"Фантастика 2026-191". Компиляция. Книги 1-41 - Александр Фрост

— Ты будешь жить в Лесном дворце, вместе со мной и другими ученицами… — степенно продолжала госпожа Чакла. — Через неделю мы выезжаем. До этого времени ты можешь жить в этом замке. И вольна делать что хочешь. А теперь иди, мы должны поговорить с Каве.

— Спасибо, госпожа Чакла.

Тай поклонилась, кинула на подругу ободряющий взгляд и пошла к выходу, чуть ли не подпрыгивая от счастья.

Все это время Рик Стригой не сводил с Каве глаз.

— Ты через многое прошла, ведьма… Несмотря на то что совсем недавно познакомилась с магическим миром. Мало кто при таких обстоятельствах не потерял бы рассудок…

— Или жизнь, — подсказал полудух. — Или душу.

— Как известно: что не убивает, то делает сильнее, — продолжила Чакла. — В данное время у тебя есть выбор. Ты можешь остановиться. Выйти замуж, благо желающих много… — Губы колдуньи тронула ироническая полуулыбка. — Или вернуться к прошлой жизни, забыть о колдовстве. Или — продолжить нелегкий путь.

Каве в растерянности оглянулась. Полудух прямо буравил ее взглядом. Кот, до этого не подававший признаков жизни, заинтересованно склонил треугольную мордочку набок, его крылья лениво обвисли вниз. В круглых желтых глазах застыл интерес.

И Каве решилась.

— Я хочу идти дальше, — твердо произнесла она. — Хочу научиться быть ведьмой. Хотя… — Она невесело усмехнулась. — Хотя это будет непросто, ведь теперь у меня нет браслета.

Госпожа Чакла улыбнулась.

— Всему свое время, — загадочно произнесла она. — А теперь, если ты не против, мы хотели бы услышать твою теорию насчет того, как можно попасть в Златоград. Уважаемый Чародольский Князь рассказал нам о вашей потрясающей находке.

Каве помедлила с ответом.

— Лучше будет, если я сразу покажу, — решительно сказала она. — Мою догадку сложно объяснить на словах.

— Ну что ж… — взял слово Рик Стригой. — В таком случае мы можем переместиться туда немедленно.

И, сделав шаг, он крепко сжал ладошку Каве в своей.

Вновь очутившись на островке посреди озера, девушка испытала прилив сильного волнения. Еще в первый раз она заметила слабое голубоватое свечение, дорожкой идущее от водопада. Госпожа Чакла и Мольфар последовали за ними, и теперь на маленьком островке стало довольно тесно.

Не мешкая, Каве вызвала из личного астрала бронзовый колокольчик и резко дернула рукой несколько раз.

Раздался протяжный мелодичный перезвон, словно запел детский печальный голос.

Вначале было тихо. Каве до боли в глазах всматривалась в прозрачно-голубоватую гладь воды.

Из глубины озера, оплывая мелкой сверкающей росой, поднялась белая мраморная арка. Последними показались узкие ступени, выскальзывавшие из воды одна за другой. Последняя из них оказалась прямо у ног девушки.

Водяные струи водопада причудливо преломлялись мраморной аркой, словно бы перетекая под ней в картину — являя взору далекие, расплывчатые, почти незримые очертания города: шпили высоких башен, замки и купола…

— Разреши, я пойду первым, — тихо произнес Стригой.

Каве молча кивнула.

Полудух быстро взбежал по ступеням, помедлил минуту и решительно шагнул за арку, исчезая в ее глубине, словно в большом старинном зеркале.

Каве хотела пойти за ним, да и Мольфар сделал шаг к ступеням. Но их окрикнула госпожа Чакла.

— Подождем его здесь, — тронув девушку за плечо, обратилась она к обоим. — Ему нужен этот город как часть его прошлого — светлого и прекрасного, но которое давно ушло… Мы будем чужими.

Каве кивнула. Она тоже понимала это — интуитивно. Рик Стригой должен вновь увидеть Златоград — город, где прошло его детство. Город, который примирит его с двумя мирами, успокоит сердце, изгонит из души бесполезную месть.

— Ты очень способная ведьма, Каве, — произнесла госпожа Чакла. — Сумела распознать столь тонкую иллюзию… Тебе надо продолжить обучение… Скажем, у меня?

Каве изумленно обернулась к ней:

— То есть вы предлагаете…

— Да. И Тай наверняка обрадуется. — Госпожа Чакла хитро улыбнулась. — Если по-прежнему хочешь стать свободной. Потому что настоящую свободу дают только знания.

«Вот и выход, — подумала Каве. — Так распорядилась судьба».

— Я согласна.

— Вот и хорошо.

— Раз Стригой сейчас занят, — вмешался в их разговор Мольфар, — не хотите ли прогуляться в гости? Здесь недалеко, в село Верхний Ясень.

Каве недоуменно взглянула на него — шутит, что ли?

— В том краю, где сходятся две могучие реки — Белый и Черный Черемош, — пропела госпожа Чакла и совершенно несолидно расхохоталась как девчонка.

Мольфар загадочно усмехнулся на это, взял ошеломленную поведением великой волшебницы девушку под руку, и они все исчезли в сверкающей дымке мгновенного перехода.

На невысоком холме стояла маленькая хатка с почерневшими от времени бревенчатыми стенами, узкими закопченными оконцами и двориком, огороженным низким забором. Из покосившейся, но покрытой добротной черепицей крыши торчала одинокая кирпичная труба — из нее вился сизый дымок.

Возле двери, сколоченной из простых неотесанных досок, стояла женщина в простой вышитой блузке и юбке с фартуком. Загородившись рукой от солнечного света, она щурилась, разглядывая гостей. Возле ее ног, шипя и выгибая спину, терся худой черный кот, явно дикий.

Мольфар толкнул калитку, пропуская дам вперед.

Подойдя ближе, Каве без труда узнала хозяйку. И тут же становилась как вкопанная.

— Ну здравствуй, прабабушка…

Да, это была она — Марьяна Несамовита. Она же госпожа Кара, английская наставница Татьяны Окрайчик, подарившая ей новое магическое имя — Каве Лизард. Сильнейшая ведьма, сумевшая обхитрить самых могущественных колдунов, уберечь Карпатский Венец от жадных лап Лютогора, а кроме того — быть единственной во всей этой истории, кто смог разглядеть в обычной молодой девушке — доброй, наивной, но с чистым сердцем — большой магический потенциал.

— Говорят, у тебя браслетик исчез, — хриплым голосом произнесла старая ведьма. — Так это ничего… Он неправильный был. Не тебе принадлежал. Ну да ты знаешь уже…

Она нагнулась, кряхтя, сорвала травинку и протянула ее девушке:

— На тебе новый.

Каве озадаченно оглянулась на госпожу Чаклу. Но та лишь хитро улыбалась.

На травинке еще сверкали капельки утренней росы.

Чувствуя себя неловко и глупо, Каве дрожащими пальцами приняла подарок.

— А теперь вокруг руки обкрути, — ухмыляясь, подсказала Марьяна.

Видя, что праправнучка никак не реагирует, колдунья сама приложила травинку к ее левой руке.

И вдруг травинка ожила: тугим кольцом обкрутилась вокруг предплечья, стремительно разрастаясь в размерах, покрываясь сеточкой мелких серебряных узоров; капли росы тоже увеличивались, уплотнялись и вскоре набухли сияющим белым цветом.

— Ловко вы… — только и сказала Каве.

На руке у нее красовался потрясающий серебряный браслет — переплетение широких дугообразных листьев в темных прожилках и нежных чашечек ландыша в виде сверкающих жемчужин.

— Тяжеленький, — одобрительно цокнула языком Марьяна. — Многому научилась.

— Так это мой…

— В нем вся