Шёпот времён - Дмитрий Лифановский

Серапион передернул плечами:

— Да уж! Не хотелось бы.

— Возьмешь из казны столько золота, сколько потребуется, чтобы купить вонючих пастухов с потрохами. Ты должен повлиять на непримиримых, сделай так, чтобы они напали на ставку хана прямо во время переговоров. Пусть вырежут там всех.

* * *

Морской бриз, приносящий с собой солоноватый запах Понта, не мог до конца выветрить из коридоров дворца Евпаторов тяжелый, железистый дух пролитой крови. Я стоял на балконе выделенных нам с Настей покоев, и смотрел на раскинувшийся внизу, у подножия холма Херсонес, дрожащий в знойном мареве. Древний город жил своей жизнью, суетился, торговал, в то время как здесь, за стенами дворца только что закончилась грязная, жестокая работа.

Пятеро гвардейцев Евпаторов. Двое моих. Десяток раненых, из них трое тяжёлые, и лекарь-маг сказал, что за двоих поручиться не может. Такая цена схватки с культистами. Их было не так уж много. От силы полтора десятка. И всё же они забрали с собой семерых и покалечили ещё столько же. Зато мерзкий гнойник в доме тестя мы уничтожили. Пока. Если не получиться добраться до тех, кто стоит за культом, кто его подкармливает деньгами и жертвами, фанатики вернутся вновь.

За спиной послышались тихие Настины шаги.

— Закончили, — она встала вплотную, обхватив меня руками. — Прошли с дознавателями весь дворец — казармы, службы, покои. Чисто. Больше порченых нет. Ни одного.

— Уверена?

— Уверена. Я бы почувствовала. Отцу бы не помешали твои амулеты-детекторы. Я не всегда буду рядом.

Я резко развернулся, и захватил ойкнувшую жену в объятья:

— Помирились, значит?

— Помирились, — она посмотрела на меня сияющим взглядом. — Знаешь, — она помолчала, — меня стали бояться… Те кто раньше смотрел с презрением, теперь смотрят с преданностью побитой собаки. Даже Ирина с Зоей отводят взгляд.

— Тебя это тревожит.

— Нет, — усмехнулась она, — меня это радует! — единственный глаз Анастасии полыхнул злобным торжеством. — Я уже не хочу былую красоту. Так мне нравится больше.

— Они боятся не твоих шрамов. Они боятся твоей силы, — я провел рукой по ее щеке. — Если хочешь, оставим все как есть. Мы с девочками любим тебя и такую. Но зачем?

Ярость, полыхающая в Настином взгляде, слегка поутихла.

— Не знаю, — она по-детски обижено пожала плечами. — Глупо, да?

— Да, — еще теплее улыбнулся я ей. — Но мои жены имеют право на любые глупости.

— На любые? — она смотрела уже вызывающе хитро, отвлекшись от своих мрачных мыслей и планов.

— В пределах разумного, — щелкнул я ее по носу. — Как отец?

— Злобствует. Никогда не видела его в такой ярости. Даже когда он вернулся от Императора. Тех, кто хоть чуть-чуть попал под подозрение взяли под стражу. Допрашивают. Жестко.

— Вряд ли они что-то знают, — пожал я плечами.

— Не скажи, — усмехнулась Анастасия. — Все тайное оставляет след. Особенно если в делах замешаны деньги. А без них, сам понимаешь, ничего не происходит. Есть зацепки. Надо раскручивать.

— Что за зацепки?

— Пока ничего конкретного. — Она пожала плечами. — Но все ниточки тянутся в Константинополь. Конкретных имён исполнители не знают, их использовали вслепую. Знал только Фотий. Но Фотий мёртв.

— Об этом я и говорил. Когда пребывает Анемас с имперцами?

— Сегодня, — Анастасия снова прижалась ко мне. — Я собственно по этому поводу и зашла.

— Только по этому?

— Не совсем, — появившиеся в голосе жены мурлыкающие интонации недвусмысленно дали понять, что прибытие имперцев к ее визиту имеет отношение весьма отдаленное. — Так что там с детекторами?

— Ты же знаешь, насколько это дорогой, востребованный и дорогой товар, — усмехнулся я.

— О! Меня заводит, когда мужчина так беспокоится о семейном бюджете. Позволь, я рассчитаюсь за Евпаторов? — ее руки уже жили своей жизнью, пытаясь забраться мне в штаны.

— Боюсь, такая плата слабо соотносится с семейным бюджетом.

— Раевский! — возбужденно прорычала Настя, — Заткнись!

* * *

К полудню над рейдом Херсонеса показался массивный силуэт дирижабля с орлиным крылом и штурвалом на сверкающем борту. Он медленно и величаво развернулся над городом и направился к причальной мачте воздушной гавани. Спустя полчаса гигантская гондола коснулась бетонной площадки, где уже выстроились парадные расчеты таврической гвардии. Открылся люк, и из утробы дирижабля на землю высыпали воины прибывших родов, заняв места перед почетным караулом. Имперцы не доверяли нам. Напряжение висело в воздухе такое, что, казалось, чиркни спичкой, и полыхнет.

Наконец появились и сами представители военной аристократии. Делегацию возглавлял Александр Аргир — отец командира «Орлов Зевса» Леонида. Рядом с ним, по правую руку, шагал не высокий, полный Константин Анемас. Его присутствие так близко к Главе рода Аргир — знак особого доверия. Военные не особо жалуют торговцев, пусть даже эти торговцы из древнего и влиятельного рода.

Ираклий встречал гостей с холодной вежливостью. Еще совсем недавно эти люди обвиняли его в предательстве, а теперь сами прибыли для переговоров с личным врагом Императора, наплевав на желания и запреты Никифора.

— Александр, — Евпатор остановился, не дойдя двух шагов до Аргира.

— Ираклий, — отозвался тот, ощупывая фигуру тестя настороженным взглядом. — Надеюсь, остатки твоей чести, не позволят нарушить гарантии безопасности данные тобой? — криво усмехнулся старый вояка — точная внешняя копия своего сына. Вернее Леонид был как две капли воды похож на отца.

— Ты решил начать разговор с оскорблений? — подобрался Евпатор.

Аргир тоже напрягся, испепеляя Ираклия взглядом и, вдруг, поник. Плечи Александра опустились, голова поникла, и вместо гордого воина перед нами предстал старик.

— Ты прав. Извини, — просто и искренне извинился он, делая шаг вперед и жестом давая команду воинам вернуться на борт дирижабля. Гвардейцы тут же исчезли в серебристом чреве, словно их тут и не было. — Думаю, прибывших со мной тебе представлять не надо?

— Не надо, — усмехнулся тесть. — Как я могу не узнать тех, с кем бок о бок сражался много лет.

— Что не помешало тебе предать Империю, — не удержался от шпильки Аргир. Мерзкий у старика характер.

— Только после того как Империя предала род Евпаторов, —