Фантастика 2026-190 - Роман Лукич Антропов

– Тебе лучше уйти, Лекса. Отцу не стоит видеть тебя рядом со мной, – сухо напомнил я.

Она хотела возразить, но я кивнул на дверь.

– Микель, мне не хочется оставлять тебя одного. Твоё состояние…

– Я не буду один, а пойду поговорить с отцом. Впредь не появляйся, пока сам не позову.

Я смотрел на неё не моргая, надеясь, что у Лексы хватит ума убраться прочь как можно дальше. Она почти бесшумно обошла меня. Дверь тихо щёлкнула, когда Лекса наконец ушла.

От нарастающего раздражения сжатые челюсти заныли, заскрипели зубы. Гнев поднимался откуда-то изнутри, давил, намереваясь меня разорвать, и я с силой опустил трость на ближайший кофейный столик. Дерево раскололось под ударом, рука дрожала. Не в моих привычках что-либо ломать, однако сейчас я был на грани. Мне захотелось спалить весь дворец, но вряд ли даже это подарило бы хоть толику облегчения.

Я выдохнул задержанный воздух, яркие пятна прекратили плясать перед глазами. Большинство металлических светильников страдальчески изогнулись. Подобное проявление силы не обрадовало, не удивило и не шевельнуло в душе ничего, что там ещё осталось. Лишь скупая мысль о том, что мастерам придётся потрудиться, выправляя их, промелькнула в голове.

Я медленно вышел из спальни, тяжело опираясь на наспех созданную трость. За дверью меня встретил Трой. Ранее близнецы носили одежды представителей Клана Огня, теперь же на друге была военная форма с отличительным гербом не только своего Клана, но и моего. Трой не двигался, пока я с особой придирчивостью разглядывал его фибулу с символом орихалка и оранжево-красный хламис, расшитый серебряной нитью.

Одарив этим хламисом, отец официально повысил его, дав место моего ближайшего телохранителя. Ещё недавно Мелай терпел близнецов, а теперь назначил на такой пост, хотя Трой ни по возрасту, ни по рангу не может его занимать.

Мои губы изогнулись в подобии усмешки:

– Выходит, моё доверие равноценно тряпке на твоих плечах?

Трой побледнел, его веснушки отчётливо проступили, а рыжие волосы казались непривычно яркими. Он выглядел неважно, но гораздо лучше, чем моё отражение.

– Говори, – сухо велел я после того, как окинул коридор взглядом и не нашёл свидетелей.

– Это не то, что ты думаешь.

– Я сказал «говори», а не «оправдывайся», – резко напомнил я. – Ты не знаешь, что я думаю.

– Мы… я и Лисандр сделали всё ради тебя, – жёстче ответил Трой.

– Я перед тобой с костылём, Лисандр мёртв, а ты – с повышением. Что из этого было ради меня?! – оскалился я.

– Мелай всё рассказал нам в последний момент, вынудив выбирать между тем, чтобы помалкивать и дать тебе сдохнуть, если ты не будешь достаточно удачлив, и тем, чтобы помалкивать и взять противоядие, которое спасёт тебе жизнь! – гневно ответил Трой, сделав один порывистый шаг ближе. Его пальцы сжались в кулаки, наверняка он жаждал мне врезать. Может, не из настоящей ненависти, но просто чтобы хоть на ком-то выместить горе после потери брата. – Не было пути назад, поэтому мы взяли противоядие, чтобы иметь хоть малюсенький шанс тебе помочь!

Лисандр с Троем не были частью одного целого, как часто думают о близнецах. Не были даже лучшими друзьями. Иногда мне казалось, что, если бы не их родство, они бы и знакомыми не стали. Но, несмотря на все разногласия, драки и ссоры, Лисандр был для Троя кровным братом. Не самым лучшим, не самым воспитанным, не самым умным, но всё это меркло на фоне родства.

– Что Мелай потребовал взамен?

– Велел приложить все усилия, чтобы схватить или убить Кассию и Кая.

– Да лучше бы вы дали мне сдохнуть, потому что теперь мёртв твой брат! – рявкнул я, заставив Троя попятиться. – Лучше бы я умер, но, по крайней мере, знал, что мои друзья верили в меня и мой план до конца! Нельзя было нападать на них! Будь мы просто все отравлены, я бы ещё сохранил крохотный шанс убедить Кассию, что это был план отца. Но теперь Элион мёртв! Твой брат мёртв! Деклан и Авила мертвы, потому что вы решили промолчать!

Я так сильно кричал, что горло вновь засаднило, а сухие губы треснули. Я с отвращением облизал их языком, морщась от боли и металлического привкуса.

Трой хорошо держал лицо, но мелкая дрожь и лихорадочный испуг во взгляде выдавали ужас от осознания непоправимости ошибки. Он тяжело дышал, с трудом справляясь со своей паникой.

– Сними эту тряпку и возвращайся в Клан Огня, – подойдя к другу вплотную, с разочарованием приказал я. – С этого дня ты не служишь ни мне, ни тем более моему отцу.

– Но, Микель…

– Нет, с этого дня ты держишься от моей семьи и от меня как можно дальше. Иначе рано или поздно ты присоединишься к брату, – вкрадчиво объяснил я, глядя ему в глаза.

Во мне бурлил гнев, хотелось вышвырнуть Троя вон за предательство, но ещё больше мне хотелось защитить его от разрушительного воздействия отца. И если ради сохранения жизни Троя мне придётся вычеркнуть его из своей, то именно так я и поступлю.

Я был глуп, позволив друзьям быть рядом.

Отец умело использовал их неприязнь к Элиону и Каю. Только этим можно объяснить поведение Лисандра. Главная цель отца – убить Кассию. Но Лисандр не смог этого сделать, не испытывая достаточной ненависти к ней, зато Кая он не переносил и решил начать с него. Хотя, убей он Кассию, скорее всего, Кай голыми руками разорвал бы нас всех на куски. Это было видно невооружённым глазом. Как он смотрел на мою сестру… В Санкт-Данаме мы с ним пересекались достаточно много раз, чтобы я заметил изменения. И видение, где Кассия готова сдаться Мелаю…

Она любит его.

У меня пересохло во рту, шокированный внезапным открытием, я отступил.

Что Кассия сделает, если Кай умрёт? Как ответит на убийство Элиона?

Я приложил ладонь к лицу, вспомнив горящую Даорию и рассказ сестры о поединке в круге. Она в Палагеде всего ничего, но уже вышла против наследника другого Дома. Эти истории не заставили меня поверить в мощь её силы, но доказали, что она достаточно отчаянна для опрометчивых поступков.

– Микель, мой Клан и тем более моя семья – солдаты, мы готовы к смерти, особенно когда наша служба связана с царями и наследниками. Я не хочу оставлять тебя одного. Я потерял брата и мне…

– …нечего терять? – со злым смешком уточнил я.

Трой говорил заученную чушь, сам не понимая, сколь многого он ещё может лишиться. Я в очередной раз недооценил отца и больше подобного