Фантастика 2026-7 - Алекс Келин

вести себя развязно и даже вульгарно, было куда интересней. Вкупе с краткой характеристикой от мадам Патриции к каждому «животному», «птице» или «волшебному существу» в моей голове складывался презабавный пазл.

Как бы то ни было, королевский бал-маскарад, к которому я так мучительно готовилась, оказался очень полезен в плане получения информации. Вот только меня не покидало ощущение скорой подставы от мадам Патриции, и это очень сильно нервировало.

— К нам идет герцог Уайт, улыбнись, Кэтрин, — вдруг приказала мадам Патриция, подтолкнув меня в спину, — один из самых влиятельных в Вирдании. Ему принадлежит большая часть недвижимости в Грейтауне. Сделай все, как я тебя учила, и не смей огрызаться с ним.

— Как скажете, — сквозь зубы процедила, красочно представляя себя, как раздавлю эту мерзкую старуху. Но насладиться мне в полной мере этим желанным зрелищем не дал слишком быстро подошедший к нам упомянутый. Черный фрак, брюки, ажурная черная маска, наверное, это был один из самых приличных костюмов на этом балу, не считая моего.

— Мадам, — едва заметным кивком мужчина поприветствовал старуху, тотчас переводя свой взор на меня, — кто вы, прекрасная Богиня?

— Разве это так важно? — с томным придыханием промолвила, подав свою руку для поцелуя и бросив из-под маски многообещающий взгляд, продолжила, — ведь тайны тем и притягательны.

— Однако желаннее разгадать ее, — парировал мужчина с невероятно красивым, глубоким взглядом.

— Что вам мешает, мсье Уайт, — с улыбкой произнесла, показывая, что мне известно, кто скрывается под его черной маской, намерено его дразня.

— Ооо, Милосердная Богиня, я надеюсь, в вашей бальной книжке найдется место для вашего почитателя, — проговорил герцог, пристальным прищуром всматриваясь в мое лицо, скрытое золотой маской.

— Ради преданного слуги я вычеркну всех, — выдохнула я, незаметно для себя втягиваясь в эту странную словесную баталию.

— Вальс и, возможно, кружа вас по залу, я разгадаю, кто скрывается за этой маской, — голосом, не терпящим возражения, подытожил мужчина. Я же, улыбнувшись уголком рта, не смогла удержаться и проговорила:

— Красота Богини порой ослепляет, а слабые теряют разум, падая у ее ног.

— Это будет честная битва, мадемуазель, — с тихим смешком ответил мсье Уайт, наконец, оставляя меня наедине с довольной мадам Патрицией, сейчас выглядевшей как кот, объевшийся халявной сметаной.

— Умница, он заинтригован и не остановится, пока не узнает, кто под маской. Дождемся появления их величеств. Увлечешь еще троих кандидатов, и можно уходить, пусть золотая маска хранит свою тайну.

— Я хочу выйти на свежий воздух, — произнесла и, немного, пригубив вина из почти пустого бокала, добавила, — в зале слишком душно.

— Нет, скоро придет герцог Райн Маерс, он всегда появляется примерно за полчаса до ухода короля и королевы. И садится в то кресло, видишь, оно так никем и не занято. Ты же должна сесть в него, а дальше говори, как я тебя учила, — требовательно изрекла мадам Патриция, даже на секунду не взглянув на меня.

— Через полчаса? Я успею, — с улыбкой проговорила и, подхватив со стола новый бокал с вином, грациозно поднялась с диванчика и, не обращая внимания на зубной скрежет старухи, невольно удивившись, что в ее возрасте ещё есть чем скрипеть. Игнорируя приглашения мужчин, облюбовавших столик с закусками и женский завистливый шепот, я устремилась к распахнутым настежь дверям, ведущим на открытую террасу. Миновала щебечущих пташек в ярких нарядах попугаев, обогнула двух львов, о чем-то яростно спорящих. Наконец, ступила на мощенную камнем дорожку и поспешила к розовым кустам. И только отойдя от дворца метров на десять, я жадно втянула прохладный, ночной воздух, лишенный приторных до тошноты аромата духов.

Музыка, бесконечный людской говор, резкие, порой отвратительные запахи и указания мадам Патриции порядком мне осточертели, и мне хотелось хотя бы пару минут побыть наедине и подумать. Из всех сегодняшних новых знакомых, пока я могла выделить только мсье Уайта, он мне показался интересным собеседником и, возможно, в будущем взаимовыгодным деловым партнером. Остальные могли лишь похвастаться своим богатством и чрезмерной чванливостью…

— Нас могут увидеть, — прервал мои мысли девичий голос, вскоре раздалось шуршание одежды, шепот и хихиканье.

Не желая быть зрителем любовных игрищ кошки и, кажется, шута, я обогнула куст и вышла на узкую, петляющую дорожку. Но, не пройдя и пяти шагов, неожиданно для себя стала невольным свидетелем адюльтера.

Королева и черный ворон… они, скрываясь в небольшом природном алькове, стояли друг к другу непозволительно близко и словно ничего не замечали. Не видели, как к их укромному местечку приближается король, в сопровождении нескольких стражей. Не слышали, как с западной стороны к ним идет толпа разряженных нимф и фавнов.

Не знаю, что в тот момент мной двигало, я вдруг ускорила свой шаг и за доли секунды до появления на дорожке короля, едва слышно пискнув: «Простите, Ваше Величество», обняла оторопелого ворона и впилась в его губы страстным поцелуем.

— Ваше Величество⁈ — тут же раздался за моей спиной удивленный, с едва заметной досадой мужской голос, который невозможно ни с кем спутать, стоит его лишь раз услышать.

От волнения и мысли о том, что я только что совершила, я судорожно выдохнула, с трудом унимая неистово забившееся сердце. Однако нужно было доиграть свою роль до конца и, отпрянув от изумленного моим поступком мужчины, притворно испуганно вскрикнула и, присев в реверансе, смущенно прошептала:

— Простите, Ваше Величество.

— Хм… праздник плодородия, сегодня позволено все, — ровным голосом проговорила королева, вдруг ласково мне улыбнувшись.

— Элеонора, пора закрывать бал, — распорядился король и, не дожидаясь ответа, первым двинулся в сторону дворца.

Ее величество, взмахом руки, приказав мне следовать за ней, неторопливо отправилась за Его Величеством. Я, оглянувшись на ворона, успела увидеть лишь мелькнувший среди кустов край его черного плаща, поспешила за королевой. Едва мы достигли ступеней террасы, из-за колонны выплыли две фрейлины в наряде сирен и присоединились к нашей процессии. И я предположила, что, пройдя в бальный зал, ее величество Элеонора обо мне тотчас забудет. Но очередной повелительный взмах руки — и вот я уже занимаю пустующее длительное время почетное место подле королевы.

Глава 18

Что же, старуха хотела, чтобы я привлекла к себе внимание и обо мне заговорил Грейтаун — я, точно Золотая Рыбка, исполнила ее желание. Сейчас удивлённые взоры всех придворных были обращены только