И пришёл Лесник! 28 - Василий Лазарев

— Почему не сказал в Гранитном? — спросил я его. — Устроился бы там знахарем в домике?

— Опять за своё? Лучше бы меня тогда Атомиты сожрали, ой, вэй! Старого больного человека заставляют страдать. Вон там правее! — воскликнул знахарь. — Снеси им халупу!

— Ты жесток, котик, люди представляют себя в Калифорнии под фентанилом и живут в палатках, — погладила Изю по руке Маша. — Они видят разноцветные сны и даже не подозревают, что мимо них перемещается фигура мирового масштаба.

— Крестьяне, — брезгливо бросил папаша Кац и задумчиво уставился в потолок.

— Какая потеря, — кивнула Ирка. — Такого учёного проглядели. Ты Келдыша видел, Изя?

— Маша! Огради меня от них или сойду с ума. Келдыша ты каждый день в зеркале видишь! — Изя показал Ирке язык.

— Лето. Океан. Калифорния. Фентанил, — пробормотала Жанна и засмеялась. — Бывала я в тех краях.

— Так-так! А это мысль! — сказал папаша Кац.

— Изя, не смей! — строго сказала Лиана. — Наркобароном решил стать?

— Я выявил одну способность у шкурок, оставшихся от помидоров. Именно их жуют раки, они потом впадают в транс. Можно добавлять в живчик мелко перемолотые шкурки по капельке и это не наркотик. Можно пользоваться этим настоем в медицине. Вы думаете, откуда всё пошло?

— О, профессор. Расскажите, если вас не затруднит, — улыбнулась Ирка.

— Ничего смешного в этом не вижу. Я на самом деле профессор! — задрал нос папаша Кац. — Мне со дня на день должны были произвести в профессора! Без дураков! Кац давно заслужил быть профессором, если бы не пошёл в то утро за кефиром!

— Изя! — гаркнул я. — Что, ты там за медицину чесал?

— Ах, это. Пустяки, вы никогда не задумывались почему есть незаконный оборот наркотиков, о котором все знают, а про законный молчок? Потому, что изначально все наркотики были созданы людьми в белых халатах! В этом нет никакой тайны, просто это не афишируют. За исключением самых грязных производных на основе основных. Незаконные средства химически грязны и опасны, потому как их не контролируют. Так вот шкурки от помидоров будут законным оборотом, а то, что эти торчки принимают тайком в коробках из-под телевизоров грязное дерьмо!

— Так бы и сказал. И почистить здесь надо, — согласилась Жанна. — Развёл ты, Горец бомжей почти в центре города. Не проехать.

Лиана усмехнулась и прибавила скорости давя строения первобытных людей. Почему-то эти пролезут в любую дырку, а нормальные люди вынуждены зарабатывать гражданство своим горбом, когда другие изгибаются как хотят на берегу моря и всё им до одного места. Местные торчки нехотя освобождали дорогу перед орущим сиреной броневиком. Двое уже никогда не встанут. Лиана не стала их объезжать и наметила новую трассу прямо по стоянке этих облезлых макак. Наконец-то мы вылетели на нормальную дорогу, и уже через четыре минуты лицезрели последствия вечернего променада по Пикадилли. К нам подбежал человек с тремя нашивками и начал было докладывать Горцу. Тот отмахнулся от него и показал на Жанну.

— Она главная, — и сел на каменную площадь обхватив голову руками. — Какой позор!

— Давай боец, коротенько, — Жанна пощёлкала перед его лицом пальцами.

— Мадам Жанна, порядка пятидесяти жрецов… — набрав полные лёгкие сообщил «полковник».

— Какие потери? — прервала его Жанна, наслушавшись уже о ночном происшествии.

— Пока ещё не всех опросили, но по предварительным… свыше двухсот человек пропало. Ещё около тридцати и два бронеавтомобиля погибли!

— Так, так, погибли бронеавтомобили, — папаша Кац важно прошёлся и заглянул вниз в яму, огороженную желтой с чёрным лентой. — Туда?

— Ага, — кивнул докладчик.

— Женя, надо пустит по следу Фельдшера. Я подгоню ближе броневик, — прошептала мне на ухо Лиана, я кивнул соглашаясь. Из нашей машины что-то мелькнуло, и Фельдшер телепортировался прямо в туннель.

— Он и так может.

— Здец! — донеслось из туннеля.

— Сейчас всё узнаем, — засёк я время.

— Карта ходов под землёй есть? — Жанна спросила Факира.

— Откуда, желающих поиграться в прятки мало. Те, кто спускались в них частенько возвращались по частям. Карты только в общих чертах, детальных нет, — пожал плечами советник по щекотливым вопросам.

— Жень, что скажешь? — Жанна повернулась ко мне.

— Тех людей скорее всего уже нет в живых. Достать мы их вряд ли достанем. Фельдшер вернётся ни с чем. Мне другое непонятно. Почему жрецы, появившиеся относительно недавно в Улье и в двухстах километрах севернее Вавилона, узнали о подземных ходах, а местные этого до сих пор не знают?

— Мам, учти ещё то, что всю подземную часть строили Инженеры, — напомнила Лиана.

— Отсюда вывод, они Инженеры или знавшие их, — резюмировал папаша Кац.

— Нет, Изя. Они одна из ветвей развития. Как мы или нолды, — уверенно сказала Маша.

— Жуткая какая-то веточка, — проскрипел папаша Кац.

— Можно подумать нолды лучше, этих хоть кустарно мутят что-то, — высказалась Ирка. — Не те масштабы. Не сравнить с внешниками, они опять за своё взялись. Сейчас отстроят Орбиту и примутся за старое.

— Жрецы может только разминаются, — предположила Ирка. — Женя, ты обещал нас сводить в магазин!

— Сейчас, сейчас. Фельдшера дождёмся.

— Куда они их тащат? — задумчиво произнесла Лиана. — В реакторный зал?

— Точно нет. Там никто не выживет. Под землёй хватает пещер. В одной такой размещался целый город, а в соседней мы нашли звездолёт Астры. Места хватает.

— Как ловить будем?

— Будем ждать, когда они снова появятся. Или надо искать печать от той камеры. Изя ты зарисовал её?

— Лучше, — он покопался во внутреннем кармане и достал сложенный вчетверо лист кальки. Она хранила отпечаток узора печати, и я внимательно вгляделся в него. Такое вряд ли зарисуешь, плавные линии перетекали одна в другую создавая нечто похожее на раскрывшийся бутон розы. На каждом лепестке имелся свой неповторимый символ. Изя похоже просто натёр кальку грифелем перенеся изображения. Получилось очень чётко.

— Так это же… — Факир также внимательно рассмотрел лист. — Изображения на слитках золота такие же.

— Каких слитках? — не поняла Жанна.

— Те, что мы извлекаем из соседнего