Рай. Здесь нет Ангелов - Сергей Юрьевич Михайлов

площадке. С одной стороны поднималась и уходила вверх, изрезанная трещинами, серая стена. Зато с другой, в метре от нас, площадка обрывалась в пропасть. Именно её я увидел в первую очередь.

– Не бойся, здесь не бывает сильного ветра. Пошли.

Она бесцеремонно потянула меня к скале. Я успел заглянуть вниз. «Ни хрена себе!» Дна я не увидел.

Мы пошли вправо к самому краю площадки. Там открылась широкая, почти метровая трещина, превращавшаяся в лаз. Через несколько шагов он расширился и превратился в почти круглую каменную камеру. Небольшая пещера.

– Зачем мы сюда? Что за шутки?

Я злился из-за Ромки и совсем не хотел сейчас никаких приключений. Я рвался обратно во дворец, надо срочно разбираться, что там происходит. Лардуэс показала на камень, прикрытый какой-то серой шкурой.

– Садись!

Сама она присела на такую же старую шкуру на другом камне. Видно, что здесь давно никто не бывал. Пахло только сыростью и пылью.

– Во дворце разговаривать нельзя. Слишком много ушей. Поэтому мы здесь.

Я еще не привык к таким панибратским отношениям с принцессой. До вчерашнего дня мы были почти враги. Кроме того, я ничего не понимал. Да и ночь у меня выдалась совсем не спокойная, поэтому я спросил совсем какую-то глупость:

– Его хотят убить?

– Кого?!

– Ромку. Принца.

– Ты с ума сходишь? Кто посмеет думать такое? Он наследный принц. И он Высший.

Меня за последнее время столько раз назвали сумасшедшим, что впору думать, что тут что-то есть. Но тут я действительно сглупил. Пока мы в зоне действия Сферы, мы бессмертны. Почти. Йелио каким-то образом могла обходить этот закон. Но она исчезла, и я уже начал забывать про существование Ньеко. Слишком много других событий.

– Тогда почему меня не пускают к Ромке?

– Да, успокойся ты! – принцесса тоже повысила голос. – Сейчас все поймешь. Кстати, куда ты вчера исчез? Среди пострадавших тебя не было. Хотя я сама видела, что ты ввязался.

Я опять разозлился.

– Я бы не полез. Я нашел тех, про кого мы говорили, и хотел уйти. Но тут появились Сваглы. Сразу устроили драку, и мне пришлось тоже выйти на свет. Только из-за вас.

Я, конечно, немного приврал, но остался, я точно из-за того, что там были Сваглы.

– Не драку, а дуэль, – автоматически поправила Лардуэс. Потом ехидно заметила: – Если ты хотел помочь нам, почему спасал Синиемаки? Потерял голову от красоты Эйшери?

– Я даже не заметил, что там были Синиемаки, мне показалось, что там только Сваглы.

– Да? И поэтому герцогиня Эйшери ищет сейчас какого-то Рангуна, который второй раз не дает завершить дуэль. Она опозорена. Если найдет, пощады той рептилии не будет.

«Да, – усмехнулся я. – Добрые дела наказуемы. Но эта красавица дает – я не дал завершить дуэль! Видел я, как она её могла завершить. Особенно в первый раз».

– Так куда ты делся после дуэли?

Я не думал, что кто-то будет меня допрашивать, и не придумал соответствующей отговорки. Поэтому пришлось сочинять на ходу.

– Прошелся по Гноруму. Интересно. Не заметил, как время прошло.

– Гнорум? Эта дыра? Интересно? – она засмеялась. Но тут же остановилась. – Извини, я все время забываю, откуда ты. Ладно, давай о серьезном.

– Давно пора.

– Колаш решил взяться за вас по-настоящему. Что-то явно узнал.

– Подожди. За кого это – вас? Меня и Ромку?

– Конечно! Не перебивай.

Но я не мог остановиться. Здесь было что-то не то.

– Он и так нами занимался. Я вообще у него чуть не каждый день бываю.

– Ты не знаешь, кто такой Мастер Колаш. Как он тебе показался?

– Обычно. Нормальный. Серьезный мужик. Но на его работе надо быть серьезным. Похоже, он сильно переживает за безопасность Сваглов. Хотя я этого не понимаю. Есть же Сфера и Страж. По-настоящему вам даже никакой охраны не надо.

Принцесса усмехнулась:

– Ты видел одного Колаша. Но у него тысяча лиц. Ты встречался только с одним воплощением этого Свагла. И у него и его службы очень много работы. Только не такой, как ты думаешь.

– У службы? Да у его в подчинении меньше людей, чем у вас в охране.

Тут она не выдержала и рассмеялась в полный голос:

– Ты, правда, так считаешь?

 Я смутился, но стоял на своем.

– Ну, я сам все видел. Говорю же, мы встречаемся постоянно.

– Понятно. Он умеет произвести впечатление. Тем более на такого как ты.

Можно бы обидеться, но я сдержался. Принцесса нужна мне. Так бы я и разговаривать не стал. И я хотел узнать больше об этом, как она – «монстре». Неужели я правда такой лох, что в упор ничего не вижу?

Лардуэс вздохнула и высказала почти мои слова:

– Ты мне нужен. Если бы не твои возможности, я бы ни за что не стала с тобой возиться. Придется рассказать тебе кое-что о нашем благословенном мире. Иначе ничего не поймешь.

Я забыл обо всем. «Неужели, я наконец услышу правду?»

– Ты, конечно, знаешь то, что говорится о Сфере в Кодексе.

Я кивнул. Это до меня довели в первую очередь.

– Что союз свободных рас объединились по доброй воле и создали Сферу. И жить стало легко и просто. И все счастливы. И бла-бла-бла…

Я опять кивнул. Это я знал. Но я не понимал её сарказма. С жиру бесится. Если бы нам на Земле такую Сферу! Прощай бедность, прощай голод, прощай войны. Живи в свое удовольствие.

Она опять усмехнулась.

– Я даже догадываюсь, о чем ты думаешь. Все представители Низших и Диких считают, что мы живем как боги. Что хотим, то и делаем.

Я промолчал. Действительно, только совсем недавно, как раз про это говорила мне Камада. Но это, действительно, так. Я тоже считаю, что все Высшие – это почти боги. Я сам это почувствовал. Какой человек может похвастаться тем, что не боится смерти. А я теперь не боюсь.

– На самом деле, мы рабы.

«Ого как! Круто!» Сегодня я уже слышал это утверждение. Только там рабами считали Рангунов. Поэтому я не выдержал:

– Вас заставляют работать? Или вы голодаете?

– Что?

Она непонимающе смотрела на меня.

– Рабов заставляют день и ночь работать. И держат впроголодь. Лишь бы не умерли.

– Ничего ты не понял. Это все можно выдержать. И я думаю, что про голод ты врешь. Такого не бывает. Но не это главное. Самое страшное рабство – это постоянная опека. Никто не может такое выдержать.

«Твою-то мать! – разозлился я. – Опека её достала. И про голод я вру! Думает, что еда всегда есть. Не покормить