"Фантастика 2026-183". Компиляция. Книги 1-27 - Алла Железнова

— Никогда бы не подумал, что мне придётся это делать, — понуро добавил Ави и потянулся к пистолету. Его когти плохо подходили для стрельбы из любого человеческого оружия. Выцарапав рукоятку из кобуры, Ави зажал оружие в ладонях, затем попытался коснуться спускового крючка, но случайно выронил пистолет.

— Чёрт, мне не взять его никак! — Ави виновато посмотрел на несчастного.

Глаза того покраснели, на них выступили слёзы. Стоны только усилились. Муки не кончались.

— Ладно… я так, — неохотно произнёс Ави и занёс руку для удара.

Корчившийся от боли боец моргнул.

Ави вдохнул, закрыл глаза, выдохнул, а затем так и застыл в этой позе готовности для милосердого деяния. Спустя несколько секунд он медленно проскрипел:

— Я… я не смогу. Не смогу. Прости. Прости, пожалуйста… — Голос его был полон вины.

Бойца всё так же потряхивало, его лицо стало красным, глаза залило кровью из разорвавшихся капилляров.

Бон подошёл ближе к умиравшему в жутких страданиях человеку. Тяжело вздохнув, поднял переднюю лапу и силой наступил на лоб несчастного. Череп лопнул, мозг моментально превратился в красное пятно на асфальте, брызгами разлетевшись в разные стороны.

Тело ещё подрагивало в конвульсиях, но стоны прекратились.

Глава 14. Долг

Громов сидел на броне головного танка. Колонна, собранная наспех из резерва Сил Сдерживания, приближалась к «Гнезду». Полковник не спал вторые сутки; голова гудела от долгой канонады, висевшей над передовыми позициями несколько часов подряд. В горячке боёв за восстановление обороны вокруг «Объекта 80» он потерял связь с аэродромом. Это было плохо, но не критично: ситуацию на периметре взяли под контроль.

Под ночной налёт странных насекомых, распространивших «бешенство», попало всего два участка Сил Сдерживания. На одном в момент происшествия как раз находились Кононов и Громов. Примерно половина всех подразделений ночью потеряла бойцов. Безумцы с оружием в руках или без него нападали на ближайших сослуживцев. Всё это очень напоминало Громову Весеновск. Вместе с налётом насекомых со стороны «восьмидесятки» пошла в наступление новая волна мутантов. Сложно было назвать это второй «Лавиной» — особей насчитывалось куда меньше, их напор успешно отбивали на тех позициях, где не возникло суматохи с «бешеными». А там, где не отбили, пришлось проводить зачистку, чтобы отогнать уродливых существ от трупов бойцов.

Сначала показалось, что Силы Сдерживания смяты, но уже к утру оставшиеся в живых военные вышли на рубежи, которые занимали накануне. Но если бы Громов не поехал вместе с Кононовым на проверку… Чем бы всё закончилось в таком случае, полковник думать не хотел. Важно, что он оказался рядом и сумел быстро принять решение взять периметр под своё управление. К обеду стрельба совсем стихла, и только тогда Громов понял, что уже несколько часов не получал никаких запросов и указаний от «Гнезда». Попытка самим выйти на связь с аэродромом ни к чему не привела — услышали только панические крики Лешакова в рацию. «Эфбэбэшник» единственный смог хоть что-то сообщить Громову о ситуации в «Гнезде».

Ночная неразбериха привела к тому, что какая-то часть мутантов прорвалась сквозь заслон — иначе на аэродроме просто не возникло бы патовой ситуации, и Лешаков не визжал бы на радиоволне, то пытаясь угрожать, то уговаривая Громова спасти его. Полковник прекрасно понимал, что допустил серьёзный промах, который будет дорого ему стоить — восстанавливая оборону, он проморгал нападение на стратегически важный объект. Может, снимут с должности, может, лишат звания, а может, и свободы. Но это всё было неважно — сейчас следовало спасти тех, кто ещё не лишился жизни. Громов собрал колонну из двух бронетранспортёров, одного грузовика и танка, сформировал несколько команд из имевшихся в резерве мотострелков, а старшими во взводах назначил своих раскатовцев. Уход такого войска в тыл немного ослабит Силы Сдерживания, но сейчас ни одна тварь не пыталась прорваться из «восьмидесятки», а вот аэродрому нужно было помочь, если там ещё осталось кому помогать. В любом случае раненых стоило доставить в полевой госпиталь, а ближайший располагался как раз в «Гнезде». То ли в прорыв, то ли на подмогу, то ли на штурм, Громов повёл колонну в сторону аэродрома.

Через полчаса вдалеке замаячил КПП «Гнезда». Рёв танка не смог бы скрыть звуки перестрелки — её не было. Когда машины поравнялись с въездом, стало ясно, что защитники ворот пали смертью храбрых. Окно маленького здания было запачкано кровью. Одно тело в камуфляжной форме с оторванной головой и культёй вместо руки лежало на крыше, возле пулемёта. Второе покоилось в тамбуре КПП, ногами наружу. Кровавые пятна на траве и асфальте пестрели повсюду, будто бы здесь пострадало гораздо больше людей, но их утащили звери. Дыры в заборе аэродрома были гораздо больше габаритов человеческого тела. «Вот и пропустил, мать твою! Балбес!» — ругал себя Громов. Солдаты на КПП отбивались от «бешеных» — трупы военных без оружия либо части обмундирования попадались вдоль дороги, — а с мутантами ничего сделать не смогли.

Дорога делала поворот к первым ангарам. Взлётная полоса оказалась свободна, а вот по разные стороны от неё оказались разбросаны редкие, плохо устроенные, но всё же позиции из мешков с песком — пустые, безлюдные. Мертвецы лежали в разных частях кровавого поля боя, в которое превратилось «Гнездо».

Когда колонна подъехала к ангару, Громов крикнул в открытый люк командиру танка: «Стой!» Многотонная машина сбросила ход, а затем остановилась, содрав гусеницами дёрн. Всех, кто сидел на броне, качнуло вперёд. По отмашке полковника двое раскатовцев спрыгнули на землю и побежали к ангару. Танк внезапно повернул башню. Ствол пулемёта пришёл в движение, что-то выцеливая впереди, а затем его конец пыхнул пламенем, выплёвывая очередь крупного калибра. Громов присмотрелся, куда вёлся огонь. Со стороны пункта связи нечто бежало в их сторону — существо серого цвета на четырёх конечностях. Пули срезали особь, существо споткнулось, пролетело по инерции вперёд, упало, но через секунду вскочило и вновь направилось к колонне. Уши сотрясло выстрелом из танкового орудия. Грохнувший спустя мгновение взрыв вздыбил облако пыли, комья земли в том месте, где только что бежало что-то серое. Как только ветер смахнул завесу, взгляду открылась воронка. Существа больше нигде не было.

Из ангара вернулись раскатовцы, но вместо Лешакова привели юношу в заляпанном комбинезоне — вероятно, какого-то техника.

— Где «барабашка»? — крикнул им с танка Громов.

— Застрелен, вот этим, — кивнул один из раскатовцевна юношу.

— Что же ты так? — Полковник не испытывал гнева,