Пиромант. Том 7. Жуткие Болота. Часть 2 - Зигмунд Крафт

рогов, но могут и на губе, например. Некрасиво и неприятно. Но и кроме больных зайцев есть кролени, такой вид магических животных. Как ты принимаешь облик эльфа, так и они наращивают себе рога для защиты, чтобы казаться крупнее и опаснее. Это не дети кролика и зайца.

— Правда? — её голос был полон разочарования. — Но как так? Господин говорил мне, что потребуется время и однажды я смогу ему родить малыша. Наверное, просто нужно больше заклинаний?

— Наверное, — я решил больше с ней не спорить. Тема явно неоднозначная, да и не особо приятная.

Вот зачем Эльдариону ребёнок от магзверя⁈ Ему что, обычных эльфиек мало? Какая судьба будет у такого ребёнка, даже если он вдруг появится на свет? Кем он будет? Наверняка ведь геномный набор сделает его стерильным.

— Скажи, ты его любишь?

— Конечно же да! — радостно воскликнула она.

Мы сидели в нише внутри кустарника. Её сородичи меня не боялись, двое лежали на моих коленях и я их гладил. Милые животные.

Даэлия находилась в стороне и делала вид, что дремлет.

— Тебе нравится быть с ним и готова так прожить всю жизнь?

— Конечно! — засмеялась она. — Он добрый и сильный, он заботится о нас. Господин очень хороший эльф. И ты хороший эльф. Ты не хочешь жить с нами? Гости приходят только на время, а потом уходят. Ты мне нравишься.

Я сомневался, стоит ли задать следующий вопрос. Потому поинтересовался у фея, видит ли он ксилтарца поблизости. Мало ли, подслушивает, о чём я разговариваю с его девушкой. Но нет, он находился далеко.

— Скажи, Талавайнис, а меня ты любишь? — спросил я с замиранием сердца.

— Да, люблю, — сказала она без колебаний.

О, пресветлый Кореллон! Она не понимает до конца смысл слов! Не улавливает контекста!

— А кого сильнее? Меня или Эльдариона?

Она задумалась. Она серьёзно задумалась!!! Помолчав секунд пять, наконец ответила:

— Эльдариона. Но ты тоже хороший. И очень красивый, — она широко улыбнулась.

— Талавайнис, ты точно любишь меня? Уверена? Почти как Эльдариона, так же сильно?

— Конечно же люблю, — она сказала таким тоном, будто я задаю глупые и очевидные вопросы. Будто не верю ей.

Обратился к Даэлии, но та хотя бы призналась, что не сразу полюбила меня, ей потребовалось время. При этом сразу поняла, что я хороший. Ведь животные тоньше чувствуют такие вещи. А вот её отец лучше знает эльфов, потому не верит и дочери говорил, что мы очень коварны. Но он пока такого не заметила.

Мы ещё какое-то время обговорили тему любви и симпатии, но я не углублялся. Талавайнис немного обиделась, что я не люблю её, что она мне просто нравится. Ещё животные не поняли, как я могу любить больше всех себя.

Красные панды в протодинами были братьями, сёстрами, а также племянниками Талавайнис. У неё самой ещё никто не рождался. Она принимала как самца только одного извращённого ксилтарца. Я даже не знал, как это сформулировать корректно.

— Ты знаешь Алдаласара? — поинтересовался я, решив наконец уйти от неприятной темы.

Девушка тут же поёжилась.

— Он плохой, злой эльф. Эльдарион запрещает разговаривать с ним. Но я и не хочу. Он… холодный какой-то. Как неживой. Страшный, жуткий.

Я ещё какое-то время поговорил с Талавайнис. На самом деле, темы быстро закончились. Она была простой и чистой, как ребёнок открытой миру. Я совершенно не знал, как к ней относиться, как и ко всей ситуации в целом. Но, похоже, она и правда была счастлива.

Почему Эльдарион решил вылепить себе девушку из магзверя? Конечно, у них тут с противоположным полом совсем туго. В Найатисе такое ощущение, что эльфы готовы уже друг на друга кидаться, словно озабоченные маньяки. Но магзверь…

Всё это слишком для меня. Мне хотелось уже закончить эту экскурсию скорее и вернуться на Тринадцатый аванпост, где вполне себе нормальное общество существует. А не вот все эти крайности. Внезапно вспомнил Килианис, обворожительную милфу с огромной грудью. Почему кстати, грудь у эльфиек не обвисала? Даже у тех, кому за сто, а то и двести лет? Магия, не иначе.

Килианис не любила болтать, с ней мне было спокойно. Она улыбалась так, будто говорила: «не нужно рассказывать, я всё понимаю». Я и правда не хотел с ней ничего обсуждать. Ещё в начале нашего знакомства она сказала, что ей не хватает мужчины в постели, но не в жизни.

Похоже, я скучал по любовнице. Забавно. Не сказал бы, что влюбился в неё. Просто на фоне извращений последних дней те отношения казались самыми нормальными и естественными. Просто обнять и уткнуться в её мягкую упругую грудь. А потом сделать всё остальное.

Эльдарион вернулся когда уже начало темнеть. Возможно, я бы успел заскучать, но тратить время бездарно позволить себе не мог, потому медитировал.

Когда отправился в Найатис, мне не хватало совсем немного для поднятия ступени. И вот это чудо свершилось. Спустя больше, чем год после прорыва на новый ранг, мне удалось стать клоафом первой ступени. Я вглядывался в свои ядра и их вибрации. Просто идеально. Непередаваемое ощущение удовлетворения.

Мой месис был полностью закончен. Плотная структура, она тут же начала выделять ощутимо больше маны. Я в принципе всегда занимался в первую очередь доми души, а потом уже приступал к физическому телу. Потому что душа сама по себе влияла на тело. Зачем делать двойную работу, когда половина сама по себе пройдёт просто под влиянием души? А дальше мне нужно будет помочь пройтись по физической доми препаратам, которые её укрепят. Хоть я и не лекарь, но это совсем уж простые вещи. На такое любой эльф маг способен. Самое простое, что в принципе можно сделать.

Препараты для клоафов были сложными и многосоставными. Я не мог их так просто сварить, там специфические ингредиенты, ещё и время готовки рассчитывалось по циклам месяца. Определённый час дня и ночи, заклинания, температура. Если верно помнил, то требовалось четыре месяца кропотливой работы.

Чисто теоретически я мог бы сварганить, но зачем тратить время и силы, если можно купить? В моём же случае даже покупать не надо: отец и дед снабдили запасом, что на двоих хватит с головой. Собственно, Арлейну я и собирался часть этих микстур дать, когда придёт время.

Я открыл глаза и выдохнул с облегчением. Маленький шаг завершён, есть чему радоваться. Моего носа коснулся приятный аромат еды.