Войд. Том 1. Начало - Алекс Бредвик

— А что ты увидел? — нахмурился я, смотря в глаза Грому. — Что я сейчас подохну?

— Что-то типа того, — усмехнулся он. — Увидел, что ты не прост, ой, как не прост. Большого теневика не убить в голову, мозг восстановится ночью, в темноте. Но так его можно надолго отрубить, ввести в состояние анабиоза. И ты сделал это, просто каким-то образом смог вынести фрагмент мозга твари из её черепушки. Но это не самое интересное… Ты ноги свои видел?

— Не-а, — отрицательно помотал я головой. — А что с ними не так?

— Скажи… Ты ведь мышцы в скорость развивать хочешь, так? — с лёгкой задумчивостью спросил у меня Гром, сначала посмотрев на меня, а потом отведя свой взгляд в сторону.

— Ну да, у меня так прописано в наставлении… Или как там этот путеводитель по улучшениям организма называется? Нужно улучшить мышцы до четвертого уровня по скоростному варианту.

— Если у тебя ноги не атрофируются, — усмехнулся Гром, — то у тебя будет третий уровень развития плотности мышц, первый уровень разграничений по скоростному варианту. Ты как смог подпитку АТФ активировать? Этому учат только на втором году обучения тут.

— Оно как-то само, — пожал я плечами, а потом поморщился от боли. — Просто очень сильно хотел удрать от этой твари. Вот и выскочило, что активировано что-то там с АТФ. Зато как я летел! Ты бы видел это!

— Представляю, — как-то грустно ответил гигант. — Вот что тебе скажу. Не пытайся его больше активировать на полную, как ты это сделал сейчас. И не делай этого больше до того момента, пока вас этому не будут обучать. Игра с резервами организма опасная штука. Если переборщить, то можно сдохнуть.

— А я на полную активировал? — приподнял я одну бровь, не совсем понимая, о чём он вообще говорит.

— Почти, судя по отчёту твоего персонального знака. Ты его задействовал на восемьдесят три процента. Ещё бы немного, и ты бы сам себя просто сжёг. И я не шучу, твой организм бы не выдержал. Такой приём используют, когда выхода просто нет, чтобы прикрыть своих товарищей, жизнь которых ещё может быть спасена.

— Я понял, — медленно сказал я, а потом так же медленно кивнул. — А сколько я был в отключке? Сутки, двое?

— Три часа с того момента, как я тебя нашёл, — усмехнулся Гром. — Ладно, отдыхай, тебе пару дней восстанавливаться, как раз все твои однокурсники должны вернуться. А там и обучение сможете продолжить спокойно… Наверное. Ладно, я пойду… А то подготовку к заданию важному сорвали. Времени и так в обрез, а тебя я не мог бросить, отец твой просил.

— Отец… — нахмурился я, уставившись на свои ноги.

Гром вышел как-то бесшумно, я даже не заметил этого. Так что я снова был в полном одиночестве, но на этот раз я был нагружен мрачными мыслями. Не укладывалось в голове, что просто так взяли и отстранили весь личный состав Академии от исполнения своих прямых обязанностей. Не могли так поступить, это прямая угроза жизни и здоровью обучаемых…

Я сжал кулаки. Мне было очень неприятно, что всё начало происходить в такой колее. Догадка у меня была сейчас всего одна — клан. Только мой троюродный братец мог так подсуетиться, запросить помощи у своего деда, который сидит в Галактическом совете, чтобы произошла такая ситуация. Я вот только одного не понимаю, на кой чёрт ему это всё сдалось… Да, у моего брата есть определённые замашки по поводу «правильности». Он считает меня неправильным аристократом, я слишком много общаюсь со своими подчинёнными, не умею «творить» с помощью зерна, не посещаю их званые ужины, так как прекрасно понял, что я могу там сдохнуть от отравления… Как и любой член клана, в принципе. Но всё же, это не повод устраивать вмешательство в процесс обучения.

У Галактического совета было влияние на специальный следственный комитет, только они могли напрямую ему указывать, что и как делать. Просто в голове не укладывается, что такое вообще могло произойти без их подачки. Если тварь смертельно опасная, значит, кто-то её специально засунул именно к нам, точнее, именно ко мне. А это могло подставить так же кого угодно, кроме меня…

— Этим уродам просто плевать на обычных людей, — с какой-то грустной усмешкой сказал я самому себе, разжав кулаки. — Если они захотят чего-то добиться, значит, они этого будут добиваться.

Нужны были радикальные изменения. Кланы начинают вгонять в стагнацию нашу цивилизацию, ещё несколько поколений таких аристократов, таких ограничений внутри нашей цивилизации… И нам просто будет крышка. Галактический совет, каким бы он плохим или хорошим не был — лишь временная мера. Он не способен удовлетворить все потребности враждующих кланов, а значит, надо их вырезать. Просто уничтожить все эти чёртовы кланы, чтобы их проклятье больше не висело над мирами человечества.

Откинувшись на койке и немного поёрзав, я снова попытался закрыть глаза и подремать. Но какая-то мелкая мигающая точка, которая отчётлива была видна в темноте, но находилась где-то на краю моего восприятия, просто нервировала. Я пытался всячески на неё не обращать внимания, но в итоге психанул.

— Да что это за херня-то такая⁈ — крикнул я из-за нарастающего психа.

Мысленно надавив на эту точку, перед глазами открылось странное уведомление. Очень странное. Оно вроде было как сообщение, но при этом было представлено в виде системного уведомления. Текст тоже был несколько… Интригующим.

За победу над тварью, которая под силу не каждому выпускнику, вы заработали три бесплатных улучшения организма на выбор и одно предусмотренное системой (оно будет применено в подходящий для этого момент).

Примечание: такой твари ты не должен был встретить. Заключение может быть только одно. Хотят твоей смерти. Кто? Только тебе дано знать этот ответ, ты не такой, как все тут, ты — первый учащийся тут аристократ. Теперь за каждым твоим шагом будет следить ССК, он просто не даст тебе спокойно жить. При этом он как-то в этом замешан. То, что я сделал для тебя, мой последний подарок. Передашь Грому спасибо от меня, что спас тебе жизнь. Я пока жив, не переживай. Ты должен понимать, кто это тебе адресовал, ты же не совсем дурак. Со временем ты многое узнаешь, в том числе, как эта информация дошла до меня. Скажу так, я вижу очень много, но недостаточно.

У меня даже не было сомнений, кто мог оставить такое примечание. Отец. Только