Фантастика 2026-17 - Максим Мамаев

Под злыми взглядами бойцов и магов крепости, которые тоже слышали мою речь, я лишь зло сплюнул и потянулся к поясу, где в специальных зачарованных склянках висела алхимия на экстренные случаи. Зачарованное на прочность и сохранение в течение максимально долгого количества времени полезных свойств волшебных напитков стекло стоило бешеных денег, однако оправдывало каждый золотой червонец, потраченный на их покупку. Ибо возможность носить под рукой, не беспокоясь о возможности разбить в бою набор полезнейших снадобий вполне могла спасти жизнь в критической ситуации…

К счастью, в экстренном наборе на все случаи жизни я догадался поместить и Настой Хладного Разума — мощный препарат, что гасил все сильные эмоции, стимулировал и немного исцелял в случае необходимости мозг и имел мощный успокаивающий эффект. Применять его я планировал в двух весьма маловероятных случаях, повесив в двенадцатое справа место просто потому, что все самое необходимое на поясе уже висело. А повторять два раза одно и тоже смысла не имело — каждое из них нельзя было принимать чаще раза как минимум в неделю, дабы не пострадать от алхимической интоксикации. А уж за неделю с момента применения я успею пополнить потраченное из основных запасов…

Иронично, что в итоге считаемое самым бесполезным зелье оказалось первым, что я использовал. Годилось оно, по большому счету, лишь для двух типов ситуаций — либо для того, что восстановиться после мощного ментального удара, либо если требовалось поработать над какими-нибудь сложнейшими чарами высшей магии из разряда ритуалистики. В ней как раз больше всего ценилась не личная сила, а спокойствие ума и правильность ритуалов… Не даром ведь однажды меня с полноценной группой поддержки из чародеев восьмого и седьмого ранга едва не прикончил Архимаг-ритуалист, принявший бой на своём поле и заранее подготовившийся к битве. Великий Маг, трое Высших Магов да полтора десятка Архимагов едва-едва одолели одиночку, потеряв половину группы, и притом даже взять его в плен или убить не сумели — уродец сиганул в портал в самый последний миг.

В общем, настой я принял, чем вызвал шепотки среди окружающих меня бойцов и чародеев. Чувство опасности тут же возросло на порядок — невидимые сейчас операторы магических систем, нацелившие свои чары на нас, явно напряглись от увиденного. Однако сразу же начавшая действовать алхимия оказала на меня весьма положительный эффект — аккуратно убрав фиал обратно на пояс, я замер, не двигаясь.

Ох-х… Что-то я действительно разошелся. Лезть в бутылку и вести себя как избалованный аристократический хлыщ здесь, среди чародеев, что отказались от попыток создать свой Род и остались служить Империи, было не лучшим вариантом. Армейские маги не из аристократических Родов вообще сильно недолюбливали нас, родовитых… Несмотря на то, что любой Мастер и выше получал вполне себе наследное, служивое дворянство, и их потомки получали за счет государства полноценное магическое образование, но тем не менее — они были своей, отдельной кастой аристократии. Как они сами гордо не уставали напоминать — лишь они сохранили суть и смысл изначального дворянства, которое и создавалось как служивое сословие… В общем, это сложная социальная тема, которая однажды наверняка вызовет потрясения не меньшие, чем в своё время возвышение дворянских Родов в пику боярским. Но это — социальные потрясения будущего, которые совсем не моя проблема. Пусть у Романовых голова болит…

Тем временем диалог моего вассала с полковником Алферовым подошел к концу. Купол, который не позволял любопытным ушам подслушать их, наконец развеялся, и Петр в несколько шагов приблизился ко мне.

— Разойтись, — велел полковник. — Тревога отменяется. Продолжаем патрулирование!

— Что ты такого ему пообещал? — с удивлением поинтересовался я.

— Всего лишь пришлось использовать один из заготовленных на крайний случай козырей, мой господин, — вздохнул Пётр. — Представился сотрудником Тайной Канцелярии и предъявил ему действующее удостоверение. Но теперь остается надеяться лишь на то, что мои бывшие коллеги, от которых мы и бежим, узнают об этом уже тогда, когда бросаться за мной в погоню будет слишком поздно.

— А как они вообще узнают об этом и что это за козырь? — уточнил я торопливо шагая вперед.

— Я применил Указ Канцелярии, на котором была особая Печать. О применении которой в особом отделе Канцелярии узнают в течении суток, так что дня через два-три они уже упадут на мой след. И точно будут знать, что я жив.

— Ты уверен, что оно того стоило? — поглядел я на него. — Мы же как раз этого и пытались избежать.

— Господин, поверьте — выбор стоял между этим вариантом и тем, что мы попадем в казематы, — вздохнул он. — Я надеюсь, что к моменту прибытия группы дознавателей мы уже будем в пути. Ты, Аристарх, вывел из себя полковника настолько, что он готов был отдать приказ к атаке. Что оставалось делать? В общем, либо вернемся героями, которых трогать побоятся, либо погибнем и тогда вообще плевать.

Спорить и уточнять дальше я не стал. Предстояло ещё узнать, что хотят донести до нас на военном совете, отдохнуть и затем отправиться в поход, в котором мы впервые встретимся с профессиональными армиями не последних держав на планете. Цинь — пусть слабая, но сверхдержава, а Япония — весьма близко подошедшее к этому статусу государство. Будет сложно, и мне действительно интересно, в чем состоит план нашего командования. Ибо тех сил, что я наблюдаю в Каменске, явно недостаточно для победы над такими врагами…

Глава 6

— Так что случилось, господин? — телепатически поинтересовался Смолов. — Ты выглядел весьма странно, когда подошёл к башне.

— Что ты ощутил в тот момент, когда я зашагал к башне? — уточнил я у Петра. — Именно ощущения — и твои, и элементаля, если можно.

Разумеется, несмотря на то, что мой вассал относительно успокоил полковника, опытный и недоверчивый вояка совсем уж расслабляться не стал. И потому сейчас за нашей спиной вышагивало двое Мастеров, а впереди шёл Адепт — со стороны казалось, будто мы следуем со свитой.

Могло бы показаться глупостью отправлять эту троицу приглядывать за двумя Старшими Магистрами — ну как эти бедолаги, случись чего, сумеют нам помешать? Вот только задачи нам мешать у них и не было — их задачей