Жнец. Книга тринадцатая - Макс Дарт

уютной кроватки внутри палатки я обнаружил Юри. Лисица сидела на одном из стульев, поджав под себя хвосты. Всем своим видом она изображала вселенскую грусть из-за ухода своей покровительницы, однако стоило мне бросить свои кости на кровать, полностью проигнорировав рыжую лисицу, как та вскочила и в быстром темпе приблизилась ко мне.

— Что? — уставшим голосом спросил я у демоницы, с лица которой мгновенно слетела грусть и тоска, сменившись желанием рассказать нечто занимательное.

— Я знаю, кто является мастером Печатей императорского Рода!

Глаза кицунэ расширились, кисточки на ушах подрагивали в ожидании скорой похвалы. Но вместо неё она удосужилась от меня короткого:

— И?

— Это отец нынешнего императора, Михаил I! — взмахнув всеми семью хвостами, торжественно заключила Юри, всеми видом показывая, какая она молодец.

— Вот как… Так я и думал, — почесал подбородок. — Уж больно вовремя рядом с императором начали появляться обладатели Печатей. Не могло же быть возвращение блудного папаши простым совпадением…

Закончив со своими рассуждениями вслух, я осмотрел кицунэ. Под моим взглядом Юри как-то осунулась, её хвосты устремились вниз, а сама она всё чаще и чаще поглядывала в сторону выхода из палатки.

— Я, пожалуй, пойду, — не дождавшись заслуженной похвалы, буркнула демоница.

— Стоять! — от моего окрика кицунэ замерла и зашипела, но меня таким пронять было невозможно. — Откуда у тебя информация, что Романов-старший является мастером Печатей?

— Я слышала, как он сам назвал себя начертателем, — начав накручивать прядь рыжих волос на указательный пальчик, как бы невзначай призналась кицунэ.

— И как же тебе удалось подслушать этот разговор? — я продолжал наседать на Юри, пока она не знала, куда себя деть.

— Мне надоело слоняться по улицам после того, как твоя богиня меня выгнала, — обиженно проговорила лисица. — Поэтому я выбрала одну из палаток в качестве того места, где я пережду запрет появляться здесь.

— И?

— Понятное дело я выбрала палатку под стать себе. Кицунэ я, или погулять вышла? — на такое заявление мне захотелось влепить себе по лбу потерянной рукой. Влияние Кей на молодую Юри, как говорится, уже начало прослеживаться. — Кто ж знал, что скромная палатка окажется главным императорским шатром⁈ Я ещё не до конца разобралась в местных реалиях.

— Тебя заметили? — насупился я, полностью проигнорировав высказывания демоницы.

— Разумеется, нет!

— Ты же сама сказала, что Романов-старший является, как он выразился, начертателем. Они могут чуять души, Юри!

— Это ты можешь чуять души! А начертатели, или же мастера Печатей, ограничены! Им чуть ли не в твоё нутро нужно забраться, чтобы душу нащупать! — выпалила рыжая, показав, что является весьма осведомлённой особой. — Меня не могли заметить, ведь я скрыла своё присутствие! Забралась в шатёр, взломав защиту! Так что Романовы, входя внутрь, не могли знать, что я внутри!

К концу спича Юри из её ушей чуть было дым не повалил. Сама она раскраснелась, распереживавшись. Доказывая свою правоту, она совсем позабыла о том, что совсем недавно пребывала в состоянии крайнего страха за свою дальнейшую судьбу. Вот что значит самолюбие кицунэ.

— Ясно, — наконец сдался я. — Молодец. Однако в следующий раз согласовывай свои действия со мной, пожалуйста. Всё, спок… — сверившись с внутренними часами, понял, что про полноценный сон сегодня могу забыть. — Хотя, часик вздремнуть удастся, думаю… — вслух пробормотал я, после чего обратил внимание на мнущуюся кицунэ. — Что ещё?

— Мне опять на улицу? — могло показаться, что этот вопрос был для Юри самым животрепещущим.

— Нет, можешь остаться здесь, — опустив веки, разрешил я.

— Ура! — раздалось радостное, после чего я почувствовал, как моя кровать содрогнулась под телом одной обнаглевшей кицунэ.

«К чёрту», — подумал я, решив не делать нагоняй рыжей демонице, и погрузился в короткий сон.

— А забыла сказать, — прошелестело у самого моего уха. — Романовы хотят тебя поженить!

Глава 23

— Занимательные вещи ты мне рассказываешь, Юри, — внезапный прилив бодрости после озвученных кицунэ новостей испарился столь же быстро, как и появился. — Жаль, что у Романовых нет шансов. Под активом Михаил I, полагаю, имеет ввиду Элой, — продолжал размышлять я вслух. — Вот только она за последний месяц так накосячила, что вряд ли пойдёт на поводу у своего венценосного покровителя, дабы лишний раз не оступаться и не подставлять свою сестренку.

— Это уже твои заботы, — отстранённо буркнула Юри и засопела.

— Действительно, — проговорил я в ответ и погрузился в беспокойный сон, наполненный яркими видениями чего-то непонятного, тёмного и бесформенного.

* * *

Проснулся я сам. Никто не посмел меня тревожить, потому как не знал, защищён ли вход в мою палатку. Никому не хотелось быть уничтоженным попросту потому, что Канцлер решил озаботиться своими безопасностью и конфиденциальностью.

Хотя снаружи к этому времени уже стоял боец, пока остальные его товарищи спешно сворачивали лагерь. Я же, в свою очередь, никуда не торопился. Было не за чем. Прекрасно осознавая как обстановку, так и происходящее в лагере, мог бы ещё некоторое время поспать, если бы мне того хотелось. Вот только сон никак не возвращался, так что я принялся неспешно убирать вещи в пространственное хранилище моего Родового кольца.

— Юри, — позвал я рыжую кицунэ, которая так и не соизволила проснуться.

Мой зов оказался полностью проигнорированным, отчего я решил воспользоваться старым добрым методом: скинуть демоницу с кровати на брезент, служивший в палате в качестве полового покрытия. Лисица проснулась мгновенно и, яростно зашипев, приготовилась отражать атаку неприятеля. Однако вместо врага она увидела насмешку на моём лице, отчего спешно надулась. В этот момент я пришёл к выводу, что все кицунэ одинаковы.

— У тебя есть пространственное хранилище? — невзначай спросил я, продолжая сборы.

— Есть, но колоссальными размерами я похвастаться не могу. Как знаешь, у меня проблемы с контролем времени и пространства, — призналась демоница.

— Тогда чего лежишь без дела? — строго спросил я, пропустив мимо ушей вторую часть сказанного Юри. — Сворачивайся.

— Э-э-э, — глупо протянула кицунэ, пока я шёл к выходу из палатки.

«Это она ещё трупы не прятала и трофеи не собирала, как это делала Кей», — усмехнулась в моей голове Чайя.

Внешнее пространство встретило меня шумом лагеря. Контур, блокирующий проникновение внешних раздражительных факторов внутрь палатки,