Гимн шута - XXIV - Антон Сергеевич Федотов

Девушка неспешно достала из небольшой сумочки «корочки» и протянула их клановцу. Тот развернул документы перед хозяином кабинета. Мужчина был настолько сбит с толку, что даже не смог сразу сосредоточить взгляд на строках удостоверения. Однако Волконский терпеливо подождал, пока он ознакомится с «корочками».

— На, — протянул молодой человек, сложив документы и, не глядя, бросив их за спину.

Плавным, мягким движением Настенька перехватила документы и вновь спрятала их в сумочку, полностью потеряв интерес к беседе.

— Собственно, зачем я это всё вам рассказываю? — спросил Павел.

Брови хозяина кабинета чуть-чуть приподнялись, словно он действительно спрашивал, а зачем же?

— Всё это я вам рассказываю с одной-единственной целью, чтобы вы осознали, сколько вы мне должны.

Секунд сорок в кабинете стояла тишина.

— Я не расплачусь, — наконец выдавил из себя Кирилл.

— О нет, что вы, Карен Арменович, обязательно расплатитесь, — заверил его клановец.

Мужчине стало тяжело дышать. Однако следующая фраза оказалась ещё более странной.

— Теперь давайте вместе посчитаем сумму моего ущерба. И подумаем, с кого именно вы его стрясёте… — предложил молодой человек. — Ведь если с вами откажутся расплатиться за такую подставу, то вы можете спокойно выдать контакты вашего заказчика мне.

— Я всё равно не знаю имя настоящего заказчика. Анонимная Биржа… — чуть нервно ответил под насмешливым взглядом Мыши Карен Арменович.

— Понимаю, — кивнул Павел. — Что ж… Вас подставили. Заказ предоставил маклер Биржи. Поэтому сейчас вы с ним свяжетесь и сообщите, сколько биржа должна вам за сокрытие столь значительной информации. И пообещаете, что если они откажутся платить, то вам придётся предоставить все имеющиеся у вас данные службе имперской безопасности и лично мне.

— Они тоже не знают имени заказчика, именно поэтому Биржа и считается анонимной, — выдохнул мужчина.

— Я знаю, — улыбнулся молодой человек широко. От этого жеста по спине хозяина кабинета пробежал холодок. — Но они обязаны сообщить исполнителю столь значительную для дела информацию. Поэтому пусть платят.

Тем более, никто и никогда не сможет предъявить человеку в подобном положении, что он «сдал» заказчиков по указанным Волконским адресам. Все-таки в первую очередь именно Биржа виновата в создавшейся ситуации.

— Пусть платят, — эхом выдохнул Карен Арменович.

— Я даже согласен поделиться доходом в пропорции девяносто на десять, — обозначил свою позицию «небожитель», смотревшийся в джинсах и бомбере в кабинете криминального босса столь же инородно, как подводная лодка в степях Казахстана.

Неожиданно Карен Арменович повеселел. Даже десять процентов от той суммы, что он запросит, будут уже неплохим гешефтом. Пусть эти деньги послужат моральной компенсацией тому потрясению, что он пережил за последние пять минут.

А вот вопросом, зачем это все его «гостю», он не задавался. Во-первых, ну его на фиг, а, во-вторых, хозяин кабинета был уверен в одном: кем бы ни был заказчиком слежки за Волконским, его не сдадут. Но выходить на рынок услуг наёмников в следующий раз ему будет очень сложно.

Практически нереально.

С ним просто не будут иметь дела. Никто.

Глава 25

Глава 25

— Клан Волконских всегда славился своими выдающимися личностями и стремлением к просвещению. И сегодня, благодаря нашим грантам, вы получаете шанс учиться у лучших преподавателей и развивать свои способности в самых разных направлениях!.. — без хорошей акустики клановых залов и родных стен вокруг голос Дмитрия Яковлевича звучал откровенно слабо.

Однако два десятка лучших учеников Академии профессиональной подготовки и вдвое большее число преподавателей и «причастных» внимательно ловили каждое слово, несмотря на все попытки ветра заглушить голос выступающего.

Кондрат стоял неподалеку от импровизированной сцены и слегка неуютно чувствовал себя под открытым небом, как и любой человек, большую часть жизни проводивший среди коридоров клановой высотки. Пространства вокруг было слишком много. Да и привычный потолок покоев никак не сдерживал бескрайнее небо, в котором можно было утонуть.

Дмитрий Яковлевич покидал этажи ещё реже. Даже не каждый год. Однако сейчас со стороны казалось, что он и впрямь рад выступать перед несколькими десятками детей вернейших слуг клана и теми, кто их учит.

— Это не просто финансовая поддержка, — вещал тот со сцены, будто и впрямь верил в собственные слова. — Это инвестиция в ваше будущее, ваше развитие и ваш успех! Я верю, что каждый из вас способен на великие свершения!

Помощник едва заметно качнул головой. Если бы не он сам продумывал схему ухода от уплаты налогов и обязательного сбора в казну за счет «добровольной поддержки» Академии, мог бы действительно поверить, что сюзерену есть дело до собравшихся. Уж больно душевно тот выступал перед публикой.

— Желаю вам успехов в учёбе, новых открытий и достижений. Пусть этот путь будет наполнен радостью и вдохновением!

Закончив свою речь, Дмитрий Яковлевич сделал шаг назад. Несколько десятков талантливейших учеников особой школы при клане поднялись с расставленных прямо на улице стульев и разразились аплодисментами, плавно переходящими в овацию. За тем, чтобы энтузиазм молодых не угасал, строго следили преподаватели, сами не забывавшие демонстрировать верноподданнический пыл.

— Благодарю вас за внимание. Если у кого-то из вас возникнут вопросы, вы всегда сможете обратиться ко мне.

Ни один мускул не дрогнул на лице Кондрата, хотя он прекрасно осознавал, с какими трудностями столкнётся любой из полутора десятков одарённых учеников, собравшихся здесь, если вздумает и впрямь воспользоваться этим предложением. Помощник готов был спорить, что смельчаку не удастся добраться даже до него, не говоря уже о том, чтобы занять и минуту драгоценного времени сюзерена. Ведь одно дело — раз в год-другой выступить с небольшой речью, и совсем иное — действительно вникать в нужды собравшихся.

— Желаю всем удачи!

«Да даже гранты выданы не на его деньги», — мысленно покачал головой Кондрат. Все транши идут из клановой казны. Дмитрий Яковлевич лишь назначил себя куратором учебного заведения с особой программой для развития навыков одарённых.

На какой-то миг верный помощник Кардинала крепко задумался, а хотел бы он такой «помощи» во время своей учебы? Ведь каждый, кто сейчас получает образование в этом центре, должен будет отработать десять лет. Те же, кому «повезло» получить сегодня поддержку и грант попадали в кабалу на четверть века. Без права выбора места работы и увольнения. Нет, в империи нет никакого рабства, конечно же. Но так ли это важно, если ни один из присутствующих не сможет выплатить неустойку при увольнении?

Впрочем,