Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 - Вадим Владимирович Денисов

рыпнуться? Экспериментаторов-сопротивленцев давно извели под корень, все тихо, послушно. Тут, правда, сюрпрайз вышел — русские объявились… Но эти мрачные славяне сидят в сером каменном замке, а прошлые инциденты были связаны с нашими попытками проверить их на прочность. Вряд ли русские представляют реальную опасность. Старики, правда, говорили, что они горазды повоевать… недавно пытались напасть на колонну, и даже подстрелили одного из наших, но получили такой отпор, что наверняка от дальнейших вылазок зарекутся. Ходит легенда, что русские непредсказуемы. Что с них взять, дикари… О! Так и есть. Блокпост поставили!»

Выкатив из-за полосы кустарника, головной мотоциклист резко остановился, поднес ко рту небольшую рацию. Сканер у Катрин схватил переговоры врага практически сразу.

— Это опять испанский, Тео. Нервный мальчик, очень много говорит… Он предупредил своих, — доложила француженка. — Отвечают ему, что поняли, спрашивают о подробностях… Язык заметно отличается от канона, слышу английские, португальские… По-моему, есть и индейские слова. Это латиноамериканцы.

— Не мексиканцы ли?

— Тео, мексиканцы и говорили бы на мексиканском испанском, — даже обиделась она. — Мексиканский гораздо консервативней.

Катя у нас полиглот, незаменимый человек.

Мотоциклист остановился там, где и должен был встать, — за сто двадцать метров до блокпоста. Именно в этом месте мы положили в шахматном порядке три бревна — не в закупорку, а типа для снижения скорости, исключения стремительной атаки — так укладывают бетонные блоки возле важных объектов, потенциальных целей террористов. Очевидная необходимость иметь одежду в тон местности здесь часто игнорируется, я еще в Доусоне заметил. А уж вольные люди вольных околобандитских профессий ходят в чем хотят, подчеркивая кто статус, кто достаток. На этом была черная кожаная куртка с заклепками, темные джинсы и цветастая бандана. Понятно, что у герильяс на дороге конкурентов нет, как и нет необходимости воевать, ползая по кустам. Точнее, не было до последнего времени — вот и не перестроились.

Четыре минуты паузы. Мотоциклист, внимательно осмотрев блокпост и доложив об итогах главарю, спрятался за машиной.

— Внимание, они решили подъезжать! — сообщила сталкерша.

— К бою.

Что они видят? Видят солидную свежепостроенную будку блокпоста, со всеми аксессуарами, баррикады из мешков, антенну, провод генератора и флаг. Видят торчащий из амбразуры между мешками ствол, еще один — в бойнице над двумя бронежилетами. Дорога перегорожена полосатым шлагбаумом, личный состав благоразумно спрятался, стволы выставил. Жужжит генератор, дымят противомоскитные гнилушки…

И табличку видят, что вкопана как раз возле места остановки разведчика.

СТОП!

Блокпост армии России, территория Форт-Росс.

Подъезжать по одному, медленно, с зачехленным оружием.

Проезд после осмотра.

Надпись на английском, прочитают. И начнут оценивать.

«…Место русские пришельцы выбрали удачно. Направо по движению к посту с полотна не скатишься, сплошные колючки. С левой стороны, правда, есть удобная проплешина. Блокпост не прячется, стоит на видном месте, эти славяне явно решили стать старшей группой в нашем детсаду. И это непорядок. Это наглость».

— Костя, фонарь включай.

Сталкер тронул на пульте тумблер, и на стене будки вспыхнул яркий красный свет, отлично видимый в любую погоду, — однозначный сигнал, как раз к подъезду основной группы. В свой бинокль я отлично видел всех. За блики я не боялся, модель качественная, да и солнце стоит на юго-востоке, почти в лицо противнику.

Опасные ребята, очень опасные. Главарь, невысокий полноватый усач, был одет в камуфляж, хороший, чистый. На голове — черный берег с каким-то ярким флажком. По его гортанной команде герильяс слаженно спешились всем составом, быстро рассредоточившись вокруг машин и обманчиво мирно переговариваясь: мол, нам и дела нет до всей этой инсталляции. Кто-то даже демонстративно закурил.

— Окончательно, семь человек. Четыре «томми», два ненаших «калаша» и пулемет «льюис», а карабинов пока не вижу, — сообщил я коллегам, на что Кастет уважительно присвистнул:

— Зачем им при таких распасах карабины, и так мощи выше крыши… Че ждут-то? Фас, бультерьеры!

Словно услышав Лунева, главарь отдал команду, бойцы выученно бросились на землю и молниеносно открыли огонь по блоку из всех стволов. Похвально!

— Пригнись!

Несчастная будка новенького блокпоста словно угодила в центр мощного торнадо — из тех, что показывают в документальных фильмах про Аризону. Во все стороны полетели щепки и обломки бамбука, почти сразу рухнули в пыль антенна и флагшток. Что свинцовый ливень сотворил с бронежилетами, и подумать страшно… Пули вырывали куски ткани из мешков, вышибали из стены целые лоскуты, в общем, шинковали нашу новостройку в винегрет, аж обидно.

— Эх, хана красивому фонарику, — в коротком перерыве прошипел вжавшийся в землю Лунев.

Я быстро приподнял голову — ух ты, уже и шлагбаума нет! Пора.

Щелк! Гоблин все понял и дал три очереди из «дегтяря», никого, впрочем, не задев: пули пролетели-просвистели над мешками и над техникой. Но это впечатляет, как впечатляет любая очередь из любого пулемета, летящая в твою сторону.

— Така-така-та! — грохотал ДПМ, добивая дисковый магазин.

Мы с Костей под шумок тут же положили по паре пуль на дорогу, целясь по обеим сторонам от группы. Герильяс, оценивая причиненные дружным огнем разрушения, удивились, но сигнал восприняли правильно. Огонь мгновенно прекратился, и вся банда слаженно, перекатами и короткими бросками, бросив технику на дороге, за три секунды переместилась в ложбинку справа от нас.

Гух-хх… Покосившаяся крыша будки с неприятным шумом сползла с искалеченных стен и накрыла позицию «замешковных стрелков».

— Что-то вы, парни, не рассчитали, — тихо съязвила Катрин, — тренироваться надо было. Скотч, скотч, он лучше всего…

— Да иди ты, Кать, в баню! — расстроился Лунев, меняя магазин. — Столько работали, я руки стер!

Щелк.

— «Гоблин», очередь, и меняй позицию.

«Дегтярь» врезал еще раз, уже новым диском, после чего Мишка быстро перебежал на нашу сторону. Обычная «отсекайка» — и он никого уже не мог задеть, и его спрятавшемуся противнику не видно. Ведь там вокруг проплешины тоже сплошные колючки, хрен протиснешься без животных криков, сам пробовал, но подстраховаться от флангового обхода никогда не грех. Улеглись вы там?

— Кать, прижми их. Костя, давай!

Коротко стуканул ПКМ, после чего настала очередь Кастета.

— Внимание, подрыв, — пробормотал сталкер и вжал кнопку пульта радиоуправления.

Бум! С плоской вершины сланцевой каменюки, на зеленой мураве которой мы и расположились, подрыв нацеленного вдоль лощины «клеймора» был похож на язык дыма и пыли, метнувшийся вдоль трассы. Вихрем взлетели поднятые направленным взрывом листья и ветки. И настала тишина.

— Командир, вторую рвем? — вопросительно посмотрел на меня комсталк.

Я отрицательно мотнул головой. Языка бы…

— Катя, переставляйся, Костя, смотрим — и пошли.

До взрыва мне было видно четверых. Сейчас там все смешалось, лиственная взвесь еще