Вызов - Инди Видум

Это скверники у тварей зоны сходят за своих. Разумеется, с определенным навыком — но на базе с таким, если не все, то многие. А вот мои люди навыка этого не имеют, и в случае попытки блокады им придется биться на два фронта: и со скверниками, и с тварями, которые приманятся на толпу людей, как их ни закрывай.

— Не получится, только разносить изнутри, — опять после короткой паузы ответила Наташа.

— Что у вас опять случилось? — деловито тявкнул Валерон, возникая сразу посреди стола.

— Великий князь хочет ускорить события, — пояснил я. — Он остается в выигрыше в любом случае. Если пойду в зону с незачищенной базой — меня почти наверняка прихлопнут, а если отдам схему — пострадают мои люди. Я останусь без защиты и стану более легкой мишенью.

— Я бы предложил в него плюнуть, — вздохнул Валерон. — Но не уверен, что подействует. Яд вот на него никак. Во дворец мне хода нет, а у 007 слишком незначительный спектр возможностей: подслушать и отравить.

Он замолчал, поскольку дверь резко распахнулась, явив Щепкину.

— Боже мой, Петр, почему вы позволяете собаке сидеть на столе? А я-то думала, от кого Мадлен подцепила эту нехорошую привычку. На стол она пока залезть не может, но карабкается на всё, что для нее досягаемо. Того и гляди свалится и сломает себе что-нибудь.

— Моя тренировка, — гордо тявкнул Валерон.

— И ваш песик может пострадать.

— Анастасия, вы что-то хотели? — сухо спросил я, намекая, что приличные люди не должны вваливаться без предупреждения.

Разумеется, это кабинет, а не спальня. И тем не менее я уже отметил для себя необходимость запирать двери, когда речь пойдет о серьезных переговорах.

— Да, Петр, я хотела бы поговорить с Леонидом. Узнать, как он там. У вас же в поместье есть телефон?

— Хорошо, только недолго, — согласился я.

Связали с поместьем нас быстро, и Маренин ответил сразу. Пока звали Леонида, он быстро отчитался по тем вопросам, которые могли обговариваться открыто. К примеру, сообщил, что Велехова не справляется с постоянными поставками в лавку. Но у нее и приоритет — зелья для внутреннего потребления. Я пообещал отправить с оказией зелья от Прохорова, чем несколько успокоил собеседника. Под конец разговора Маренин поинтересовался, как себя чувствует Валерон. Фраза была кодовой, подразумевавшая, что нужна очередная проверка на скверников. С учетом того, что вскоре придется туда ехать, дело очень своевременное.

Поскольку Лёня подошел, я заверил Маренина, что Валерон чувствует себя отлично, и передал трубку Щепкиной. Она выразительно посмотрела, намекая, что я мог бы освободить кресло и вообще освободить собственный кабинет, но я принял вид совершенно толстокожей личности, придвинул к себе газеты и принялся их изучать.

Щепкина вздохнула и, сообразив, что общение пройдет при свидетелях, ограничилась быстрыми и формальными вопросами. Что говорил брат, я не вслушивался, но голос звучал бодро, причем не наигранно. Значит, пока у него всё нормально.

— Когда я теперь его увижу? — загрустила Щепкина. — Невыносимо знать, что от тебя ничего не зависит.

— Думаю, вы непременно будете вместе, — обнадеживающе сказала Наташа.

— Ах, если бы, — вздохнула Щепкина. — Ваши бы слова да богу в уши. Пожалуй, я пойду, если у вас ко мне нет никаких вопросов.

— Совершенно никаких, — подтвердил я.

И Щепкина ушла, наверняка размышляя о вселенской несправедливости.

— Валерон, сбегаешь до Маренина? — спросил я, убедившись, что нас больше никто не слышит. — У него там назрела необходимость. Заодно захватишь зелья, наделанные Прохоровым.

— Нашли транспортную компанию, — буркнул Валерон. — Я, может, в совете хочу поучаствовать?

— Поучаствуешь. Со свежей информацией от Маренина, — предложил я. — Я пока пауками займусь. Ты, кстати, когда на базу проходил, на наличие иммунитета к яду внимания не обращал?

— Точно, — обрадовался он. — Нужно сделать там на всех по кусающему паучку, а кто выживет — пустим на жертву при активации реликвии. Должно хватить, чтобы божок проявился и печать слетела.

— Как бы таких не оказалось слишком много.

— Чем больше жертв, тем лучше, — уверенно тявкнул Валерон. — До базы прогуляюсь, но гарантий, что туда попаду, не дам. Где зелья стоят, говоришь?

Я пояснил, откуда забирать, и Валерон сразу же испарился, приняв на редкость деловитый вид. Еще бы, одна только мысль, что вскоре хорошо оборудованная база окажется в нашей собственности, не могла не привести его в отличное настроение.

— Завтра Антон женится на Марии, — внезапно сказала Наташа. — Прошение императору Куликовы уже подали о том, что именно Антон входит в их семью и меняет фамилию. Раньше чем выйдет приказ, начинать ничего не стоит.

— Но если я уже стану князем, — удивился я, — разве у меня могут отобрать титул?

— С небольшой вероятностью — да, — ответила Наташа. — Потому что Антон стоит выше в очереди наследования титула. Если великий князь вмешается — а он это почти наверняка сделает — вероятность, что тебя заставят отказаться в пользу Антона, резко возрастает.

— И как долго ожидать приказа?

— С высокой вероятностью — на этой неделе. Собственно, ждут только бракосочетания.

— Пока можно проредить количество проживающих на базе, — решил я. — Мне кажется, 007 заслужил собственный диверсионный отряд.

— Это нужно спрашивать у Мити.

— Уверен, он поддержит, а не станет артачиться, утверждая, что 007 еще недостаточно хорошо читает.

— Думаю, этот навык уже развился, — усмехнулась Наташа. — Они засели в библиотеке.

— Опять читают сказки для Хикари?

— Она их очень любит. Мне даже иногда кажется, что Мите и ее удастся выучить читать, — рассмеялась Наташа.

Но Митиным одобрением я всё же решил заручиться. Потому что он у нас был главным по паучьему отряду, а значит, негоже было такое решать без совета с ним.

Нашел я обоих пауков в библиотеке и сразу задал вопрос.

— Идея хорошая, — осторожно ответил Митя. — Но на каждого паука требуется время, чтобы привить нужные навыки. Группой их не обучишь. Только индивидуальный подход.

— Будем делать по два, — решил я, — иначе требуемое количество не успею. Сможете по два воспитывать? Или по три?

— Три не надо. Велика вероятность ошибки, — ответил Митя. — Получится как 001.

Который теперь не выходил из комнаты Прохорова,