Резчик 1 - 6 - Павел Александрович Шек

— Если так, то они об этом пожалеют, — спокойно сказала я.

* * *

Карэн Блэс, Витория, поздний вечер

Дверь, ведущая на просторный балкон, распахнулась, выпуская из дома гул голосов, звуки музыки и смех. Ночной воздух столицы был неприятно-тёплый, наполненный запахом реки. А если прислушаться, можно было уловить плеск воды. Над единственным фонарём, стоявшим на краю балкона, кружились крупные ночные мотыльки. Внизу во дворе раскинулся крошечный сад, разделённый на несколько участков живой изгородью. На одной из скамеек, тонувшей во мраке, страстно целовалась молодая пара, ничуть не беспокоясь, что их кто-то может найти.

Карэн прошла по балкону, встав так, чтобы не смотреть на предавшихся страсти людей. Ещё немного, и мужчина овладеет женщиной, которая ради этого готова была помять дорогое платье. За стеклянным створками позади Карэн бал только набирал силу. Первые танцы закончились, и сейчас молодая столичная аристократия начнёт медленно напиваться. А когда закончится второй акт танцев, некоторые из девушек будут делать вид, что окончательно опьянели, позволив мужчинам…

В ночной тишине послышался приглушённый рык. Карэн глубоко вздохнула, затем выдохнула, пытаясь унять раздражение. Если бы не письмо и уговоры мамы, она бы ни за что не пришла сюда. На женщину, пришедшую на бал без пары, всегда косились, даже если это дочь герцога. Мужчины думали о таких только как о легкомысленных дурочках, которые решили искать приключения исключительно в их объятиях и постели. Этим аристократам, среди которых было немало магов, не мешало бы почувствовать, как от них смердит гнилью и разложением.

Карэн вспомнила дом, бескрайний лес, запах ночных цветов. Столица же душила её. Здесь было тесно и многолюдно. Люди в этом сыром городе вели развратный и разлагающий душу образ жизни.

Звук музыки на секунду стал громче и снова стих.

— Прекрасная ночь, не находите? — рядом с Карэн встал крепкий мужчина, от которого пахло чем-то пряным. Он облокотился о каменные перила, посмотрел в темноту.

— Ночь прекрасна, но город портит всё впечатление, — ответила она, посмотрев на него искоса.

Снизу уже доносились сладкие стоны, один из которых был достаточно сильным, чтобы его услышал мужчина. Он посмотрел вниз, но вряд ли что-то разглядел в темноте.

— Город ни в чём не виноват, — хмыкнул мужчина. — Портят его люди. Малодушные благородные мужи, которые только и умеют, что пить дорогое вино и плясать.

Он повернулся, облокотившись одним локтём о перила, и посмотрел на Карэн. Молодая женщина встретилась с ним взглядом. Мужчина был не молод, может быть лет сорока. Волевое лицо, сильный взгляд. Длинные русые волосы собраны в хвост. Справа на виске он заплёл косичку с красной лентой и блестящими драгоценными камушками.

— Вижу, слова «малодушные мужи» вызывают у Вас те же чувства, что и у меня. Они успели утомить Вас вниманием?

— Утомляют только в первые минуты знакомства. Потом, обычно, трусливо сбегают.

— Вы меня интригуете, — рассмеялся мужчина. — Что же их пугает?

— Действительно хотите это знать?

— Прежде чем Вы оспорите мою решимость, расскажу историю моего деда. Это было давно, когда мне исполнилось два года, он ушёл в поход на юг, вдоль берега Великого моря. Поход был удачным, и наградой стал целый сундук золота и драгоценных камней. Но из-за предателя галера попала в окружение и не смогла уйти. Хотя, зная деда, вряд ли они пытались сбежать. Его галеру сцепили крючьями, сломали мачту и раздробили корму. Это был князь Скегги, которому я лично… отомстил. Он предложил деду сдаться, чтобы мы смогли его выкупить. Но дед… — мужчина улыбнулся, — он был ранен. В бою ему отрубили руку и пробили лёгкое стрелой, из-за чего он не мог говорить. Но он улыбался, глядя им в лица. Затем схватил сундук с золотом и прыгнул за борт, — мужчина расхохотался, испугав молодую пару, притаившуюся внизу и тяжело дышавшую. — Золото так и не нашли, а команду отпустили.

Карэн хотела спросить, как бы поступил он сам, но по взгляду поняла, что для него это был не просто поступок, а пример для подражания и гордости. У неё даже мурашки побежали по рукам.

Двери в бальный зал снова открылись, и впустили на балкон молодого богато одетого мужчину. От него сильно пахло вином и чем-то кислым. Слегка неуверенной походкой он пошёл в сторону Карэн, протягивая руку.

— Госпожа Блэс, я хочу…

Он не успел сказать, что же именно хотел, так как крепкий южанин схватил его за рукав, рывком потянул на себя и, подставив ногу, ловко перекинул через перила балкона. Движение настолько естественное и отработанное, как будто он выбросил врага за борт галеры. Снизу послышался глухой удар, словно уронили мешок с конской репой.

— Госпожа Блэс, простите, — мужчина слегка склонил голову, — но скажите, что Ваше имя не Бристл.

— Вы знакомы с моей сестрой? — немного удивилась Карэн.

— Заочно. Но если Берси узнает, что я провёл вечер в компании его супруги, это может закончиться дуэлью. И, что-то мне подсказывает, не в мою пользу, — он негромко рассмеялся, затем стал немного серьёзным и приложил ладонь к груди. Не так как это делали легионеры, а совсем по-другому. — Простите, что не представился. Барон Хедбёрг. Но Вы можете обращаться ко мне по имени Бран.

— Карэн Блэс. Рада познакомиться с Вами, Бран. Значит, Вы знакомы с Берси?

— О, это тема для долгой беседы, — он протянул руку. — Я видел в этом доме уютную гостиную, где мы могли бы спокойно поговорить, выпить.

Карэн лишь секунду поколебалась, затем взяла мужчину под руку, позволив увести себя. В отличие от столичных аристократов, Бран не сыпал комплиментами и не вёл себя заискивающе. От него веяло уверенностью. А ещё за пряными специями, которыми он натёр дорогие одежды, можно было уловить запах мыла и речной воды. Карэн тайком улыбнулась, вспомнив рассказы дедушки о южных князьях. Когда им нужно было соблазнить женщину, они шли на самый коварный и хитрый шаг — они мылись.

— В бальном зале очень скользкие полы, — Карэн сильнее оперлась о его руку, слегка прижимаясь к Брану плечом.

— Я не позволю Вам упасть, — сказал мужчина, широко распахивая двери.

* * *

Берси Хок, раннее утро

— Плохая идея, — сказала Илина, хмуро глядя на меня.

— Плохая, — кивнула Бальса.

— Дурацкая, — вставила Ивейн.

Вьера вздохнула, жалобно глядя на меня. Понятно, на чьей стороне она была. Диана же вела себя так, словно не слышала меня вовсе.

— Бальса, у тебя же в отряде две пары молодых…

— Нет, — отрезала она. — Тебя убьют ещё до того,