Фантастика 2026-48 - Svetlana Zorina

– Надо же, у этих святош, оказывается, есть воображение, – язвительно заметила Илана. – Значит, они не безнадёжны.

– Да тут и воображения никакого не надо, – усмехнулся Мартин. – Достаточно порыться в старинной фантастике… Кстати, я нашёл в интернете кое-какие работы твоего отца. Давай покажу. Отвлекись хоть немного от всего этого кошмара.

Мартину удалось выяснить, что после гибели Дэвида Эллингейма его друзья пристроили около десятка его работ в частную галерею Хидео Накамура, ныне проживающего на Шеоле – одной из самых отдалённых планет Федерации.

– Дела Накамуры идут неважно, и он собирается распродавать свою коллекцию, потому и рекламирует её через интернет. Можешь хоть сейчас связаться с ним и договориться о цене. У него девять картин твоего отца. Дэвид Эллингейм был талантлив. Ему не хватало техники, но ведь это дело наживное, а он умер совсем молодым.

И Мартин тактично удалился, оставив Илану наедине с творениями давно умершего молодого художника, благодаря которому в её жилах текла снежная кровь.

«Странно, – подумала девочка. – Ведь у него-то кровь была красная… Иланы и люди совершенно совместимы, могут иметь потомство, а эти потомки могут иметь как голубую кровь, так и красную – в зависимости от того, чьи гены в данном конкретном случае одержали верх – илана или человека. Наверное, моя кровь отчасти человеческая, но всё же она голубая. Я почти стопроцентная илана. А он был почти стопроцентный человек. Снежная кровь в нём почти не сказалась…»

Но глядя на картины своего отца, Илана поняла, что снежная кровь не сказалась в нём только внешне. Божественная кровь, как называли её юты, была сильна. Она наделила Дэвида памятью, порождающей в его сознании дивные образы, объяснения которым, наверное, не находил даже он сам. Знал ли он, почему ему так хочется писать эти странные зимние пейзажи – серебряные от инея хвойные рощи, снежные равнины, сверкающие в холодном лунном свете гранёные шпили ледяных дворцов… И прекрасных беловолосых людей с сумеречно-синими глазами. Впрочем, одного из них Дэвид написал среди пейзажа, напоминающего скорее этот мир, чем Айсхаран. Прекрасный подросток с длинными белыми локонами, одетый в свободный голубой плащ, скрывающий очертания его фигуры, стоял у входа в роскошную гробницу. Изображённый на картине некрополь походил на старинное гаммельское кладбище, где была усыпальница германарских королей. В левой руке подросток держал белую лилию, а в правой меч, сияющий, словно алмаз при ярком лунном свете. Ледяной меч… Лилия тоже светилась, но слегка. Картина называлась «Демон смерти», правда, рядом с названием стоял знак вопроса. Следовательно, владелец картины назвал её сам, предположив, что именно хотел изобразить автор. Вряд ли владельцу удалось разгадать замысел художника. Впрочем, Илана тоже не поняла, что хотел сказать этой своей картиной Дэвид Эллингейм. Её отец, которого она не знала. И не узнает никогда.

Илане всю ночь снились красивые зимние пейзажи, сменяющие друг друга, словно кадры кинофильма. Потом она вдруг оказалась в одном из этих кадров – посреди снежной равнины, освещённой серебристым, мерцающим светом звёзд, которые были так низко, что, казалось, можно достать их руками. Они сверкали всё ярче и ярче, двигались по тёмному небосводу, складываясь в созвездия в виде зверей. Был здесь и огромный кот, играющий голубым осколком. Он поймал его передними лапами и бросил вниз, Илане. А мгновение спустя сам оказался рядом с ней – красивый крупный кот, похожий на снежного барса, только совершенно белый, без пятен. Именно такой зверь был изображён на щите снежного короля с картины Мартина. Огромный кот вопросительно посмотрел на Илану, потом поднял морду и тихо зарычал. Илана тоже посмотрела вверх и увидела ледяной корабль, медленно плывущий среди звёзд. Корабль, готовый к атаке… Заснеженная равнина исчезла. Илана оказалась на аллее старинного некрополя. Надгробные статуи настороженно следили за ней из-за деревьев, вздымающих к небу белые от инея ветви. А высоко в небе висел корабль. Он был уже здесь.

– Мы должны спрятаться, – сказала королева, увлекая Илану к фамильному склепу Фабиани.

Следом за ними бежали Мартин, Лилиана и Томас. Но войти в гробницу им не удалось, потому что ангел с мечом преградил им путь.

– Его тут нет, – произнёс он бесстрастно. Илана тут же узнала это прекрасное бледное лицо.

– Тэд! – воскликнула она. – Где ты был? Мы думали, что ты умер…

– Разве? – холодно спросил Таддеуш. – Ты никогда так не думала. Уходите отсюда! Его тут нет и не должно быть. Эта шлюха со своим мерзким ублюдком занимали чужое место! Больше этого не будет…

– Тэд! Пусти нас! Дай нам укрыться!

Сверкающая громада ледяного корабля зависла прямо над ними, и, казалось, спасения уже нет.

«Интересно, я смогу заключить его в ледышку?» – в панике подумала Илана и проснулась.

Этот день начался с беспорядков, спровоцированных сторонниками Борцов за чистоту, к которым вскоре присоединилось Ортодоксальное студенческое братство. Полиция уже подумывала о применении «паралов», когда над главной городской площадью, словно зловещий призрак, возник ледяной корабль. Несколько минут спустя появились ещё три – над парком Южного округа, над Центральным рынком и прямо над королевским дворцом. Улицы Гаммеля стремительно пустели.

Королева распорядилась, чтобы все обитатели дворца собрались в жилых апартаментах второго и третьего этажей, объяснив, что в этих комнатах крепче окна. Почему они крепче, Изабелла не объяснила.

«И правильно сделала, – подумала Илана. – Узнай они, что это я покрыла стёкла защитным слоем, половина тут же захочет убежать подальше от моего колдовства. Мне здесь мало кто доверяет, да оно и понятно… Ведь они считают меня причиной всех этих ужасов, которые обрушились на их головы. И доля правды в этом есть. Кажется, сегодня корабли намерены провести мощную атаку – недаром же их столько собралось… Господи, сколько будет разрушено! И вряд ли обойдётся без жертв… Я же илана, чёрт возьми! Потомок снежных магов! Грош мне цена, если я что-нибудь не придумаю!»

Накинув плащ с капюшоном, девочка незаметно выскользнула из своих покоев и помчалась к лестнице, ведущей на одну из верхних взлётно-посадочных платформ. Всего их было три. Самая маленькая, которой пользовались члены королевской семьи, находилась прямо на дворцовой крыше.

– Миледи, – робко обратился к Илане молодой охранник, едва она приблизилась к своему голубому антиграву. – Её величество распорядилась, чтобы никто не покидал дворец без её разрешения…

– Передашь её величеству, что предупредил меня, но я нагло нарушила её распоряжение.

Похоже,