нам обходится. К тому же ее и мыть, после того, как люди ее вернут, не надо…

— То есть будем продукт в грязные лить, что ли?

— Нет, возвратную посуду вообще никто повторно использовать не будет, нужно просто пластик на мелкие кусочки порубить, кусочки уже промыть — и делать из лавсана всякое другое. Например, волокно лавсановое: оттого, что бутылкой попользовались, пластик не портится. Так что и на подготовке посуды на фабриках мы прилично так экономить будем.

— Ты назвала две причины. А какая третья?

— Мелинит — он в производстве гораздо дешевле тола, к тому же у нас фенола производится на порядки больше, чем толуола.

— И ты думаешь, что такого объяснения достаточно? Причем тут вообще тол?

— При том. Мелинит — это же кислота, слабенькая, но кислота. А пикраты металлов взрываются даже от чиха в соседнем здании, поэтому пихать мелинит в снаряды просто так не получается. Да и не просто получается не очень: в японскую войну… ну, в ту еще, сколько раз у японцев снаряды сами по себе взрывались? Но если подумать… Пикриновая кислота плавится при ста двадцати, полиэтилентерефталат размягчается при температуре больше двухсот, и со слабыми кислотами он вообще не взаимодействует. Если мелинит расплавленный залить в такую бутылку, то бутылку эту можно в снаряд пихать без опаски за то, что этот снаряд сам по себе взорвется при перевозке на фронт. Так что если что — Лианозовский молокозавод в день сможет произвести почти двадцать пять тысяч мелинитовых зарядов для артиллерийских снарядов, там только бутылочные формы поменять придется… и специальные формы уже на складах лежат, и на молокозаводе, и на заводе газировки. Пятьдесят тысяч снарядов в день мы уже можно сказать, имеем — а до Нового года только в Подмосковье еще три молокозавода будут запущены, и еще завод газировки в Сергиевом Посаде.

— Старуха, а ты хоть что-нибудь придумываешь, что не для войны… хотя скрипки с роялями… или ты и для рояльной фабрики уже придумала, как ее в военном деле использовать?

— Вы, Лаврентий Павлович, неправильно вопрос ставите. Я же про заряды для снарядов не просто так в самом конце рассказала. Для меня важно то, что людям молоко… ну и газировку покупать удобнее станет, что затраты на доставку продуктов в магазины сократятся, что воровать торговцам станет сложнее, ведь молоко в бутылках они уже водой разбавить не смогут. Но что в мире творится, вы даже лучше меня знаете — и как в таких условиях не подумать, что нужно