И пришёл Лесник! 28 - Василий Лазарев

— Ведёт же та камера куда-то. Однажды мы уже это встречали, почему бы и нет. Сейчас поспрашиваем выживших и попробуем открыть её. Пошли, — на коротком участке улицы по нашей стороне располагался только один магазинчик и ресторан. Магазин одежды и всяких полезных мелочей, но жутко дорогих, но он был закрыт ещё со вчерашнего вечера, следовательно, свидетелей мы там не найдём. В основном вся торговля шла ниже по улице, а у отеля в основном находились питейные заведения. Вот в ресторан мы и направились. Весь персонал вечерней смены оставался в ресторане забаррикадировавшись на кухне и в холодильнике. Завидев нас, они с облегчением вздохнули и начали выбираться. Мясника, почти самого превратившегося в мороженую тушу с трудом достали из холодильника. Официант и две официантки успели закрыться в кладовой после того, как началась охота на людей, да так и просидели там всю ночь. По словам официанта они так напились, что уже ничего не помнят. Особенно как на нём оказались женские трусы и униформа одной из девчонок.

Но всё же они вспомнили, что одна парочка из последних посетителей вчера вышла из заведения, как раз, когда появились эти, с маскарада. Поначалу их никто не принял всерьёз. Идут себе и идут, почти никто здесь не видел жрецов. Даже в Гранитном они никогда не появлялись. Только с головами кошки или рыси. Но там после таких рандеву никто толком ничего не помнил, так что неудивительно отношение к ним в Вавилоне. Дураков и здесь хватало, вылезла бы, например элита, тогда другой разговор, а так местные насмотрелись уже на идиотов. Говорили, что год назад один деятель создал секту. Он проповедовал о своём видении, в котором указывалась дорога к свободе, то есть выходу из Улья. На самом деле всё просто, вещал он, надо всего лишь любить друг друга! Каким-то образом он задурил мозги одной богатой дамочке, по совместительству среднему знахарю и поселился у неё на вилле.

Там они и начали «любить». Пригласили ещё адептов и на самом пике у них собралось не менее ста душ. Они любили друг друга на пирсе, на пляже, в бассейне и просто на лужайке. Хорошо, что они не слыхали за помидоры, а то бы секта значительно увеличилась в размерах. Но после того, как они устали любить друг друга без ожидаемого эффекта, начались упрёки. В первую очередь адресованные самому отцу-основателю. Дескать, Улей и не собирается нас отпускать, а у меня уже задница болит от ваших «вечерних встреч». Отец-основатель быстро переобулся, сняв валенки и надел лыжи. Он поведал о новом видении посетившим его сегодня ночью. Улей доволен нами, и теперь всем нам предстоит провести заключительную ночь вне города! После чего перед нами откроется портал, и мы все дружно отправимся по месту прописки. Однако нашлись скептически настроенные граждане, которые не очень доверяли отцу-основателю. Ведь ночные прогулки на болотах, могли закончиться крайне болезненно. На что он резонно заметил. Первое, их будет охранять сам Улей. Второе, оставайся тогда здесь и кусайте себе локти, когда они вознесутся! Уровень любви у них достигнут значительный и остался последний штрих.

Короче говоря, было решено выезжать на пленэр. Нашли достойное место, сама хозяйка виллы тоже была не против. В последнее время её одолела трясучка после долгого сидения в стабе, к тому же усугубило это обстоятельство постоянные половые акты над её организмом. И непонятно радуется старушка очередному соитию или просто за старую суку всерьёз взялась неумолимая рука Улья. Честно признаться, когда я увидел её фотографию, то всё сразу понял, почему она предоставила свою жилплощадь для плотских утех. На такую и рубер бы не взглянул, а отец-основатель движения смог! Короче говоря, они выбрались на природу и разбив лагерь быстро взялись за старое. В прямом и переносном смыслах. Не прошло и получаса как на вечеринку пожаловала стая, гулявшая мимо. Почти вся секта переместилась в желудки заражённых соответственно покинув Улей, здесь отец-основатель их не обманул. Сам же он с «хозяйкой» успел улизнуть в суматохе распоров заднюю стенку палатки и убежал в лес. Беда в том, что он перепутал направление, и они вышли прямиком к мурам в лапы. С этими мужланами видения не попёрли и муры не прислушались к отцу-основателю. В итоге парочка тоже покинула Улей, но уже в пластиковых контейнерах.

На этот раз были дураки и жрецы. По описанию Корнета мужчина из той парочки подходил под описание его человека. Их затолкали в яму одними из последних, и официант это видел абсолютно точно. Другая официантка отозвалась о них, как об очень красивой паре. И упомянула, что девочка совсем свежая, ещё даже без дара. Назревающий у них «романтик» не случился, вместо этого, они наверняка встретили рассвет в ящике со скарабеями. Очень жаль.

— Вот же пидарасы! — с силой ударил рукой о стену Корнет. Мне показалось, что он искренен. Когда командир так переживает за своих, это хорошо. Это говорит о здоровых и крепких отношениях в коллективе. — Лесник! Про тебя говорят, что ты можешь сотворить чудо. И не боишься ничего. Мы с тобой пойдём, ты же своих ни разу не бросал?

— Кто говорит? — позади меня возникла Лиана с туго набитыми баулами.

— Люди, — буркнул расстроенный Корнет.

— И они правы, — подтвердила Ирка, она несла сразу три и один из них повесила мне на шею как на вешалку.

— Жень, я тебя Туза дам с его бригадой. Ребята расторопные, — Жанна похоже тоже прониклась ситуацией.

— Мама, нам нужны экзоскелеты, вели чтобы доставили на северное КПП не меньше десятка. И вот по списку, — Лиана передала ей бумагу. — Мы здесь набросали на досуге.

— Быстро ты, — ухмыльнулся папаша Кац.

— Да мы с девчонками подумали… Милый, ты же не против? — Лиана поцеловала меня в щёку.

— Хорошо, только все подчиняются мне, а то сам лично расстреляю! — моя рука предательски полезла ощупывать кобуру в поисках ТТ.

— А можно сначала… а потом уже расстрел, крольчонок? — похотливо облизнулась Ирка.

* * *

— Слышь, вас Святоша зовёт! — Дива прошла вихляя задом по коридору и постучала в дверь к девчонкам. Две девочки обсуждали последние новости произошедшие на Пикадилли и открывать не спешили.

— Сейчас, Дива. Пять минут. Мы только проснулись, — откликнулась одна