Путь трёх совершенствований. Том 4 - Дмитрий Крам

— Продолжайте, — попросил распорядитель.

— Эта красная макака скрыла свой дар! — кричала Лиза. — Ну как скрыл, не использовал, очевидно, что без него он бы не пережил атаку механоидов. Но скольких бы можно было спасти, дерись он в полную силу! — она подняла культю и показала. — Может, я бы осталась с рукой, а Мбаку с ногой.

— Обвиняемый. Вам есть что ответить?

— Да нифига я не могу просто так обернуться! — заорал он. — Мне нужна персонифицированный объект ненависти. Только так! Только тролли или, вон, Анд.

Опа! Интересно кроет. Как по писанному чешет.

— Госпожа Бронкс, можете как-то это прокомментировать? — посмотрел Тор на Аманду. — Бывает такое у астральных оборотней.

— Честно говоря, и не такое бывает. Про подобное не слышала, но не просто так придумали понятие наставник по работе с даром. У Лапы очевидные затыки, он не может долго держать форму, с этим работают. У Тадеуша я допускаю подобное. Хотелось бы слышать подробнее.

— Рассказывай, — сказал я.

— У меня тролли сестру сводную украли, и я это видел. Довольны⁈ Нихера я не могу обернуться просто так. Потому и не сказал ничего, потому что… да вон, у Томаса спросите, я часто у школьного психолога был. Только я никому не говорил, почему и зачем.

— Да было дело, даже на тренировки опаздывал или раньше уходил, — сказал Томас. — Но это в предыдущие года.

— А потом я забил, — буркнул обвиняемый, глядя в землю. — Сколько пытался решить проблему, но она не уходила. А тут и тролля встретил и… в общем, перемкнуло что-то в голове, как нарыв созрел, понял, что обернусь, и даже… типа, что не смогу сдержать обращение.

Все смотрели на Рин, и она кивнула.

— Похоже, козлина не врёт, — сказала ментатка.

— Госпожа Саманта, — обратился к девушке Тор. — Вы как объект симпатий этого преступника, можете что-то добавить? Может, были погружены в какие-то нюансы?

— Я не знала, что он одарённый, — проговорила девушка. Она была бледная, под глазами синяки. — Собственно, мы же начинали встречаться, а потом расстались, как раз потому, что я хотела знать, что у него внутри, а он эту ношу в себе держал. Но видно ведь, что что-то гложет человека, а он не делится и типа говорит, люблю. Какая же это, блин, тогда любовь. Стрелять в… — она замолчала и прикрыла рот, отвернулась, всхлипнула, из глаз покатились слёзы.

— Да потому что ты и Анд! — заорал Тадеуш.

— Ничего не было, придурок, — бросил я. — Она просто не знала, как от тебя ещё отвязаться. Вот я и помог. Спектакль это был.

Ещё не хватало, чтобы Саманта ляпнула, что это мы его спровоцировали.

Тадеуш замер с открытым ртом. Кровь отступила от лица, а потом, наоборот, морда раскраснелась.

— Саманта, — тихо проговорил он. — Прости-прости-прости. Я… я идиот. Я не хотел. Я… — он пополз к ней на перебитых ногах.

— Не приближайся ко мне! — воскликнула девушка. Элен встала на пути Тадеуша, а он выглядывал из-за ноги лекарши.

— Саманта… — умоляюще проблеял он.

Но девушка лишь плакала, закрыв лицо руками.

— Вернись нас место, — сказал я.

И тут Тадеуш зарыдал.

— Я не хотел. Я ведь думал… я…

Да ну нахер. Это ещё что такое, вообще?

Все молчали. Мягко говоря, зрелище шокирующие.

Ещё не хватало, чтобы кто-то разжалобился.

— Госпожа Рин, — обратился к ментантке Тор.

— Ублюдок правда ревёт, — сказала она. — Это не актёрская игра.

— Вину слезами не смоешь, — заключи распорядитель.

Какое-то время мы ждали, когда он успокоится.

— Можете убить меня, — наконец сказал Тадеуш. — Я заслужил. Только… — он повернулся к Саманте. — Ты хотя бы потом меня прости. После смерти.

У него явно с башкой беды. Ну ладно там заговор, как бы жажда власти, первобытный строй тут у нас сейчас. Это во все времена было, это я понять могу. Первая любовь там, опять же, в книгах такое читал. Да и рассказывали всякое мне, что гормоны башню рвут. Я и сам у них на поводу порой иду. Но тут… я даже не знаю.

— Ладно. Тут всё понятно, едем дальше, — сказал я. — Приглашаю свидетеля по делу.

Все удивлённо уставились на меня.

— Софи.

Девушка сразу занервничала.

— Если тебе некомфортно, мы можем это наедине обсудить, — сказал я. — Но все один фиг всё поймут и узнают. Да и, вообще, лагерь у нас маленький глупо думать, что всё тайное не становится явным.

— Я бы не хотела это обсуждать публично.

Я подозвал её и Рин в сторонку.

— Ну рассказывай, — подтолкнул я Софи.

— Что? — скрестила она руки на груди.

— Ты знала, что Ликтор задумал?

— Нет. Откуда?

— Оттуда! Не беси. Сама всё знаешь. Дуру не включай, тебе не идёт.

— Мы с ним ничего такого не обсуждали. Ну в смысле, он, конечно, говорил, что ты его бесишь, и всё такое. И что, если ему что-то не понравится, он тебя подвинет, и всё.

Я глянул на Рин. Она кивнула.

— Ладно. Идём.

Мы вернулись.

— Новых данных не появилось, — сказал я.

— Что ж, тогда перейдём к следующему обвиняемому. Анд, есть ещё что добавить по Ликтору?

— Да у меня только один вопрос. Почему нельзя было использовать эти плети, корни и пыльцу в схватке с механоидами?

— Да потому что растениям нужно время, чтобы вырасти! — взъярился Ликтор. — И корни я частично использовал! Это многие видели.

— Да было дело, — заметил Тор.

— Если бы вы совали нос дальше своих специализаций, то знали бы, как мгновенно не растут звери Камуя и Тары, так и мои растения лишь со временем набирают силу. Ещё вчера у меня не было возможности их использовать. В КП у меня были проблемы с дисциплиной, с командной игрой. Но в боях за жизнь я никогда не сачковал! Эту херню вы мне не припишите.

Я посмотрел на Рин. Она лишь пожала плечами.

— По остальному не спорю, — добавил Ликтор. — Сначала хотел просто победить в схватке. Анд — ценный член группы, я это понимаю, убивать изначально идеи не было. Потом уже перестал себя контролировать, пытался убить. Глупо это отрицать. Готов понести наказание.

— Мы услышали достаточно, — заключил Тор. — Анд, слово перед голосованием.

— Лапа меньше всех замазался, — сказал я. — Ему можно наказание милостивее прочих. По Ликтору ещё добавлю, что он подсылал ребят сломать мне руки и ноги перед первой игрой в КП, а когда не вышло, подослал киллеров.

— Никого я не посылал.

— Ну понятно, что не лично. Через посредника.

Тут он уже смолчал.

— Касаемо вердикта, — продолжил я. — В целом, предлагаю три варианта. Казнь, изгнание и понижение в статусе до