Безмолвная. Книга 3 - Константин Лёр

Провожая глазами средство экзекуции в руке ЁнСо, мысленно прощаюсь с волосами. И хорошо, если только с ними. С хальмони станется скальп захватить, с таким-то темпераментом.

Ни Манхи, ни её отец не вмешиваются — стоят истуканами, пялятся на творимый на их глазах беспредел. Они вне игры. Ну хоть спасибо соседке — не пошла на поводу у «доброй» бабушки. Хотя, ничем она мне не помогла, и даже не отсрочила неизбежное. Только сама подставилась под удар.

— Аньон хасейо, — раздаётся из-за спины, со стороны ворот, подозрительно знакомый голос. Дружно поворачиваемся на него, хотя мне, с зажатыми в чужой пятерне, волосами, сделать это не просто. Приходится косить взглядом на свою спасительницу.

А пожаловала к нам в гости завучиха собственной персоной. Да не одна, а в сопровождении учителя математики. Подпирает сей парад звёзд растерянная Оби.

— Меня зовут Пэ Солли. Я заместитель по этике в старшей школе Косона, — представляется женщина, спрятав лицо за смартфоном, тыльная сторона которого поблескивает объективом камеры.

«Кажется, кто-то станет звездой ютуба, сам того не желая».

Будущая «звезда», между тем, наконец соизволит убрать свои грабли от моих волос. Не так быстро, как хотелось, но с достоинством, заслуживающим уважения, для человека пойманного с поличным. Парой движений поправляю причёску, поморщившись от неприятных ощущений от корней своих многострадальных волос, и отступаю на несколько шагов от хальмони — от греха подальше. Но не слишком далеко, чтобы это не выглядело как побег. Безмолвная ЁнСо никак не реагирует на мой манёвр — она переключается на визитёров и ждёт от них объяснений: с чем пожаловали, и почему отрывают от воспитательного процесса. Во всяком случае, видок у неё был соответствующий ситуации.

Солли опускает телефон, и переходит ближе к делу.

— Нунним, мы с учителем СанУном приехали обсудить некоторые вопросы, касаемые ваших детей. Уделите нам несколько минут, желательно, в более приватной обстановке?

— Если вы явились по тому же вопросу, что и СанУн-сии, то напрасно. ЛиРа не будет участвовать ни в каких мероприятиях, — бойко парирует ЁнСо, намереваясь закончить неприятный разговор раньше, чем он успеет начаться. Но Солли, привыкшая общаться с самым разным контингентом, так просто с толку не сбить. Она увидела достаточно, чтобы сделать весьма неутешительные выводы о взаимоотношениях внутри этой семьи, и подчиняясь профессиональному чутью, решает разобраться в происходящем.

— Это касается не только… Лиры, — на миг запнувшись на имени девочки, с холодной улыбкой на губах отвечает она хозяйке дома. — Но я бы с удовольствием выслушала, почему вы запрещаете агасси заниматься тем, к чему неё явный талант. Обычно, родители гордятся одарёнными детьми и всячески поощряют их успехи. Чем же Лира от них отличается?

Сквозь наступившую тишину пробивается звук двигателей самолёта, неосторожно решившего пролететь над нашими головами. Он высоко, но кажется, что ярость хальмони дотянется до него и переломит крылья авиалайнеру…

Беды не случается, зато ЁнСо прислушивается к здравому смыслу, и вместо того, чтобы выгнать взашей незваных гостей, молвит:

— Мы можем поговорить в доме. Пойдёмте. А ты, — поворачивает она голову в мою сторону, — быстро переоделась и за работу!

— Недавно в школе произошёл, скажем так, инцидент, с участием вашей внучки Ли Оби, — войдя в дом вслед за ЁнСо, и оглядев убранство, говорит Солли. Хозяйка гостеприимство проявлять не торопится и за стол гостей не приглашает. Тормозит их у самых дверей, обозначив границу «переговорной». Солли не стала реагировать на явное проявление неуважения к себе — сейчас не время для скандалов. Лучше потратить его с пользой.

— Я неверно интерпретировала факты и вынесла чересчур строгое наказание — признаю свою ошибку, — продолжает она, решив начать с первоначальной причины визита. И не прогадывает.

— Разумеется вы почём зря обвинили мою внучку, — воодушевлённая быстрой капитуляцией оппонентки, выпаливает ЁнСо. — Она не виновата! Это ЛиРа подговорила, как там эту девицу звали, напасть на неё. Оби вам разве не рассказала?

— Оби-ян не поделилась со мной данной информацией. А вы уверены, что причина именно в этом? — несколько удивлённая вновь открывшимися фактами, интересуется Солли. Она косится на своего спутника с вопросом во взгляде, мол, какого чёрта? Но тот тоже впервые слышит озвученную версию и ничем помочь в разговоре не может.

— Она не станет врать. ЛиРа и раньше ей вредила, — видя растерянность женщины, добавляет уверенности в голос ЁнСо. Сейчас самое время дать отпор наглой визитёрше, посмевшей вмешаться в дела чужой семьи. Пусть знает, кто такая этот приёмыш!

— Мы могли бы услышать об этом от самой Оби? — находится Солли, взяв на заметку слова о «вредительстве».

— Вам недостаточно моих слов? — давит на авторитет хальмони. Но завучиха и тут не даёт слабины. Из реплик хозяйки она уже догадалась кого в этом доме держат за козла отпущения. Женщина подозревала о чём-то подобном исходя из рассказа СанУна, а сейчас, застав сцену расправы над неугодной и послушав ЁнСо, лишь подтвердила собственные выводы.

— Нунним, а она вам не говорила, кто ей передал эти слухи? Это очень важно.

— Вы сюда пришли, чтобы под мою семью копать или, всё-таки, хотите оправдать девочку? — мгновенно реагирует на выпад оппонентки ЁнСо, пытаясь уйти от вопроса. — Вы уж определитесь.

Солли сердито поджимает губы: её таким фокусом не проведёшь.

— Я настаиваю на разговоре с Оби. Поймите, с вами или без вас он состоится. Не здесь, так в школе. Но было бы куда лучше решить вопрос сейчас. Иначе, я, как ответственное лицо, не смогу установить истину и оставлю наказание в силе. Тогда пострадают невиновные. Вы же не хотите, чтобы ваша внучка страдала, верно?

— Ну хорошо, — поколебавшись, соглашается ЁнСо. Она понимает: настаивать дальше — лишь вредить себе. И дело далеко не в случайной записи «воспитательного процесса», а в банальной правде. Ей категорически не хотелось оказаться в положении оправдывающейся за свою семью. Вопрос репутации!

Пожилая женщина оглядывается на тихий звук шагов, донёсшихся сверху. Завидев на лестнице синеглазую девочку, переодевшуюся для работы в поле, немедленно реагирует на её появление.

— Эй, ЛиРа, позови Оби. Скажи ей, что это очень срочно, пусть там не копается!

Пожав плечами, та ретируется, а спустя пару минут нервозного ожидания, к ним спускается «невинно пострадавшая» в сопровождении гонца. Последняя, бросает выразительный, — до мурашек! — взгляд на завучиху, и скрывается за дверью, ведущей на улицу.

— Оби, Солли-ним хочет задать тебе несколько вопросов. Отвечай предельно честно, поняла? — инструктирует ЁнСо, вытянувшуюся по струнке, внучку перед допросом.

— Хорошо, хальмони, — кланяется та. Сегодня, находясь в учительской, она пережила несколько неприятных минут, решив, что шляющаяся по