Фантастика 2026-79 - Валерия Рашитовна Шаталова

— Он их убедил, — подытожил Тольбус.

Гонец кивнул.

— Волшебник — он… — запнулся мужчина, — затем он взял то, что осталось от туники ребёнка и сделал из неё знамя при помощи производственной магии. Я это видел своими глазами, сэр. Тогда… я перестал возражать… извините…

— Я тебя понимаю. Что было дальше? — скрестил комендант руки на груди.

— В оружии недостатка не было. Все, кто находился в торговых дворах вооружились. Почти три сотни человек, как мужчин, так и женщин. Колдун разослал своих подчинённых, и они начали возвращаться. С ними — выжившие солдаты гарнизона Фирнадана и немного бойцов второй армии. В их рядах находились даже другие волшебники и сионы. Имелось несколько сержантов, но никого выше званием — имперцы выбивали наших офицеров особенно рьяно…

— Оспорить власть мага не могли, — перебил его Логвуд. — И он собрал неплохие силы. Что потом?

— Мы отправились освобождать Гильдейскую башню, сэр. Под этим ужасным знаменем мы учинили бойню, — в его голосе звучал одновременно страх и воодушевление.

— В каком состоянии башня? — поинтересовался комендант.

— Разрушена, сэр. Увы. Из её защитников в живых осталось лишь двадцать человек. Они все теперь с тем магом. Я… кхм… я вернулся к исполнению своих обязанностей и получил разрешение отправиться с докладом к вам… — смущённо закончил гонец.

— Очень мило со стороны этого волшебника, — хмыкнул Тольбус. — Какова была диспозиция его ополчения на тот момент?

— Они собирались совершить вылазку за развалины Западных ворот, сэр… — тихим голосом едва ли не прошептал гонец.

— Что⁈ — поражённо выкрикнул Логвуд.

— Там очень удачно подошла пехотная рота имперцев — помочь додавить сопротивление Гильдейской башни. Но все осаждающие её враги уже были мертвы, так что, когда мы прикончили и этих, маг решил использовать фактор внезапности. Приоритет шёл на помощь Второй армии, которую оттеснили от Фирнадана конницей.

— Пресвятой Аримандиус, да кто он, этот человек? — осенил комендант себя святым знаком бога-хранителя из Триединства.

— Имени его я не знаю, сэр. Он мастерски использовал стихию воды, обращая её в кипяток, а ещё стихию земли, создавая взрывные камни. А энергии, казалось, у него столько, словно сам Кохран помогал, — воодушевлённо закончил гонец.

Тольбус долго смотрел на мужчину — и видел, как боль уходит под ладонями Вирта, который не прекращал лечения. Видел, как волдыри сжались, опухоль пропала, новая кожа сошлась над сгоревшим глазом, а потом начал оживать и сам глаз.

Комендант Фирнадана развернулся так резко, что зазвенела рунная броня и посмотрел на запад. Багровые отсветы горящей казармы почти ничего не освещали. За ними царила тьма. Логвуд перевёл взгляд на центральную площадь. Насколько можно разглядеть, оборона нигде не прорвана. Генерал Эдли взял всё в свои руки и справился, как и ожидал Тольбус.

— Меньше часа до рассвета, — пробормотал Вирт, отряхивающий руки и морщащийся от энергетических затрат. — Комендант, город держится.

Логвуд кивнул, а потом снова услышал шаги на лестнице. Все трое обернулись навстречу новому вестнику.

— Комендант, доклад от третьей, с вылазки на редут Восточной стражи, — бодро начал он. — Выживших бойцов забрали, сэр. Видели движение на юго-востоке. Командующий кавалерией Коуланд послал разведчика — «перебежчики» пришли в движение.

Тольбус поморщился. Это было для него ожидаемо, но неприятно.

«Они придут с рассветом, — прикинул он. — Тысяч триста, может быть больше, если Империя успела согнать ещё людей».

— Значит, пришло время окончательно перейти в режим боёв внутри стен. Передайте приказ всем командирам — переводим людей под землю, в туннели. Обслугу подальше, воинов поближе. На входах поставить усиленные отряды, и чтобы в каждый входило хотя бы пара колдунов и оставшихся инсуриев с антимагическими амулетами. На поверхности оставить наблюдателей — пусть перемещаются по крышам. Ну и, конечно, спустить сионов с поводка — может сумеют смертельно удивить кого-то из противников?

«Вот только имперские сионы на голову превосходят наших», — мелькнула у коменданта злая мысль.

— Возможно, стоит подготовиться к применению статуи Сэнтилы? — спросил второй гонец и Логвуд обжёг его подозрительным взглядом.

— Слухи ходят, сэр, — вытянулся тот.

— Всему своё время, гонец, — отрезал он. — А сейчас не смею вас задерживать. И кстати, — уже им в спину произнёс Тольбус, — не забудьте предупредить того волшебника.

* * *

Во мне царило спокойствие, которого не было последние недели… месяцы… Наверное с момента, как меня бросили в штрафную роту из-за связи с Силаной. Знали ли эти ублюдки, к чему подобное приведёт? Очевидно — нет. Иначе?.. Иначе убили бы.

Мысленно хмыкнул и потоком воды окружил вёрткого сиона, которого весьма долго заманивал на эту позицию. Теперь слева от него земляной холм — от окопа, справа — каменные колья, которые я создал мгновением ранее и от которых он увернулся, сблизившись со мной. Но попытка превратить меня в кровоточащий кусок мяса провалилась, самые настоящие песчинки — совершенно не созданные магией! — встали перед ним стеной, а потом полетели в сиона с силой, заставившей его отступить на единственное свободное место — на право. Туда, куда мне и нужно было. Потому что уже несколько минут как я разместил там ловушку — обнаружив полость в земле (маленький бонус от постоянно увеличивающегося контроля над этой стихией), наполнил её водой.

— Готов, — негромко произнёс я, а следом вокруг сиона сжался поток магической воды, состоящий из чистого кипятка. Даже антимагический амулет не блокирует вторичные эффекты стихий — дым, пар, жару, холод и прочее.

Бешено крича мужчина вслепую вырвался из раскалённого потока пара и кипящей, бурлящей воды, представляя собой полутруп, красного, как варёный рак цвета, с на глазах облезающей кожей и слепого, как новорождённый котёнок. В него тут же ударили штыком в навершии ружья, за который сион схватился двумя руками, сползая, словно наконец-то нашёл покой.

Оглянувшись, я сформировал каменный булыжник, бросив в ещё одного, уже обычного представителя противника. Каменюка раскроила солдату шлем, а за ним и череп. Кровь и мозги брызнули на землю. Имперец повалился на бок, судорожно дёргая руками и ногами.

В дюжине шагов за моей спиной, среди яростных рядов людей, которых я сумел собрать в единую массу, стояло Детское знамя — изодранная, ярко-жёлтая туника, покрытая теперь красными пятнами, которые, впрочем, быстро выцвели до пурпура.