Живучий: Кукловод. Безликие. Зов Баньши - Константин Николаевич Муравьев

Монстр меня заметил. Мгновенный разворот и прыжок в мою сторону.

Вижу изумленные и пораженные глаза моих товарищей, смотрящих на меня, простого человека с парой мечей, на которого несется такая вот громадина. Но так все и должно быть. А поэтому я стою спокойно и жду.

Как я и рассчитывал, с его телосложением подобное расстояние за один раз ему не преодолеть, а потому монстру потребуется и еще один толчок.

Падение, ожидается глухой удар от соприкосновения его когтей с твердой поверхностью земли. Однако этого не происходит. Мощные передние лапы этого монстра вязнут в земле. Он на мгновение замирает. По кладбищу разносится леденящий душу рык. Но именно к этому я и готов. На это я и рассчитывал.

Сейчас.

У этого монстра нет уязвимых мест. Его невозможно никак поразить снаружи. Убить этого монстра можно, лишь поразив его изнутри. А поэтому мгновенный прыжок. Пока тварь не оправилась. Пока у меня есть шанс. Пока я смогу заскочить в ее раскрытую пасть. Именно поэтому я и обрадовался, что она даже больше, чем я рассчитывал. Зубы этого монстра не будет терзать мое тело, пока я буду убивать его.

Прыжок завершён. Зверь быстро среагировал и захлопнул свою пасть. Но было поздно. Он лишь разодрал мою ногу. Но боли нет. Я ползу вперед. Темная склизкая поверхность вокруг. Не слишком большая глотка, но я вполне помещаюсь. Обычно сюда попадают не целиком, а по кусочкам. Так что мне еще повезло.

Не дышать. Черт его знает, что он жрет и что у этой твари внутри. Мне не нужен его мозг, как это не странно. Мне необходимо добраться до места, где находится сосредоточение его силы. И я вижу, куда мне необходимо попасть. Теперь его энергетическую структуру ничего не скрывает от меня. Всё, я в шее этого монстра. Дальше мне нет необходимости лезть. Отсюда я достану все, что мне необходимо.

Чувствую, что монстр катается по земле и бьет головой о камни, стараясь вытряхнуть меня. Но именно поэтому мне и нужны были короткие мечи. Они крепко держат меня.

А теперь энергия. Первым делом надо лишить монстра той силы, что поддерживает это существо и его существование в мире. И, протянув канал к центральной узловой точке, я стал откачивать ее.

На меня капает кровь из раны этого животного. Ногу саднит. Но я не обращаю ни на что внимания. Я сделал то, что мне и требовалось. Чувствую ток энергии. Она перетекает в меня. Какая-то странная. Я такую еще ни разу не встречал. Это не тьма и не смерть. Это что-то иное.

И только тут до меня доходит. «Так вот как выглядит чистая энергия хаоса и разрушения», – и я оглядываюсь вокруг. Могу засечь несколько источников магии, протягиваю к ним каналы. Необходимо их поглотить.

Все. Теперь, осталось лишь опустошить хранилище этого тысячелетнего монстра. Возможно это именно с ним когда-то и встречались Древние. Но никто из них так и не додумался до такого простого способа умереть. В глазах мутнеет. Не хватает кислорода. Но я почему-то знаю, что дышать тут нельзя. И поэтому запрещаю себе даже думать об этом. Отключаю все свои рефлексы, которые могут непроизвольно заставить мой организм сделать глубокий вдох. Все. Энергии в структуре практически нет.

А вот теперь обратный процесс. Мне отсюда еще требуется выбраться. И шанс у меня только один. Именно на него я и поставил, когда решился на этот дикий план. Без притока силы это существо превращается в обычного монстра, которого можно разнести любым плетением. Это было основным постулатом, на который я и рассчитывал. Слишком необычным и странным оно было в совокупности, чтобы его можно было бы получить без магической подпитки. А потому внедряю в его структуру обычное заклинание взрыва. На себя же накладываю максимальную защиту. И вливаю и в ту, и в другую огромный объем энергии. Мне не жалко. Я ее только что накачал столько, что хоть одним местом жуй.

Ну, а теперь активация. Я закрываю глаза. А потом мои уши разрывает от сильнейшего хлопка. Как же я позабыл наложить на себя еще и плетение, глушащее звуки. И я теряю сознание.

* * *

– Что он делает? – закричал Каар, смотря на то, как прямо в сторону монстра, почему-то замершего на месте, понесся Степ.

Мгновение. И человек, прыгнув вперед, залетает в распахнутую пасть зверя, которая в ту же секунду захлопывается вслед за ним.

– Он, он… – никто не может вымолвить ни слова.

Тут раздается странный и какой-то тихий голос Кнога, смотрящего на то, что только что произошло.

– Он сделал так, чтобы эта тварь подавилась, проглатывая его.

И эти слова подтвердились уже буквально в следующие пару секунд. Монстр перевернулся на спину. Стал кататься по земле, сбивая надгробия и разрушая склепы. Поднялся на лапы и постоянно тряс головой. Неожиданно монстр замер, будто парализованный. А потом стал заваливаться набок.

– Что происходит? – посмотрел на Каара отец Тереи.

– Я знаю не больше вашего, – глядя вперед, ответил тот.

Так прошло еще секунд тридцать. Неожиданно глухую тишину старинного кладбища разорвал громкий, нереально сильный и резкий хлопок. Его не ожидал никто, а потому силой этого звукового удара, хоть между ними и монстром была воздвигнута магическая стена, всех разбросало в стороны.

Первым в себя пришел Кног, за ним постепенно очнулись и остальные.

– Смотрите, – показывая в сторону монстра, изумленно проговорил Парг, – где он?

Каар, сдерживая стон от боли в спине и шее, повернулся в ту же сторону. И сначала даже не сообразил, что же он перед собой видит. А потом огляделся вокруг.

– Вот он, – показал пожилой маг на ошметки и куски мяса, валяющиеся вокруг, – это тот монстр и есть.

– Понятно, – кивнул второй орк, – но тогда что это?

И он показал на какую-то небольшую кучку, лежащую посреди поляны, как раз именно там, где находился до этого монстр.

– Это? – переспросил Каар.

Но ответить он ничего не успел. Куча шевельнулась и начала подниматься.

– Степ! – закричал Кног и ринулся навстречу пошатывающемуся человеку, еле стоящему на ногах.

– Это он! – не менее радостно воскликнул Парг и тоже заспешил вперед.

Между тем человек, весь окровавленный и измазанный потрохами и ошметками мяса, заметил бегущих к нему друзей. Когда они оказались напротив него, он слегка улыбнулся окровавленными губами и тихо пробормотал:

– Кажись, живой. – И