Фантастика 2026-160 - Вахтанг Глурджидзе

Может, зря я пытаюсь сосредоточиться? Наоборот, надо расслабиться? Чаще всего я слышала мир, не прислушиваясь. Или вот эмоции. С ними проще всего, даже напрягаться не надо. А проективная телепатия, к примеру, получилась легко, когда я разозлилась. Откровенно говоря, все сложные «трюки» я выполняла в состоянии сильного стресса, спасая чьи-то жизни. Это поможет овладеть и психометрией?

Я честно старалась, но ничего не получалось. Представляла маленьких девочек, убитых чудовищем. Ужасалась. Злилась. Говорила себе, что от меня зависит, погибнет ли кто-то еще. И ничего.

После получаса тщетных усилий я разжала кулак, и кольцо, звякнув, упало на стол. Разумовский переоценил мои силы.

Я взяла в руки коробок, повертела его в пальцах. И почему он? Разумовский не курит. Или я чего-то не знаю? Коробок старый, потрепанный. Им пользовались, а не купили и выбросили спички, чтобы спрятать колечко. Чей он? Неужели не нашлось чего-то подходящего…

Вот тут меня и накрыло. Резко, внезапно. Я будто очутилась в другом месте. Даже испугалась, что кто-то дернул меня в Испод. Однако находилась я не на изнанке мира.

Помещение без окон, освещенное факелами и свечами. Они везде — на стенах, на полках, на полу. Треск пламени, запах гари. Стены каменные, потолка не видно, а пол, кажется, земляной. Посередине — каменный стол. Жертвенник? Вокруг него, на полу, нарисованы руны. Они вспыхивают алым цветом.

Чей-то скрипучий голос спрашивает:

— Принес?

Шаги в тишине. Я вижу со спины фигуру в плаще и капюшоне. Когда человек отступает, на столе появляется ребенок. Девочка. Она или без сознания, или уже мертва.

«Нет!» — хочу закричать я. Но не могу. Меня там нет. Я наблюдаю за происходящим глазами человека, в руках которого коробок спичек.

В руках у того, кто стоит ко мне спиной, появляется… длинная игла?

Раздается стук в дверь. Видение исчезает.

С колотящимся сердцем я бросила коробок на стол. Я не могу на это смотреть! Это… это… жуть! Кошмар, что страшнее собственной смерти!

Александр Иванович был прав. Что же делать…

Стук повторился. Я подпрыгнула на стуле от неожиданности.

Так это стучат в мою дверь? Так, нужно успокоиться. Меня нет. Есть Яна. А она ничего не видела, ни о чем не догадывается.

— Войдите, — крикнула Яна.

— Прошу прощения, мне сказали, что вы меня ждете, — недовольно произнес Венечка, переступая порог моей комнаты.

Яна никогда не видела Вениамина Головина. И не знала о его существовании. Только это меня и спасло.

— Вы, наверное, тот эспер, что будет меня сопровождать? — спросила Яна, улыбаясь. — Здравствуйте. Меня зовут Яна.

И она протянула ему руку.

Глава 5

Александр Иванович предупредил, что я могу встретить во дворце какого-нибудь знакомого. Из тех, кому я доверяю. Это опасно, потому что я могу забыться и выдать себя. Но еще опаснее увидеть кого-то из нашей команды.

— Использовать «двойника» запрещено законом, но это, как видишь, не останавливает даже меня, — сказал он. — Поэтому не верь никому. Если к тебе придет Сава, не верь. Если придет Ваня, не верь. Если приду я, не верь. Ты — Яна Заяц. Точка.

Я знала, чем заняты ребята, а они о моем задании — нет. Александр Иванович объяснил, что это из соображений безопасности. Если их спросят обо мне, им не нужно будет врать. Для всех я находилась в школе ведьм.

Однако могла возникнуть ситуация, когда связь со мной необходима.

— Не исключаю того, что ты столкнешься с настоящим Савой. Или со мной, — наставлял Александр Иванович. — Не открывай себя, пока не услышишь пароль. «Моя дядя вчера вернулся из Африки, привез оттуда чемодан с алмазами».

— Почему такой длинный? — удивилась я.

— Потому что надежный, — сказал Александр Иванович. — Это фраза, которую практически невозможно произнести случайно. Ничтожная вероятность совпадения есть, поэтому пароль будет и у тебя. Спроси, сколько штук поместилось в чемодане. Форма вопроса любая, главное — смысл. Если это кто-то из нас, в ответ ты услышишь цифровой код. Шесть, три, семь, девять. Это случайный набор цифр. Не шестьдесят три, семьдесят девять. Не шесть тысяч триста семьдесят девять. Шесть, три, семь, девять. И никак иначе. Только после этого можешь признаваться, что ты еще и Яра. Кстати, тот же самый пароль действителен для незнакомых тебе людей.

— Почему-то сейчас мне стало по-настоящему страшно, — призналась я.

— Бойся, Яра, — серьезно ответил Александр Иванович. — И будь начеку. Это сохранит тебе жизнь. Запомни, как бы я не уверял тебя при встрече, что я — это я, не верь, пока не услышишь полный пароль.

Так что… я не была уверена в том, что вижу перед собой Венечку Головина. К тому же, он должен находиться в Кисловодске. Александр Иванович собирался договориться с Разумовским…

Не получилось договориться, и Венечку вернули в Петербург? Но не во дворец же! Его отсюда выставили, насколько я помню. Или все же Разумовский привлек его для усиления охраны? Или… потому что подозревает, что я проникла во дворец?

Все это пронеслось в моей голове, пока Яна знакомилась с Вениамином Головиным. Ей поцеловали руку и заверили, что «да, тот самый». И спросили, готова ли она к прогулке.

— О, буквально минутку! Я только возьму сумку, — прощебетала Яна.

Об африканском дяде с алмазами Венечка мне не сообщил.

«Может, ждет подходящего случая?»

У одного из подъездов дворца нас ждала машина с водителем. Вениамин усадил Яну на заднее сидение, сам сел спереди.

— Куда вас отвезти, госпожа? — спросил водитель.

— Куда-нибудь в центр города. Я нигде не была. Что бы вы посоветовали посмотреть в первую очередь? — разволновалась Яна.

— Право, не знаю, — ответил водитель.

Вениамин не спешил помогать. Яна стеснялась обратиться к нему, потому что, мягко говоря, вел он себя неприветливо.

— Ну… на Дворцовую площадь, наверное, — неуверенно произнесла она.

Водитель кивнул, машина тронулась с места. В салоне повисло тягостное молчание.

Я пыталась представить, интересуется ли Яна мужчинами. С одной стороны, она молода и одинока. С другой, у нее ребенок. Наверное, женщина, вырвавшись из дома, захочет развлечься. Вениамин Головин — привлекательный парень. Яна должна с ним флиртовать.

Я предпочла бы смотреть в окно и не думать о том, что Венечка тут для того, чтобы меня разоблачить. Неужели я все же в нем ошиблась? Так, стоп! У него выбора нет, если это приказ Разумовского. Или это вовсе не Венечка?

Я мысленно вздохнула и призвала на помощь Яну.

— Вениамин, вы — уроженец Петербурга? — спросила она.

— Да, — коротко ответил он.

— О, вы хорошо знаете город! Будете моим экскурсоводом?

— У