Фантастика 2024-78 - Андрей Коткин

После завтрака, по уже заведенному распорядку, отправились в отцову лабораторию.

— Папа, а где тот сделанный тобой артефакт для повышения магических способностей?.. Маготрон, вроде. — На самом деле, в названии заинтересовавшего меня артефакта я нисколько не сомневался, просто не хотел показывать родителю своей очень сильной заинтересованности.

— Маготрон? В нашем поместье, в Старгороде, остался. Если хочешь, скоро покажу его тебе, когда мы вместе с императором туда на зиму переберемся. — Ответил отец, размышляя о чем-то своем.

Хм, переберемся в Старгород? Это было бы замечательно! Там у меня друзья учатся, там мне известно тонкое место, в котором можно открывать портал в демонический мир. Конечно, судя по моему нынешнему расписанию, времени на походы в гости у меня будет не сильно-то и много, но, надеюсь, все же иногда несколько часиков на это дело можно будет и выделить.

Как оказалось, мои боевые тренировки оказались выкроены за счет практической части артефакторики. Нет, так-то все понятно: если бы я сначала всю свою ману на изготовление артефактов потратил, а потом тренироваться в боевой магии пошел, ничего путного из этого точно бы не вышло. Но все равно, жалко. Я же артефакторику уже четко в своем сознании позиционировал, как свою основную специализацию на всю оставшуюся жизнь, а тут снова препятствия к ее освоению возникают.

— Ты не понимаешь, Сергей (отец всегда меня только Сергеем называет, никаких уменьшительно-ласкательных форм), навыки из боевой магии тебе жизненно необходимы, — с пылом начал отстаивать свое решение родитель, — дуэли между аристократами еще никто не отменял. Это сейчас я своей родительской властью тебе запретил вызывать младшего Белогорского, и ты, как несовершеннолетний, подчинился моему приказу без умаления твоей чести. В семнадцать лет такой номер уже не пройдет. Ты должен радоваться, что такой незаурядный мастер, как Олег Солнцев согласился тебя тренировать.

— Я радуюсь, — согласился я, — просто обидно, что это мешает моей учебе в качестве артефактора.

Всю следующую неделю я занимался, как проклятый. Отец со своим приятелем гоняли меня в хвост и в гриву: отец каждый день контрольные по пройденному устраивал, а Солнцев — тот все больше на учебные поединки по утрам и вечерам упирал. Правда, и разъяснял мне все мои совершенные ошибки. И могу с гордостью отметить, что, как боец я, к концу недели, был уже на качественно ином уровне, чем в самом ее начале. Жаль только, что мой диагностический артефакт этих явственно ощутимых мной изменений почти не показывал:

Мышечная сила: 5,63.

Нервно-мышечная проводимость: 7,99.

Выносливость: 5, 5.

Регенерация: 1,16.

Объем магического резервуара: 3,12 (первый тип).

Скорость заполнения магического резервуара: 2,54.

Развитие магических каналов: 3,79.

Индивидуальные магические таланты:

Магическое зрение: 5,8.

Эмпатия: 1,1.

То есть изменения, конечно были, но не очень значительные и не специфичные. Ну, да я давно уже уверился, что подобные диагностические артефакты, они реальную картину мира передают очень условно, и не всегда то, что этот мой медальон показывает, реально отражает имеющиеся у меня способности.

М-да уж, выкладывались родитель с другом при моем обучении! Впрочем, не могу сказать, что в свободное от моего обучения время мои наставники филонили напропалую. Напротив, они даже за обеденным столом все решали какие-то свои задачи, постоянно зависая над картами и различными схемами, украшенными синими и красными стрелочками. Точнее, на самом деле, и без их слов эти задачи мне были вполне понятными. Тоже мне, бином Ньютона! Барон Солнцев, при сезонных переездах, заведовал ближней охраной императора, а отец отвечал за всю их артефактную поддержку. Если учесть, что переезд самодержца был намечен уже на ближайший выходной день, понятно, чего они суетятся.

— Так, Сергей, сегодня учебы со мной у тебя не будет. Можешь, не торопясь, собирать вещи, после твоей вечерней тренировки я тебя перекину в наше поместье, в Старгороде, — объявил мне отец за завтраком.

— Не понимаю, из-за чего весь этот сыр-бор с переездом императора, — посетовал я, — разве его нельзя точно также, как меня, перевести через портал?

Отец весело переглянулся с бароном Солнцевым.

— Вот, я же говорил, что даже подростку это понятно, — объявил он. Но, увидев, что я все также не спускаю с него глаз, все же пустился в объяснения: — во-первых, этот переезд из старой столицы в новую и обратно уже стал своего рода традицией. Еще отец нынешнего императора, Александр Четвертый, говорил, что государство сильно именно традициями, так что не нам их переиначивать. А во-вторых, только чур, никому о том, что я сейчас тебе скажу, ни слова, кто вообще тебе сказал, что император вообще будет в одном из этих кортежей?

— Что, неужто, такие затраты на организацию этого грандиозного мероприятия — это все ради традиций? — Не поверил я.

— И ради них тоже. Но еще этот переезд является очень удобной целью для всяких, разных террористов и заговорщиков. Они же своими глазами видят, как император на вокзале по месту прибытия выходит из вагона и садится в один из автомобилей. Вот так, на живца мы их и ловим. — И, увидев, как я открыл рот, чтобы еще что-то спросить, обрезал: — все, больше ни слова. Я и так тебе рассказал слишком много.

Из Нового города в Старгород я перешел практически буднично: сделал шаг, провисел пару минут субъективного времени в черном безвременье и дальше пошел уже по поместью, расположенному в предместье старой столицы. То, что в этот раз всего две минуты в темноте пребывал, вместо четырех или пяти, как при переходе в Огарево, как раз и свидетельствует, что время моего нахождения там напрямую зависит от расстояния, на которое накидывается переход. От Нового Города до Огарева раза в два дальше, если не больше, чем от него же до Старгорода.

Долго рассиживаться со мной родитель не стал, сдал своего наследника на руки слугам и был таков. Ну, понятно, до выезда императора последние часы пошли, забот полон рот, там же одних только защитных артефактов, наверняка, немеряно, и все их нужно проконтролировать.

Хм, это я в Новом Городе думал, что у меня роскошная спальня, но тут, в старом родовом поместье князей Буревых спальня наследника рода оказалась еще не в пример круче. Вот интересно, много ли людей в этом мире могут похвастаться, что у них имеется своя собственная комната с невесомостью? Да-да! Сначала мне ее просто слуга с порога показал, не заводя внутрь. Но я, после того, как он ушел, разумеется, первым делом, отправился