Галактика Белая - Наталья Владимировна Бульба

— Я вам не мешаю? — не без ехидства поинтересовалась я, только чтобы скрыть свою растерянность.

— Замолчали оба, — рявкнул вдруг Ильдар, вновь откидываясь на спинку.

Мы с Дамиром заговорщицки переглянулись и… занялись каждый своим делом. Интасси выводил корабль на нижнюю орбиту, я — рассматривала навигационную карту сектора, «висевшую» справа от меня. Активировалась она сразу, как только я опустилась в кресло. Ильдар команды на отключение не дал.

— Хасея тебя устроит? — Дамир нарушил довольно тяжеловесную тишину, царившую в рубке, когда «Лиската-1» сделала четверть «круга», словно давая мне осмотреться и оценить «последнюю линию обороны». Базы «сидели» сотами, растянутые по четырем орбитальным уровням.

— Я же сказал, — недовольно отозвался Ильдар, — что мне — все равно.

— Тогда, — обернулся ко мне интасси, — на Хасею. Тебе там понравится.

Привычность обстановки сыграла со мной злую шутку, рука сама потянулась к пульту, вбивая в поле поиска услышанное название. Шар передо мной тут же растянулся вогнутой линзой, из точки, где мы находились, расползаясь лентой, выстрелила курсовая, упершись в спутник четвертной планеты звездной системы. Рядом высветились характеристики…

Хотела я съязвить, уточнив у Ильдара, не является ли этот мертвый камушек любимым местом для прогулок, как взгляд наткнулся на то, что заставило меня промолчать. Астероидное поле на самой границе отразившегося на экране сектора. Девятый класс сложности, практически непроходимо.

«Для средних крейсеров и выше», — тут же добавила мысленно. Еще не забыла баек, которыми нас щедро одаривал Шу Ен. Рассказы о перевозчиках, для которых и десятка, как дом родной, были в экипаже эр четвертого самыми любимыми.

— Мне уже нравится, — тихо, только для себя, прошептала я, ловя себя на том, что только что поверила в… надежду.

* * *

Спустя два с половиной месяца после событий на Зерхане.

— Сегодня прилетает Джема! — влетела в комнату Лора, тут же забираясь ко мне на колени. — А чем ты занимаешься? — ткнулась она носом в дисплей комма, за которым я работала.

Полет на Хасею был не единственным за последние двадцать дней, но именно он вытащил меня из безразличия и обреченности, показав, что все еще можно изменить. Не только для меня, но и для Дамира.

То, во что не верила для себя, я была готова сделать для него. Воспоминания о казни были еще свежи, словно все это произошло только вчера.

— Изучаю навигационные карты, — не стала я уходить от ответа.

О моем новом «увлечении» Ильдару было известно. Не знаю, что он думал, но запрета не последовало. Более того, он пару раз брал меня с собой на флагманский крейсер. В первый раз это была инспекторская проверка одной из баз на внешних рубежах, во второй мы посетили сборочные ангары, висевшие на орбите первой планеты. Дармовая энергия… Тормш был прав, когда утверждал, что самариняне практически полностью избавились от низкоквалифицированного труда. За время, что провела на Самаринии, мне довелось в этом убедиться.

— А почему ты не называешь ее мамой? — задала я свой вопрос, отключая планшет. Лоре хотелось поболтать, обычно это затягивалось надолго.

Я не была против, кроме Ильдара и его дочери разговаривать мне было не с кем. Дамиру общаться со мной, было все так же запрещено.

— Так она не захотела стать спутницей Ильдара, — фыркнула Лора, сползая с моих колен и перебираясь на подоконник. Девочка была непоседой… — Он поставил ей условие: либо она отказывается от служения и живет с ним, либо… — Лорианна вздохнула, но было заметно, что она не сильно-то и огорчена.

— А ты откуда об этом знаешь? — вставая и подходя к ней, спросила я.

За окном шел дождь… Лора успела сдвинуть панель из поляризованного стекла, а тонкая пелена защитного поля не заглушала шелестящего звука, с которым косые струи воды скользили по воздуху, стремясь впитаться в землю.

— Думаешь, я — маленькая? — повернувшись, хитро улыбнулась мне Лорианна.

— Опять… подслушала? — приподняла я бровь.

Чем дальше, тем все больше дочь Ильдара мне напоминала собственную сестру.

Как же я по ним скучала! По родителям, по Лорке с Летой, по Вацлаву, Ену Шу…

С каждым днем их образы становились все ярче, а вот лицо Карина тускнело, растворяясь во времени и заставляя меня задаваться вопросом: «А любила ли я его когда-нибудь?» Ведь были рука в руке, были взгляды, устремленные друг на друга, были ночи, полные страсти и мгновения, наполненные тишиной…

Я, стиснув зубы, вздохнула, отгоняя непрошенные мысли, тут же наткнувшись на глазенки Лоры, светившиеся не только любопытством, но и удовлетворением.

Что же такого я сделала, чтобы Лора так искренне радовалась?! Ответить на свой собственный вопрос я не успела, она довольно кивнула:

— Подслушивала. Наставница разговаривала со жрицей…

— А Ильдар тебе не говорил, что подслушивать нехорошо? — нахмурилась я, наклоняясь к Лоре, поправить выбившийся из косички локон.

— Кошер! — грубо раздалось от двери. — Отойди от моей дочери!

Признаться честно, я опешила. В своей комнате я чувствовала себя совершенно защищенной. Если кто и мог здесь объявиться вот так, неожиданно, так Ильдар, но… Мне показалось, что моя зарождающаяся дружба с Лорианной его полностью устраивает.

— Она не тварь, Джема, — сориентировавшись намного быстрее, огрызнулась Лора, соскакивая с подоконника и беря меня за руку. — Она — кайри Ильдара! — выступила девочка чуть вперед, загораживая меня от стоящей у двери женщины.

Ситуация была не просто смешной — невообразимой.

Но почему-то именно в это мгновение, мне вспомнились слова Ильдара о том, что в этом мире бояться я могу только его…

— Я прошу прощения, госпожа, — склонила я голову, вытягивая свою ладонь из руки Лоры и отходя в сторону. Накалять обстановку больше, чем она уже была накалена, не стоило. Как бы ни считал жрец, Джема была матерью Лоры, а я… всего лишь игрушкой, прихотью…

Вот только девочка привыкла к другим отношениям, в Храме она подчинялась только самому Ильдару и его слову и… своей наставнице.

Никого из двоих рядом не было.

— Ты должна покинуть эту комнату, Джема, — четко и спокойно, как это делал Ильдар, произнесла Лора, вновь вставая передо мной.

— Я предупредила! — Джема тронула фиксатор бледно-голубого плаща, скинула его с плеч, отбросив на стоявшее недалеко от двери кресло.

Если бы не искаженное злобой лицо, я бы назвала ее красивой. Густые черные волосы были стянуты в высокий хвост, что вызвало у меня почему-то ассоциацию с готовым к броску хищником, вытянутые к вискам глаза смотрели на меня с брезгливостью, с идеально очерченных